Доверь мне свое имя (СИ) - Валентеева Ольга

– Эй, ты чего? – возмутилась я.

– Это мемуары! – Сокол постучал по обложке пальцами. – То есть, здесь может быть намек на реальные магические действия. Мысли шире, Лучик, иначе состаришься в этих стенах, а после упокоишься на местном кладбище.

– Вот еще заноза! – воскликнула в ответ, однако в глубине души готова была признать, что принц прав, и на страницах этой незатейливой истории может быть намек на выход из нашей ситуации. Не стоит пренебрегать даже мемуарами.

– Не беспокойся, Лучик, если в библиотеке и есть намек, как вернуть человеку память, я его найду.

И у меня не было причин сомневаться в обещании Сокола. Я только кивнула и потянулась за очередной книгой. Впрочем, дальнейшие поиски ни к чему не привели. Принц дождался, пока моя отработка закончится, и милостиво проводил меня до второго этажа.

– Завтра продолжим, – пообещал он, замирая у входа в коридор. – Одного не понимаю: ладно студенты, но почему никто не рассказал преподавателям о том, что произошло? Если бы они знали, кто-то уже мог найти выход!

– Дерек говорил, что не только Ноксу было известно о его состоянии, – вспомнила я.

– «Не только Ноксу», – передразнил меня принц. – Когда есть проблемы такого масштаба, Лучик, молчать о них – это трусость, иначе не назовешь. Поэтому я готов заявить: все, кто знал о состоянии ректора и молчал, – трусы. И из-за них академия до сих пор заперта.

– Ты не прав, – попыталась его вразумить.

– Да? – прищурился Сокол. – И в чем же?

– Паника…

– У кого? У преподавательского состава? – хмыкнул он. – Их нервы крепки, как канаты. Не нравится мне все это, Лучик…

Можно подумать, кому-то нравится. Больше спорить с принцем я не стала: пусть поступает, как считает нужным. Вместо этого попрощалась и пошла к себе, а Сокол направился на третий этаж. И все-таки его слова не давали покоя! Может, действительно профессор Нокс совершил ошибку, скрыв от коллег состояние Дерека? Кто бы мог сказать…

УРОК 5. Цени свое время

Принц Сокол

Впервые в жизни Сокол понял, как это – когда в груди жжет жаром пустыня. Именно это он и испытывал с той самой минуты, когда узнал о смерти отца. Он словно окунулся с головой в кипяток, и теперь никак не мог вынырнуть. Внутри все горело, бурлило, а внешне нужно было сохранять спокойствие. Отец всегда говорил, что император не имеет права потерять голову, что бы ни случилось в его жизни: война, смерти близких или даже эшафот. Соколу казалось, он в совершенстве овладел этой хитрой наукой – держать лицо. И как так случилось, что это все обернулось лишь видимостью?

Причем смерть императора Ричарда – это полбеды, а вот попытка убийства Дерека… Она выбила почву из-под ног. Принц чувствовал себя уничтоженным ею, превращенным в песок и прах. Хотелось хотя бы извиниться, потому что отменить совершенный поступок он не мог, однако глупая гордость не позволила даже этого. Признать свою вину. Сказать, что поддался порыву безумного отчаяния от понимания: жизнь рухнула. И дело не в троне, хотя Сокола воспитывали как наследника престола и он понимал, что рано или поздно сменит отца, а в том, что его лишили возможности находиться с близкими в эту трудную минуту.

Принц Эден не верил в беспричинную болезнь императора. Он понимал: за этим кто-то стоит. Но кто? Как разобраться, если сам он заперт в стенах академии имен. Почему? Потому что Дерек Эвернер влюбился не в ту девушку. Это было бы смешно, если бы не сломало столько судеб.

После расставания с Лучиком принц около двух часов просидел в своей комнате, выполняя задания – доучиться надо, даже если совсем не хочется. И пусть материал был уже пройден в предыдущем году, тогда Сокол бесился от невозможности выйти и не старался его хорошо запомнить. А сейчас вдруг показалось, будто там можно найти ключ к решению их проблемы.

