Моя - Катерина Коршунова

— Ты знаешь про осенний спектакль? — спросил Артем неожиданно.

— Да, конечно. Ежегодно ставится пьеса.

— В этом году меня пригласили участвовать.

— Неудивительно. Ты популярный парень. За счёт тебя хотят поднять рейтинг непопулярного мероприятия, — хмыкнула Карина.

— Ты признаешь, что я популярный?

— Не благодаря уму или достижениям, а только из-за денег и сумасбродства.

— Звучит, как оскорбление. Но я пропущу это. Я не смогу играть роль. Я такой, какой есть. Я не актёр. Но чтобы сделать шоу, театралы придумали особую постановку с красивым танцем внутри.

— Банально, — фыркнула Карина.

— Пускай, но если это обыграть красиво, то это будет красиво. Танцую я и ты. Бери телефон, ищи фото, стирай, но ты со мной там на сцене.

Карина замерла. Это было странное предложение, но вполне ожидаемое от Артёма.

— Почему я? И зачем этот танец тебе?

— Я хочу танцевать с тобой снова. Я хочу пережить это.

— А если я не хочу?

— А разве я спрашивал — хочешь ты или нет? Это сделка, соглашение, бизнес.

Артем протянул свой мобильный.

— Ты согласна?

— А вдруг ты сделал копию?

— Я обещаю тебе, что копий нет. А я всегда сдерживаю свои обещания.

Карина взяла протянутый телефон.

Глава 7

Карина зашла в актовый зал с сумкой в руках. Она переоделась в туалете для первой тренировки, и с угрюмым лицом приближалась к сцене, где скоро ей предстояло танцевать в паре с Артёмом. Она удалила фото, а теперь расплачивалась за это. Почему жизнь настолько к ней несправедлива? Ведь Карина не сделала ничего, ради чего сейчас должна была расплачиваться. Артем захотел, Артем получил. Карина пострадала, Карина расплатилась за то, что пострадала. И так было всегда. Постоянно, с первого дня их знакомства. Ладно, в начальной школе она его дразнила, но сейчас всё было иначе.

Карина свято верила, что Артёму стоило просто попросить, и она бы танцевала для этого спектакля. Но в глубине сознания прятался мыслишка, которая звенела навязчивым звоночком, что она кривила душой. Без боя Карина вряд ли бы сдалась.

Она не сказала Матвею всей правды, умолчала о своей роли в постановке. Девушка уверяла себя, что Матвей проигнорирует это мероприятия, а Карина просто станцует и уйдет.

Артём с широкой улыбкой ожидал её на сцене.

— Почему нельзя было тренироваться в спортзале? — буркнула Карина.

— Я хочу, чтобы ты прочувствовала сцену, — объяснил Артём. На нём были надеты свободные спортивные штаны чёрного цвета. Высокий, подтянутый парень очень сильно отличался от широкоплечего подкаченного Матвея, но его тело также привлекало внимание, особенно в такой свободной почти домашней одежде. Карина моргнула несколько раз, прогоняя странные мысли. Она уселась на сидение в первом ряду.

— Ну, что ж! Танцуйте мастер, — крикнула она. Артём абсолютно спокойно включил планшет и вышел на центр сцены. Заиграла песня Бьянки «Кеды». Парень начал грациозно и красиво двигаться. Несомненно, танец строился для пары, но даже в таком положении, в одиночку, было очень приятно смотреть на высокого гибкого парня. Карина следила за каждым его движением. Когда музыка закончилась, девушка всё ещё чувствовала себя прилипшей к стулу, будто каждый её мускул и нерв перенес перенапряжение и отказывался исполнять свою роль.

— Что ты там замерла? — спросил запыхавшийся Артем.

— Очень красиво, — выдавила Карина, — ты с кем-то уже танцевал этот танец?

Артем спустился со сцены и уселся у ног девушки.

— Нет, это специально для нас с тобой придумано.

— Но кто поставил этот танец?

— Глупый вопрос, — буркнул Артем, — я сам.

— Но, когда ты успел?

— На это ушло несколько месяцев, — честно ответил Артем, — я продумывал каждую деталь. Хотя времени у меня было мало. Летом я был часто в разъездах.

— То есть ты знал, что я учусь в этом университете? Ты специально поступил именно сюда? Ты специально подстерег меня в душевой?

— Карина, ты меня что плохо знаешь? Я давно так поступаю, просчитывая каждый ход. Ещё в июне я пришел сюда с документами. Я знал, где ты учишься, поэтому выбор учебного заведения для меня был очевиден. В июле с моей будущей группой я ездил на отдых, чтобы ближе познакомиться. У них это было запланировано, а я просто подстроился. Там была девочка из студсовета, которая узнала о моих танцевальных способностях, тогда у меня созрел план, который я реализовывал шаг за шагом.

— Но почему ты это все делаешь? Прошло три года. Ты не появлялся. Ты мог получить диплом в Англии.

— Я его получил. И ты задаешь слишком много вопросов. Я здесь, чтобы танцевать, а не болтать.

— Твое поведение и поступки абсолютно нелогично, непонятны для меня.

— Я не буду сейчас ничего объяснять. Просто подымай свой зад и вперёд на тренировку.

Карина хотела задать ещё кучу вопросов. Она не понимала мотива Артема, цели его новой игры. Просто танцевать рядом с ней — это слишком безобидно.

Карина видела, что Артём не намерен был продолжать беседовать и отвечать на её вопросы. Она поднялась на сцену. Парень стал методично объяснять каждое движение, но Карина никак не могла сосредоточиться. Её ноги ступали не в ту сторону, руки делали не те движения. Мокрые и изможденные они упали на сцену.

— Ты как бревно! — возмущался Артем, — ты что совсем не тренировалась за эти три года? Раньше твоё тело чувствовало ритм, музыку, а сейчас получается ерунда. Мы с тобой просто опозоримся.

— Или не будем танцевать, — пробурчала обессиленная Карина. Она понимала, что проблема не в координации движений, а в голове. Девушка просто не хотела, чтобы руки Артёма касались её тела, придерживали её, крутили, прижимали. Карина слишком отчётливо помнила, как в ярости этот парень причинял ей боль, срывая тонкий шёлк с хрупкого тела. Тогда она поставила точку в их длинной повести о любви и ненависти, а он хотел заглушить свою моральную боль, причиняя ей физическую. Артём не ударил её в тот день. Он схватил за выпускное платье и сильно дёрнул, превращая наряд в тряпки.

— Кариночка, — тихо сказал Артем, — я ведь так и не извинился за выпускной.

Парень сел. Его пальцы тянулись к её волосам. Он нервничал, сильно нервничал.

— Это в прошлом, — Карина не хотела подымать сейчас эту тему.

— Ты прости меня. Я поступил в тот день, как свинья. Я был злой на себя. Я правда столько натворил за нашу с тобой жизнь. Многие поступки я не могу себе даже объяснить. Я не имел права рвать твоё платье. Ты была очаровательна!