Скажи прошлому «прощай» - Ксения Любимова

– А я так хотела послушать, о чем они будут говорить, – вздохнула Мариша.

– А я? – подхватила Настя. – Думаешь, я не хотела? Интересно же, что там за история такая!

– Все-таки Эрик иногда бывает невыносимым.

– Я бы даже сказала, он почти всегда таким бывает, – подхватила подруга. – Слушай, может, и этой Жене сделать кофе, а то как-то нехорошо получается. Девушка пришла в мой дом, а я не проявила к ней никакого внимания.

– Сделай, если хочешь…

Мариша была явно расстроена. Через пару минут они вкатили тележку с бутербродами и напитками в гостиную и обиженно уставились на сыщика.

– Где так долго ходите? – раздраженно поинтересовался он. – Мы вас ждем, ждем… Женя не может начать свой рассказ, потому что главные слушатели заняты своими делами.

– Это мы – главные слушатели? – уточнила Настя.

– А то кто же еще? Если вы не услышите эту историю, вы же потом сожрете меня с потрохами.

– Но… ты же сказал… – промямлила Мариша, – ты сказал, что мы здесь лишние…

– Я пошутил, – невозмутимо ответил Эрик. – Садитесь на диван и закрывайте рты. Начинай, Женя.

Подруги не заставили себя долго ждать. Разом повеселевшие, они сели рядышком и уставились на Евгению.

– С чего начинать? – уточнила она.

– С самого начала. Мне важно знать все подробности.

– Хорошо, – улыбнулась девушка и начала рассказ. – Мама моя – певица. В детстве я ее редко видела. Она почти все время моталась с концертами. Меня воспитывали папа и бабушка. Папа у меня был очень заботливый, добрый, и я его очень любила, – добавила Женя. – Больше, чем маму. Когда мама приезжала с очередных гастролей, я ее не всегда узнавала – она любила изменять свой образ. То мама вернется в облике златовласой феи с длинными до пояса волосами. То в образе рыжеволосой бестии – эдакой роковой красотки. Папа только вздыхал, когда встречал маму на вокзале. Правда, сейчас она перестала себя изводить и вернула себе свой натуральный цвет – вновь стала жгучей брюнеткой.

Нужно сказать, что мама неплохо зарабатывала. Во всяком случае, больше, чем отец. И он мирился с ее работой. Времена настали тяжелые, цены росли, как на дрожжах, а приличной работы не было. Мы выезжали на маме в прямом смысле этого слова. Но потом папе неожиданно повезло. Он попал в струю, и его бизнес быстро пошел в гору. Папа сразу попросил маму оставить свою работу. Но она категорически отказалась. Мама решила, что было бы глупо прекращать гастроли, когда она находится на самом пике популярности. А что, если у папы возникнут проблемы в бизнесе? Что тогда? Должен быть запасной вариант на такой случай. В общем, они долго пытались найти компромисс, но так и не смогли этого сделать. В итоге все осталось по-прежнему. Мама ездила по стране, а папа занимался бизнесом. Бабушка водила меня в школу, на танцы, пыталась увлечь художественной гимнастикой, но здесь я сопротивлялась. Гимнастика никогда мне не нравилась.

Потом папа купил старинный особняк на краю города и привел его в порядок. Вы бы видели, каким красивым он стал! Сейчас вокруг нашего особняка все застроено коттеджами, но наш дом все равно лучше всех. Да и земли у нас гораздо больше.

– А богатая была бы невеста для Голубева, – шепнула Настя подруге. – Нужно будет промыть ему мозги. Пусть попробует завоевать девушку.

– Вряд ли у него что-то получится, – ответила Мариша. – Ты же слышала, он считает, что она не его уровня.

– Попытка не пытка, – не сдалась Настя.

– Мама по-прежнему приезжала не часто, – продолжала Евгения, – хотя и задерживалась дома чуть дольше, чем раньше. А потом появились родственники. Сначала приехала погостить бабушкина сестра, с которой они не виделись лет десять. Затем ее дочери. Да так и остались. Папа был очень добрым человеком. Он считал, что если может кому-то помочь, то должен это сделать. А положение у родственниц и правда было нелегким. Их дом сгорел, а на переселение у государства не было средств. Вот они и ютились по разным углам, пока не обосновались у нас.

– А бабушка, простите, чья мама?

– Мамина. Папина мать умерла, когда он был совсем маленьким.

– Значит, эти родственницы – тетка и двоюродные сестры вашей мамы?

– Да, совершенно верно. Наш особняк очень большой. В нем два крыла и один общий вход. Папа отдал одно крыло моим теткам и двоюродной бабушке. А мы живем в другом крыле.

– Из-за места в доме не ругаетесь?