Затем еще около часа листал мемуары, пропустив ужин. Стоило признать, это было больше развлекательное чтиво, чем стоящее пособие по магии, однако один момент зацепил принца: герой, поссорившись с возлюбленной, ее просто… переименовал. То есть, лишил истинного имени и дал другое, изменив суть. Их ведь тоже учили нарекать имя. С октября в прошлом году начались тренировки, как это делать. Но они переименовывали вещи, не людей. Так можно ли испытать нечто подобное на Эвернере? Хотя, вряд ли ректору понравится подобная затея…

Сокол задумчиво прочитал еще несколько страниц, затем захлопнул книгу и уже собирался покинуть комнату, когда в двери постучали, и на пороге появился кузен.

– А, Лед, – угрюмо произнес принц. – Зачем пришел?

В последние дни их общение с кузеном не ладилось. А все из-за таблички, которую тот скрыл. Часть души Сокола твердила: лучше бы скрывал и дальше. А другая отвечала: это трусость! Он должен был знать о том, что происходит дома, и подготовиться к неминуемому.

– Тебя не было на ужине, – заметил кузен. – Как ты себя чувствуешь?

– А как я должен себя чувствовать? – Сокол вопросительно приподнял брови. – Учитывая, что сегодня, наверняка, похоронили моего отца. Прекрасно, Лед. Лучше не бывает.

– Император не только твой отец, но и мой дядя, – угрюмо напомнил кузен.

– Я об этом и не забывал, – ответил принц.

– А мне кажется, забыл. Я понимаю…

– Ничего ты не понимаешь! – воскликнул Сокол, подходя ближе. – Совсем ничего. Твою семью есть, кому защитить, а мою…

– С твоими братом и мачехой тоже есть верные люди, – процедил Лед. – Не строй из себя обиженную принцесску, брат, тебе не к лицу!

Эден замолчал. Он отошел к окну, повернулся к кузену спиной и разглядывал темный парк, по которому бродили студенты и выпускники. Единственное развлечение – вот так бродить, надеясь, что однажды получится выйти за его пределы. Но если ничего не сделать – не выйдет. Сокол потер виски. Он устал, не спал уже несколько ночей, чувствовал себя изломанным изнутри. Хотелось кричать от боли и гнева, но приходилось улыбаться недругам. Хотя бы драка дала перевести дух…

– Прости, – сказал вдруг Лед. – Я не должен был так с тобой разговаривать. Ты прав, дяди больше нет, и все стало… сложнее.

– И ты на меня не злись, – качнул головой Сокол. – Просто дайте мне время, все вы.

– Хорошо. Доброй ночи.

Кузен вышел из комнаты, а принц снова отвернулся к окну. Скорее всего, уснуть опять не получится. Значит, нужно потратить время с пользой.

Он снова направился в библиотеку. Дверь была заперта, но что ему, магу имени, какие-то замки? Принц прошептал формулу и шагнул в темное царство книг. Щелкнул пальцами, призывая магическую искру, и все вокруг озарил свет. Он снова пошел вдоль полок, только теперь разыскивая нечто конкретное – книги для старшекурсников, касающиеся наречения имени. Книги пахли пылью – их не так часто кто-то брал в руки. В носу зачесалось, Сокол поморщился, но продолжил свои поиски. Вот только то, что он читал, почти не отличалось от того, чему их учили.

– И что ты здесь пытаешься найти посреди ночи? – раздался голос за спиной.

Эден вздрогнул и едва не наградил подкравшегося заклинанием в лоб, но ректор Эвернер отступил в сторону и покачал головой:

– Не стоит.

– Не подкрадывайся! – зашипел принц. – Жить надоело?

– Я искал тебя, – огорошил ректор.

– Да что ты говоришь?

Сокол отложил очередную книгу и замер, ожидая продолжения беседы.

– Давай не здесь, – огляделся Эвернер.

– Почему нет? В читальном зале, если ты не заметил, свободно.

Дерек не стал возражать. Они вдвоем прошли в читальный зал и сели по разные стороны длинного стола, будто на переговорах. Можно было бы посмеяться, если бы сама ситуация хоть немного располагала к смеху.

– Вижу, тебе стало лучше, – заметил принц. Соколу не хотелось тянуть время. Да, его здесь у каждого в достатке, но к чему тратить минуты на пустые разговоры?

– Немного, – кивнул Эвернер. – Я вернул относительный контроль над своей силой.