Пришельцы. Выпуск 2 - Николай Бодров

Хранитель

Всякое выпадает героям книг, герою повествования «Дом в Оболонске, или Поэма о черной смородине» выпало невиданное. На него обратил внимание иной мир: высший, светлый. В книге этот мир имеет образ ДОМА, доставшегося герою в наследство.

В противоположность светлым силам выступает некто Колбухин, оборотень, стремящийся заполучить МИР. Он действует любыми средствами: деньгами, девушками, подслушиванием в собачьем виде, использованием творчества дочери Ольги. Именно ее стихи и сам облик девочки пленили будущего хранителя.

Добрые и злые силы ведут борьбу за место, называемое Мансардой, где в поэме с древних времен проходят встречи святых людей, вернее, их душ. Борьба идет и в душе героя — поэта Алексея Александровича Афанасьева — даже по алфавиту первого в любом списке. Но герой не понимает происходящего в городе Оболонске, сначала просто отрицая происходящее, а потом смирившись с действиями в ДОМе.

В то же время Алексей хоть и молод, но не прост. По ходу действия выясняется, что он обладает способностями, которые даны не всем: интуиция, энергетика, экстрасенсорика. К своим способностям герой относится как к должному. Значит, это было заложено в нем с детства, вероятно, по линии матери и тети Нины.

По натуре Алексей — вселенский человек, чувствующий связь с природой, окружающим миром, с людьми, к которым относится по-доброму. Например, «заяц» в вагоне поезда, проводница, пассажиры автобуса, соседи: дядя Гриша и тетя Клава. Мне нравится то, что во время спасения Оли от холодного василиска, выйдя без сил из бани, он освобождает из лампы мушку (а мог бы и не заметить).

К встрече нового хранителя ДОМ был готов заранее, он нашел его в Москве, может быть, даже хранил с помощью друга — Агаркова (если принять первую букву «А» как отрицание, то можно перевести фамилию как «горящий, не потухший»). Герой поэмы совершенно не подозревал о том, что его ожидает. Хоть он и получил прощальную записку тети Нины, не понял ее намеков, Главным его желанием было быстрее получить наследство, продать дом и вернуться в Москву.

А ДОМ готов был на многое: от предоставления простого уюта до исполнения всех желаний. Как Солярис! Он предоставил телефон, вещи из квартиры в Москве, прислал электриков, явил герою любимую девушку — Ольгу, прислал ей вызов в литинститут. А также он показал Алексею будущий сборник его стихов, даже еще и не написанных. ДОМ пошел и дальше, явив красавицу Марию. Тут бы Алеше и задуматься о том, что может дать должность хранителя ДОМа: естественно, больше, чем может дать Москва. Но герой, как все поэты, не приспособлен к жизни, не умеет вычислять выгоду («не от мира сего» — говорят о таком). Тут бы мог помочь советом Агарков, но его нет рядом. Сам Алексей не занимается решением проблемы, он старается не думать о ней: празднует с Игорем Ильичом, спорит о евреях и поэзии. Он не чувствует себя избранным.

А темный мир не бездействует. Он готов убить Ольгу порождением холодного василиска — части Колбухина, не в ладах с которым дочь была всегда. И только ДОМ — светлый мир — спасает Олю. Мария — женский облик ДОМа — берет эту боль и болезнь себе. Девушка спасена и, как в сказках, выходит замуж за спасителя; она совершенно простая, земная и не знает о существовании иного мира в Оболонске.

Не к добру происходит туман в голове Алеши. Казалось, все устроилось прекрасно. Смотритель найден, ДОМ продолжает существовать на прежнем месте, счастливы герои, но темный мир не дремлет и готов после отбытия главных действующих лиц действовать. Галину Геннадьевну Колбухин, конечно, обманет.

Я думаю, ДОМ, отпуская Алешу в Москву, просто его не отпустил. Не мог ДОМ найти нового хранителя и не проверить его по всем параметрам. Мать Ольги — простая рациональная женщина, она бы ни за что не поверила в явное существование другого мира, тем более прямо под боком.

А ДОМ полюбил Алешу и ждал его дозревания, его принятия решения — и не просто решения, а возвращения. Он поэтому сразу впустил его и при пожаре (очищении огнем) спас для себя, для дальнейшей жизни и роли хранителя. Видать, другое доброе место легче найти, а хранителя, принявшего и поверившего в ДОМ, найти все же гораздо труднее.

Всего две недели происходит действие в поэме, оно очень динамично. Читая книгу, становишься участником событий, происходящих у речки Смородинки в городке Оболонске, который находится на границе миров. Автор не дает нам никакого шанса, чтобы отвлечься, поэтому книгу читаешь без отрыва до последней страницы.

Как современный человек и к тому же москвич, Алексей тороплив. Он спешит получить наследство. Даже в ухаживании и завоевании девушки удивляют его натиск и изобретательность. Но Россия — страна, где время течет медленно, а тем более в глубинке.

Поэтому герой запутался. Он вскружил голову одной и полюбил другую. Прошло всего-то четыре дня. Потом все происходит как в тумане, потому что время движется по нарастающей. Герой очнулся только в поезде, увидев Колбухина.

Олег Ник. Павлов — художник, он умеет так нарисовать картину происходящего, что видишь ее как наяву. А сколько в поэме весны, нежности и любви, вся она пропитана вкусом черной смородины: сначала цветущей, затем листьев, чая, затем смородиновых поцелуев. Почему смородины? Не яблок, клубники, вишни, наконец? Автор объяснил — это поэтический образ Рубцова. Образ Родины, идущий от сердца поэта. Черная смородина дает ощущение обреченности. Герой чувствует эту обреченность. Для него уже горит очаг в ДОМе, до которого всего один шаг, который и был им (наконец-то) сделан.

Я думаю, что Алексей стал хранителем ДОМа, живет за Уралом, издал книгу.

Он — хранитель культуры, хранитель веры святой Руси, Ведической веры…

Маленький город Оболонск лишился такого центра. Скорее всего, это место движется. Возможно, оно было когда-то в Москве, потом в Оболонске, теперь за Уралом. Хорошо бы в Челябинске?!

Вячеслав Мягких

Необыкновенное путешествие

Произведение Олега Павлова озаглавлено «Дом в Оболонске, или Поэма о черной смородине». Но читателю поэтические строки встретятся только в виде отдельных стихотворений; все произведение в целом — это повествование в прозе. Сразу на память приходят «Мертвые души», названные незабвенным Николаем Васильевичем поэмой. Это мы еще в школе проходили. Можно отметить другие известные, по крайней мере, мне (и опять же со школы), поэмы поэтической формы. Например, безымянный лирический эпос «Слово о полку Игореве», Данте Алигьери — «Божественная комедия», А. Твардовского — «Василий Теркин». Но так как мое литературное образование школой не завершилось, то со временем кругозор пополнился поэмами Дж. Г. Байрона и П. Шелли и многими другими.