Ожившая сказка (ЛП) - Пиколт Джоди Линн

Проходя по подъёмному мосту замка, я услышал рёв Пиро над головой и обернулся. На секунду я ушёл в себя. Дорога, ведущая к замку, изгибалась точно так же, как и подъездная дорожка к моему дому, на которой я тренировал задний ход, когда учился водить. В груди у меня заныло, и я понял, что тому была причина — тоска по дому. Мне вдруг очень захотелось оказаться вновь у себя на кухне с мамой, поесть любимых хлопьев. Мне захотелось, чтобы она накричала на меня из-за разбросанной по полу комнаты одежды. Мне захотелось…ну, вернуться.

Моя мама создала эту историю; здесь всё напоминало о ней. Но попасть в сказку значило попасть в приключение. И я не позволю какой-то там мимолётной грусти уничтожить эту возможность. Я сделал глубокий вздох и отвернулся. Хоть дорожка и казалась мне знакомой, она на самом деле далека от той, к которой я привык.

Пляж Долго и счастливо находился на самой последней странице и добираться до него от замка было далеко. Я прошёл через Заколдованный Лес, мимо хижины Орвилла, пересёк тролльский мост. Морщась, нырнул со скалы в океан, проплыл русалочий дом и, мокрый до нитки, выбрался на берега, где жил Пиро. Добравшись до корабля капитана Крэбба, я понял, что опоздал, потому что все остальные уже собрались. Так что я быстро взобрался по скале и выпрыгнул из страницы, приземляясь на Пляже.

Фрамп стоял на пне, пытаясь привлечь всеобщее внимание. Тролли Биггл и Фыр стрелялись лазерами, что само по себе было полезной разминкой, только, на мой взгляд, их больше забавляло валить пальмы и превращать песок в стекло, а не по-настоящему репетировать новый сюжет. Пиро храпел, выпуская колечки дыма из носа. Русалки устроили гонки на улитках, делая ставки на жемчуг. Тролль Трогг играл на флейте. Феи вплетали гирлянды из маргариток в гриву Чулка, который весь буквально светился. Орвилл и капитан Крэбб играли в стад, используя песочные доллары и ракушки вместо фишек.

— Что случилось? — тронул я Фрампа за плечо.

Он подпрыгнул, почёсывая ухо по привычке. От старых привычек не так-то легко избавиться, подумал я. Пару месяцев назад Фрамп был ещё собакой.

— Кажется, все растеряли свой… энтузиазм, — ответил он.

— А где же нам его взять? — заявила Серафима, появляясь на странице. — Нас не читали уже… — она подняла глаза к небу, словно делая необходимые расчёты в уме, и её брови сдвинулись. — Уже очень давно.

Увидев её, Фрамп соскочил со своего места. Потом взял её руку и поцеловал. Вот же подкаблучник.

— Ваше высочество, — обратился он к ней, — всякий раз, когда мне кажется, что вы не можете сиять ярче, вы доказываете обратное.

— Ты правда так думаешь? — огрызнулся я. — Где твой космический костюм? — на ней было какое-то дурацкое платье эпохи Возрождения и маленькие тапочки, похожие на носки. Такие точно не помогут надрать инопланетный зад.

— Слушай, Эдгар, помолчи, будь любезен, — вздохнула она. — Зачем он мне вообще? Какие ещё инопланетяне? Это всё глупости. Я принцесса. И больше не стану выполнять всю грязную работу за тебя.

Мы переглянулись с Фрампом. Обычно Серафима так же сообразительна, как брёвнышко. Почему-то до сих пор, хотя сказка репетировалась изо дня в день, до неё никак не могло дойти, что она не принцесса, а просто книжный персонаж. Когда я попал сюда, то думал, что убедить её будет проще всех, я надеялся, что в истории появился новый поворот: сказка стала бы прикрытием, чтобы не дать пришельцам с Зорга уничтожить нашу планету. Но когда Серафима узнала, что больше никаких королевский мантий она носить не будет, как и не будет ежедневно выходить замуж за принца, её интерес пропал.

На странице появился Рапскуллио.

