Розы для Роуз - Кэтрин Джордж

– Скай! – воскликнул Синклер. – Когда отец был жив, мы ездили туда каждый год. Я обожаю это место. Тебе там понравилось?

– Не помню, я была совсем маленькой, и шел сильный дождь, – неопределенно ответила Роуз. – Отец целый день был на рыбалке, а мы с мамой посетили овцеводческие фермы.

– Твой отец часто рыбачил? – с интересом спросил Синклер.

– Да, когда у него выдавалась свободная минутка. Ловил форель, как и ты. – Роуз замялась и поспешно добавила: – Я видела у тебя на полке руководство по рыбной ловле. Папа делал самых красивых в мире мух, – продолжала она. – Он прикреплял к кухонному столу маленькие тиски, включал оперную музыку и создавал крохотные произведения искусства. У меня до сих пор сохранилось несколько рыболовных мушек. Папа обожал рыбную ловлю.

Синклер еще сильнее сжал руку Роуз.

– Ты все еще скучаешь по нему?

– Я скучаю по ним обоим, – задумчиво произнесла Роуз. – Но я счастлива, зная, что они сейчас вместе.

– Ты в это веришь?

– Мне необходимо в это верить. – Она грустно опустила глаза. С минуту они молчали.

– Мой отец умер, когда мне было двенадцать, – коротко сказал Синклер.

Роуз выпрямилась и затаила дыхание. Она и мечтать не могла, что Джеймс доверится ей.

– Он умер во сне, – начал Джеймс. – Когда мама проснулась, его уже не стало. Папа был трудоголиком е сердечной недостаточностью. Опасное сочетание.

– Мне очень жаль. – Роуз участливо пожала его руку.

– Когда мне исполнилось восемнадцать, мать снова вышла замуж. Мой отчим хороший человек, и они счастливы, но... – Джеймс замолчал.

– Ты чувствовал себя заброшенным?

Он нахмурил брови и задумался.

– Я тогда не отдавал себе в этом отчета, но, наверное, да. Доналд – преуспевающий адвокат и самодостаточный человек. В мою мать он влюбился с первого взгляда. Ей было только сорок, когда они, наконец, поженились, и она до сих пор очень привлекательная женщина. Даже в моих глазах. – Он криво улыбнулся. – Мать переехала к Доналду. У него большой дом, и у меня там есть комната, но я никогда не чувствую себя в нем свободно... – Он замолчал и покачал головой. – Не могу поверить, что я все это рассказываю тебе, обычно я не утомляю людей своей биографией. – Он легонько сжал ей пальцы. – Ты хороший слушатель, юная Роза.

Теперь самое время уйти, нехотя подумала Роуз. Она мягко высвободила руку и встала.

– Думаю, самое время оставить тебя наедине с твоими книгами. Спасибо за завтрак и... за разговор.

– Что за спешка? Сегодня воскресенье, и сейчас голько полвосьмого утра.

– Я, наверное, отвлекаю тебя от работы?

– У меня впереди целый день. Но может быть, – он искоса посмотрел на нее, – тебя кто-то ждет?

Ага, ему не хочется, чтобы она уходила!

– Ты имеешь в виду моих товарищей по песочнице? – улыбаясь, спросила она.

– Черт, Роуз, не такая уж у нас разница в возрасте. – Он раздраженно поднял брови. – Я имею в виду, тебя ждет парень?

Похоже, дразнить его опасно. Роуз энергично замотала головой.

– Нет, только девушки, с которыми я снимаю квартиру. Думаю, они еще даже не встали.

– Ну и отлично. – Синклер взял со стола чайник. – Подожди минутку, я налью воды и вернусь.

– Тебе помочь – помыть тарелки, например?

– Нет. Сегодня ты у меня в первый раз, и я уберу все сам. В следующий раз хозяйничать будем вместе.

В следующий раз!

Он вернулся с чайником и включил его, внимательно посмотрев на Роуз.

– Что ты делала вчера вечером?

– Работала.

Он нахмурился.

– Работа по гибкому графику? Здесь, в городе?

– Нет, я писала реферат. А днем ходила в кино, в «Кэмео». Почему ты спрашиваешь?

– Тебя не было вечером в клубе. Я думал, ты заболела. – Он налил две чашки и протянул одну ей.

Роуз опустила глаза, чтобы скрыть радость. Он думал о ней!

– Нет, что ты. Я очень окрепла, с тех пор как стала бегать.

– У тебя очень выразительное лицо, Роуз. О чем ты думаешь? – хитро спросил Джеймс.

– Мне просто интересно, ждет ли тебя кто-нибудь – я имею в виду девушку – дома, в Шотландии. Ой, прости! Меня это, конечно, не касается, – пролепетала Роуз.

– Нет, у меня дома нет девушки. Сплетни не врут, – насмешливо добавил он. – У меня нет времени на девушек.

– Полагаю, это прозрачный намек, что пришло время прощаться. – Роуз быстро вскочила на ноги. – Дождь там или не дождь, пора и честь знать.

Синклер пошел впереди нее по лестнице, затем подал Роуз кроссовки и дождевик.

– Может, вызвать такси?

– Нет, спасибо. Небольшая прогулка пойдет мне на пользу.

– Руки вверх, – скомандовал он и надел ей через голову дождевик, нахлобучив капюшон на лоб. – Увидимся с утра на стадионе, да?

Роуз через силу улыбнулась, всовывая ноги в мокрые кроссовки.

– Еще раз спасибо за завтрак. Пока.

– Пока, Джеймс, – поправил он и открыл входную дверь.

– Тебя все зовут Синклером, – заметила она, стараясь произнести его фамилию так же, как он.

– Очень тонкое наблюдение.

Роуз неуверенно улыбнулась.

– Ну что ж, тогда пока, Джеймс.

– До завтра. Сейчас нигде не задерживайся, сразу беги домой – и под горячий душ.

Она весело улыбнулась, забрала у него сумку и побежала по дорожке.

Дома, вся мокрая и едва дыша, Роуз сбросила в ванной дождевик и пошла в гостиную.

– Ради бога, где тебя носило? – встревоженно спросила Корнелия.

Фабия с подозрением изучала покрасневшее лицо Роуз.

– Не думаю, что ты бегала по стадиону!

– Нет, по стадиону я не бегала. – Роуз принялась набивать кроссовки бумажными полотенцами. – На стадионе стояли такие лужи, что Джеймс вместо пробежки пригласил меня к себе позавтракать. – Она подняла голову и рассмеялась, увидев изумленные лица подруг.

– К себе? В квартиру? – еле слышно переспросила Кон.

Роуз радостно кивнула.

– Его хозяйка уехала на выходные, и весь дом принадлежал нам.

Фабия облегченно вздохнула и упала на диван.

– Итак, ты это сделала!

– Не гони лошадей, – предупредила Роуз. – Джеймс еще в меня не влюбился...

– Пока не влюбился, – вставила Кон. В глазах у нее горел охотничий азарт. – Он уже достаточно заинтересовался, чтобы пригласить тебя домой.

– И я была ему очень благодарна, – благоговейно произнесла Роуз. – Думаю, я заслужила поощрение в виде пары сэндвичей с беконом за свои ежедневные мытарства на беговой дорожке.

– Ты готовила бутерброды?

– Нет! Джеймс! Великий Синклер приготовил бутерброды своими белыми холеными руками, – победоносно произнесла Роуз.

– Он попросил тебя называть его Джеймсом? – спросила потрясенная Кон.

– Да. Для меня он Джеймс, а для всех остальных – Синклер.

– И что было дальше? – с живым интересом спросила Фабия. – Он назначил тебе свидание?