Женщина для чемпиона - Натали Андерсон

Охваченная неведомым ей ранее безрассудным стремлением к сексуальным экспериментам, Келси поцеловала Джека, слегка прикусив ему нижнюю губу. Когда еще воплощать фантазии, если не сейчас, пока в ее распоряжении имеется невероятный мужчина на потрясающем пляже? Она думала, что не простит себе, если не воспользуется уникальным шансом. Джек обнял ее за талию, а она самозабвенно продолжала целовать его так, как никогда раньше никого не целовала, полностью отдаваясь кипевшей в ней страсти. Келси не испытывала стыда или сомнений — только готовность наслаждаться и радоваться.

Она встала на колени, прижалась грудью к его груди:

— Ну, давай же.

Келси не терпелось почувствовать его мощь внутри себя.

— А ты заставь меня. — Глаза Джека полыхали синим огнем.

Келси даже задохнулась, получив столь откровенный вызов. Ну что ж, сам напросился. Раз так, это будет уже не эротическая игра, а пытка наслаждением. Ей хотелось довести его до безумия, чтобы он умолял о совокуплении, как умоляла она. Джек должен был испытать оргазм такой же силы, какой испытала она. Эхо пережитого блаженства до сих пор отдавалось в нервных окончаниях, заставляя жаждать повторения.

Джек неподвижно ждал, пока она выпускала его возбужденный член из плена джинсовых шорт. Тихо ахнув в знак восхищения, Келси толкнула мужчину в грудь и села на него верхом, когда он послушно откинулся на спину. Вода ласкала его загорелую кожу.

У Келси уже была возможность убедиться, что ее сегодняшний спутник — опытный любовник, который не даст ей напортачить. Ее собственный эротический опыт был весьма скромным, а бывший бойфренд вообще не постеснялся заявить, что в постели она далека от совершенства. Однако, обнадеженная бурным оргазмом, она почувствовала уверенность. Реакция Джека подтверждала, что у нее получается совсем неплохо.

Лукавая улыбка не покидала лицо Келси, пока она размышляла, что делать дальше. Она прикусила губу и пробежала по широкой груди сначала пальцами, потом — губами. Легкий трепет внизу живота подсказал следующий ход. Она накрыла ртом мужской орган, готовая ласкать до тех пор, пока Джек не увидит небо в алмазах.

Охватив пальчиками основание, Келси лизнула головку члена, провела языком по складкам, наконец попробовала на вкус весь мощный инструмент. Он был огромный, нежный, как шелк, и твердый, как железо. Тонкие пальцы Келси повторяли скользящие движения губ. Ее завораживал мужской аромат, привкус соли на языке, тепло солнечных лучей на обнаженной спине. Дыхание Джека становилось все более тяжелым и резким по мере того, как Келси усиливала нажим и скорость движения.

— Келси, — пробормотал он. — Если ты хочешь того, что я подумал, лучше остановиться. — Он крепко сжал ее запястье. — Прямо сейчас.

Щеки Келси вспыхнули. Она подняла голову и посмотрела на него, не выпуская из рук свою добычу. Ее ответ был коротким:

— Не хочу останавливаться. — Не раньше, чем вернет ему долг за оргазм.

Джек закрыл глаза. Когда через мгновение он открыл их снова, стало понятно, что он что-то задумал. Стремительным движением мужчина сдернул с Келси кружевной бюстгальтер и сжал ее грудь в ладонях.

— Красавица, — прошептал он прежде, чем втянуть в рот набухший сосок.

Келси вздрогнула и разжала пальцы. Джек не дал ей опомниться: расплескивая воду, опрокинул на песок и оказался сверху. Покрывая поцелуями ее живот, он стащил с нее промокшие насквозь трусики.

Неожиданно Джек остановился, окидывая изумленным взглядом обнаженное тело.

— Да ты рыжая, — констатировал он.

Келси плотно зажмурилась. Она хотела бы быть рыжей — благородного медного или бронзового оттенка. Но была оранжевой, как морковь, с тонкой, почти прозрачной кожей, которая мгновенно покрывалась на солнце веснушками. В детстве ее изводили насмешками, и Келси начала красить голову, как только впервые заработала денег на краску. Однако из-за чувствительной кожи она не решалась поступить так же с волосами на теле, и они выдавали ее истинный цвет.

Убивая радость, к ней вернулась прежняя болезненная неуверенность. Она сделала попытку свернуться в комочек, чтобы Джек не смотрел. Годы унижений не прошли даром: до сих пор ее морковные волосы не нравились ни одному мужчине.

Джек удержал ее, даже прижал к песку ногой, не позволяя вывернуться и уползти.

— Только не говори, что сегодня в спа ты собиралась уничтожить эту красоту, — сказал он, пробегая пальцами по узкой полоске рыжих волосков.

У Келси пропало всякое намерение прятаться.

— Ты прекрасна. — Джек продолжал поглаживать ее лоно, потом легко коснулся его языком с таким выражением лица, словно первый и последний раз пробовал какой-то райский эликсир. — Даже не думай ничего менять.

Впервые она услышала от мужчины что-то подобное. Ее прежние немногочисленные партнеры в лучшем случае находили яркий цвет забавным, — и их шутки лишали Келси всех иллюзий насчет ее сексуальной привлекательности. Джек заметил ее колебание и развеял его лаской. Электрические импульсы желания снова побежали по телу, и она шире раздвинула ноги.

— Джек.

— Да. — Он сбросил сползшие до колен шорты, но сначала достал из кармана бумажник, а оттуда — презерватив.

Келси была рада, что он позаботился об этом. В пылу страсти она даже не подумала о возможных последствиях. В секунду Джек натянул тоненький латекс и лег рядом с ней, уверенно положив тяжелую руку ей на живот.

— Я хотел этого с первой минуты, как увидел тебя, — прямо заявил он. — А ты?

Романтическая обстановка требовала полной откровенности.

— Конечно. — Келси провела ладонью по крутому подбородку, тронула большим пальцем нижнюю губу. — Ты невероятно красив.

— А ты околдовала меня.

Ее тело мгновенно откликнулось на комплимент, напряглось в нетерпеливом ожидании. Келси засмеялась:

— Так я уже не вампир, а ведьма?

Джек покачал головой и задумчиво оглядел ее с головы до ног.

— Я думаю, ты — нимфа.

— Ох. — Кровь в жилах побежала быстрее. — Нимфа? — Она провокационно потерлась о Джека бедрами, с удовольствием осваивая правила новой для себя игры.

— Очень сексуальная, — добавил Джек, приподнимая рукой ее подбородок. — Нимфа, которую я хочу иметь.

— Тогда не разговаривай.

Песок под спиной был теплым и мокрым, но его тело сверху грело, как печка. Он слегка нахмурился, нависая над ней:

— Ты очень маленькая.

Ох. Это была обычная для ее бойфрендов жалоба. Они спрашивали, зачем тратиться на лифчики, если грудь едва заметна?

— Боюсь раздавить тебя, — прошептал он.