— Не хочу вас прерывать, — заметил он, — но мне показалось, что все как-то немного… как бы это сказать… словно на иголках. Я прошёл курсы по разрешению конфликтов и, конечно, нисколько не умаляю твой вклад, Эдгар, но проблема действительно кроется во внесённых изменениях. Серафима в какой-то степени права: Читатель не открывал нашу книгу уже достаточно долго, и можно предположить, что новая версия не найдёт отклика у нашей аудитории. Может, нам стоит вернуться к изначальной истории? Ты выучишь слова Оливера, а мы продолжим заниматься тем, что у нас получается лучше всего: мы пираты, принцессы и феи, но никак не космические вояки. Русалки знают, как напугать до полусмерти моряков. Чулок хорош в выездке, — он заметил, что Фыру удалось поджечь волосы Биггла своим блуждающим лазерным лучом. — Ну а троллям следует вернуться к строительству. Без вот этих вот прибамбасов.

Легко изменить одного персонажа, но не тридцать. Думаю, можно было бы обжиться в книге, заменить Оливера. Но я на это не подписывался.

Что если я застряну тут, и придётся заниматься тем, чем мне не хочется? Единственная причина моего согласия заключалась в моём желании испытать те приключения, которые я лишь наблюдал на экране. Но каждый раз, когда вы играете в одну и ту же видеоигру, ваши ощущения всегда разные. Здесь же как будто бы проигрывалась одна и та же пластинка. Я знал, что там притаилось за углом. Знал, когда приземлятся инопланетяне, и что в конце Зорг проиграет. Эффект неожиданности пропадал, и в этом книжный мир проигрывал реальному.

Теперь я понимал, почему Оливер стремился уйти. Но раз он знал, что это тюрьма, то зачем тогда хотел той же участи для другого?

— Знаете, — сказал я, — нам нужна передышка.

Серафима топнула своей маленькой ножкой.

— Я ни за что не надену больше ничего такого, что будет мне перехватывать дыхание.

— Я имел в виду просто отдых, — обратился я к Фрампу. — Не сочти за труд сообщить им.

Фрамп забрался обратно на свой пень и гавкнул. Несмотря на человеческое обличье, сдаётся мне, старую собаку новым трюкам не научишь.

— Внимание-внимание! — крикнул он. — На сегодня объявляется выходной.

На мгновение все потрясённо замолчали, но вскоре вспыхнуло небывалое оживление, когда выяснилось, что теперь можно было заняться своими делами. Феи промчались перед моим носом, точно искры.

— Миледи, — обратился к Серафиме Фрамп, — раз уж у нас появилось свободное время, может быть, вы выгуляете меня? То есть, я хотел сказать, прогуляетесь со мной?

Взгляд принцессы скользнул по нему.

— В другой раз, — она подняла юбки и уплыла по песку к краю страницы.

Разочарование на лице Фрампа появилось лишь на мгновение, и он вновь повернулся ко мне.

— Кажется, мне тоже пора, — заметил он. — Кто-то же должен застелить кровать Серафиме, прежде чем она поймёт, что у неё нет служанок.

Внезапно в небе вспыхнул ослепительный свет, разрезавший небо напополам. Я дёрнулся, прикрыв глаза ладонью. Земля под моими ногами дрогнула, и каждый из нас бессознательно ухватился за что-нибудь покрепче, чтобы устоять на ногах: дерево, скалу, повиснув вверх тормашками. Сам я покатился кубарем и врезался в тролльский зад, крепкий, как корма боевого корабля.

— Прошу прощения.

Трогг только пожал плечами.

— Ничего страшного. Ещё научишься, — песок остановился, и океан успокоился, когда страницы выпрямились, а я, подняв голову, увидел своё собственное лицо огромных размеров.

— Оливер! — воскликнул Фрамп, виляя пятой точкой. Серафима примчалась обратно, не дойдя до края страницы, и встала впереди всех, скрестив руки на груди. Королева Морин, появившись на Пляже, едва книгу открыли, радостно замахала рукой. Персонажи, взволнованные тем, что их книгу наконец-таки открыли, ещё больше оживились, увидев того, кто это сделал.

Оливер, однако, казалось, не разделял их веселье.

— У вас всё хорошо?

Рядом с ним появилось лицо второго человека. Это была Делайла. Напуганная до смерти.

Фрамп дёрнул за край своей рубашки.

— Конечно! — весело ответил он. — Ты же ведь сам знаешь. Дела идут, как обычно. Но, честно говоря, в последнее время у нас не так много читателей…