– Вы смеетесь? Только в нашей половине, кроме кухни и гостиной, восемь комнат. И то же самое в другом крыле. Папа считал, что мама будет довольна – ведь теперь все родственники живут вместе. Но мама не поняла его щедрости. Она вообще очень жесткий человек и считает, что каждый должен пробиваться сам. Но папа с ней не был согласен. Он говорил, что в обществе очень мало людей, способных чего-то достичь самостоятельно. Бо́льшая часть может лишь плыть по течению и сетовать на судьбу. И это не потому, что они такие ленивые или нестарательные. Просто такова человеческая натура. Только очень немногие способны пройти через трудности и лишения ради своей цели. Вот моя мама смогла, и папа смог, но, по теории вероятности, количество людей из одной семьи, способных перевернуть свою судьбу, на этом заканчивается. А значит, они должны помочь тем, кто не умеет добиваться успехов в жизни. В общем, папа твердо сказал, что тетки будут жить в нашем доме, а если маме что-то не нравится, то она может больше домой не приезжать. Тем более что они все равно ее редко видят.

Мама тогда здорово обозлилась и несколько месяцев дома не показывалась. Папа даже начал переживать. Но потом все устаканилось, мама помирилась с сестрами и стала чаще приезжать домой. Правда, я все равно редко ее видела. Она ходила по клубам, встречалась с подругами и совершала налеты на магазины с одеждой.

– В смысле, налеты? – раскрыв рот, поинтересовалась Мариша. – Она их грабила?

– Ну, что ты! – снисходительно ответила Женя. – Она их опустошала. Оставляла там столько денег, сколько нормальный среднестатистический человек зарабатывает за год. Правда, потом все эти вещи валялись у нее в шкафу – она их почти не носила. А затем плавно перекочевывали на чердак.

– А почему она не отдавала их сестрам? – недоуменно спросила Настя.

– Все по той же причине. Они должны были сами себя содержать. Мама считала, что они и так роскошно живут – заняли целое крыло особняка, за коммунальные услуги не платят, да еще и работать не хотят. Да! Холодильник им тоже забивал папа. В общем, по маминой логике, купить одежду для себя они были просто обязаны.

– Вообще-то это правильно! – согласилась Мариша. – Нельзя сидеть на шее у родственников. Мне было бы противно, если бы я полностью от кого-то зависела. Как будто у меня нет рук и ног, чтобы заработать себе на шмотки.

– Ну, ты вообще у нас особенная, – заметил Эрик.

– А почему ты говоришь о папе в прошедшем времени? – поинтересовалась Настя.

– Так он умер, – развела она руками.

– Умер? Когда?

– Полгода назад. Мне было очень тяжело. Все-таки папа был для меня самым близким человеком. Но сейчас вернулась мама, и мне стало легче.

– Насовсем вернулась? – уточнил Эрик.

– Насовсем.

– Как же она смогла бросить сцену? – ехидно спросила Настя.

– Мама потеряла голос, – пояснила Женя. – Она подхватила какой-то вирус на очередных гастролях и долго болела. Кстати, болела не только она, но и вся ее труппа. А потом у мамы случился серьезный психологический срыв – ее костюмерша умерла от осложнения. В результате этого мама потеряла голос. Я не поняла, что случилось с ее голосовыми связками, но врачи сказали, что это на нервной почве и голос может никогда не восстановиться. Для мамы это был жестокий удар. Она даже говорить толком не могла, не то что петь. Мама то срывалась на бас, то начинала пищать… В общем, домой она вернулась злая и до сих пор ни с кем не общается. Ни с подругами, ни с родственницами. Хотя по поводу сестер я ничуть не удивляюсь, – добавила она. – Правда, две недели назад она немного отошла и решила начать новую жизнь. А потом пришло это письмо. Я была свидетельницей, когда она его вскрыла. Сначала мама побледнела, затем покраснела, упала в кресло и стала хохотать. Я подобрала письмо и прочитала его. В нем была только одна строчка: готовься к смерти.

Я пыталась разговорить маму, от кого может быть это письмо, но она сказала, чтобы я не брала в голову, наверное, это выходка какого-нибудь сумасшедшего.

– И скорее всего, ваша мама была права, – вставил Эрик.

– Я сделала вид, что поверила, но потихоньку стала присматривать за мамой, – продолжила Женя. – Вечером она закрылась в кабинете и позвонила подругам. От них она узнала, что те тоже получили подобные письма. Василиса предложила встретиться и обсудить, кто бы это мог быть. Но мама отказалась. Сказала, что не сможет выйти из дома, пока немного не успокоится.

– А как ты все это услышала, если твоя мама заперлась в кабинете? – поинтересовалась Мариша.