Главная роль - Алекс Вуд

– Меня зовут Шон, – представился мужчина. Как будто я не знаю! – хмыкнула про себя Кейт.

– Я Кейт, – ответила она.

– Кэтрин? – уточнил он.

– Нет, просто Кейт.

– И давно вы работаете с Блайтом?

– Это наш первый контракт.

– Большая честь, да, что он пригласил вас на пробы? – понимающе спросил Шон.

– Наверное. – Кейт пожала плечами.

Если бы кто мог слышать их разговор! Обычная болтовня случайных попутчиков на пустынной дороге. Как будто они не в самом сердце Голливуда и как будто ее водитель не один из самым известных и высокооплачиваемых актеров. Сколько он получил за свой последний фильм? Десять миллионов? Двадцать? Тридцать? Кейт впервые пожалела, что не увлекается светской хроникой. Тогда бы она точно знала все детали личной и финансовой жизни этого человека. Сколько у него денег, вилл, яхт, машин, жен, детей. Впрочем, стоп. Он еще слишком молод, чтобы иметьмногожен и детей…

Кейт усмехнулась про себя, представив себе, как он отреагирует на вопрос о его личной жизни. Наверное, на полном ходу выкинет меня из машины. И поделом мне. Уж лучше делать вид, что я не знаю, с кем имею дело. Его, похоже, это устраивает. Меня тоже. Роль восторженной поклонницы мне совсем не по душе.

И Кейт принялась спокойно болтать с Шоном, как будто он был ее соседом по лестничной клетке, а не героем эротических грез половины женского населения Америки.

– Приехали, – произнес Шон и затормозил перед невысоким зданием из красного кирпича. Никаких указаний на то, что это павильон номер семнадцать, не было.

– Вы уверены? – боязливо спросила Кейт.

– На все сто, – кивнул Шон. – Вы разве не слышите громовой голос Блайта?

Кейт прислушалась. На площадке перед зданием не было ни души, но внутри действительно кто-то был – слышался неразличимый гул голосов, и ей показалось, что она улавливает знакомые интонации Джонатана Блайта.

– Ой, огромное, вам спасибо. – Кейт повернулась к своему спасителю и широко улыбнулась. – Я ведь не сильно отвлекла вас от дел?

Шон покачал головой. В глубине его глаз промелькнула легкая досада.

– Нам было по пути, – сказал, он наконец, и в следующую секунду Кейт уже выскочила из машины.

– Спасибо! – выкрикнула она еще раз и бегом устремилась в здание павильона, с трудом представляя себе, как будет оправдываться сейчас перед Блайтом.

Красная кирпичная стена здания оказалась единственной. Кейт поняла это, когда толкнула тяжелую дверь и попала на огромную лужайку, заставленную различной техникой. Повсюду суетились люди. Одни настраивали оборудование, другие с увлечением листали какие-то папки, третьи ожесточенно спорили. Кейт сразу бросилась в глаза группа девиц, сиротливо толпившихся возле длинного стола. Они пытались притвориться, что чувствуют себя вполне уверенно, но это у них плохо выходило. И немудрено – в такой суматохе любой бы растерялся.

На секунду Кейт показалось, что на площадке царит абсолютный хаос, но вскоре стало ясно, что управляет всем одна и та же железная рука. Вернее, железный голос.

– Энни, оттащи это чуть дальше. Дальше, я сказал, а не ближе! Крэг, у тебя все готово? Джереми, подотри грим Памеле, она похожа на облезлую кошку!

Кейт улыбнулась. От Джонатана следовало ожидать именно такого стиля поведения – чтобы всем сразу становилось ясно, кто тут главный. Вряд ли он потерпит соперничество. Правит в своем мирке, как абсолютный монарх. Карает и награждает своих подданных, судит их поступки… Вот и она сегодня должна склониться перед этим всемогущим властелином.

– О, мисс Феллоу! – прозвучал ироничный голос Блайта. – Сподобились. Наконец-то.

Кейт смущенно потупилась. Сейчас ее подвергнут публичной порке.

– И что же вам помешало прибыть на место встречи вовремя? – спросил Блайт, подойдя к девушке поближе. Вопрос прозвучал угрожающе, но Кейт видела, что его глаза насмешливо поблескивают.

Он совсем на меня не сердится, подумала она обрадованно. Как здорово…

– Непредвиденные обстоятельства, – пробормотала она, надеясь, что не слишком откровенно смотрит на него. Впрочем, надежды на то, что ей удастся провести Блайта, было мало. Уж он-то наверняка прекрасно разбирается в человеческих эмоциях. А уж в женских особенно.

На съемочной площадке великий Джонатан Блайт выглядел гораздо моложе, чем в офисе директора Эй-ки-эй. Темные джинсы, легкая голубая рубашка, спортивная бейсболка скидывали, как минимум лет пятнадцать. Но его глаза и белозубая улыбка оставались такими же, и Кейт ощутила, как сердце ухнуло в пятки под пристальным взглядом режиссера.

– Мою квартиру чуть не затопило, – заторопилась она с объяснениями, чувствуя, что вскоре вообще лишится способности говорить. – Извините меня, мистер Блайт.

Джонатан молчал, но, даже не глядя на него, Кейт знала, что он не отрывает от нее глаз.

– А потом я очень долго не могла найти этот павильон, – продолжила она, окончательно сбиваясь на лепет.

– Да, нас найти нелегко, – согласился Блайт. – Поэтому я и хотел, чтобы мой помощник встретил вас…

Кейт покраснела. Конечно, он проявил о ней заботу, а она по глупости пренебрегла его вниманием.

– Как же вы все-таки добрались сюда? – спросил Блайт, и Кейт только сейчас вспомнила о своем необычном водителе.

– Меня подвезли, – сказала она и лукаво улыбнулась.

– О, вам повезло. Это место находится на отшибе, о нем мало кто знает… Это был, кто-то из наших?

Вопрос был задан небрежно, как бы, между прочим.

– Не знаю, – пожала плечами Кейт. Она непроизвольно обернулась, словно рассчитывая увидеть машину Шона на том же самом месте, где она из нее выскочила.

Естественно, машины не было. Но недалеко от них стоял сам Шон и разговаривал с каким-то мужчиной в забавных шортах по колено. У Кейт перехватило дыхание. Приглядеться к Шону раньше у нее не получилось – она слишком торопилась на встречу с Блайтом. Зато теперь у нее была для этого прекрасная возможность, и Кейт могла лично убедиться в том, что журналисты ни капли не преувеличивают, когда называют его одним из самых сексуальных мужчин мирового кинематографа.

Шон был очень высок, на голову выше своего довольно рослого собеседника. У него не было фигуры атлета или мощных бицепсов; он немного сутулился в плечах. В моем дворе его назвали бы долговязым, подумала Кейт с мстительной мелочностью, стараясь найти в Шоне хотя бы какой-нибудь недостаток. Но все бесполезно. Кейт прекрасно видела, что и чуть согнутые широкие плечи, и общая расслабленность, и длинная челка, спускающаяся на глаза, лишь придают Шону дополнительное очарование. Он не был записным красавцем, смущающим женские сердца; не был и образцовым суперменом вроде Джеймса Бонда. Он был Шоном Гордоном, простым парнем из глубинки, который обожает футбол и холодное пиво.