Танцоры Аруна (Хроники Торнора) - Элизабет Линн

— Вот это да, — поразился Керрис. Брат, довольный произведенным эффектом, казался совсем не усталым.

— Элли. — Девушка, освобождавшаяся от защитных кожаных причиндалов конника, подняла лицо на Кела. — Мы с Керрисом похожи?

— Я бы не сказал, — возразил Керрис.

— Нам с тобой не годится быть судьями в этом деле. Вообще-то ты похож на матушку.

— На нашу мать?

— Да. Тебе исполнилось три года, когда ее не стало, а мне-двенадцать. Помню, как сейчас, ее глаза. Точь-в-точь твои. — Кел встал со скамьи, тут же поднялась и Элли. — Сейчас смотри внимательно.

За разговором Керрис не заметил, что просторная общая комната, похожая скорее на замковый зал, наполнена людьми. Горело множество свечей в железных канделябрах. Центр помещения освободили от мебели. Шири сомкнули круг. Топ! — ударил в пол каблук. Топ! — распущенные волосы Кела взвились блестящей волной. Топ! — брат вовлек в танец Айлин. Ударив в ладоши друг друга, они разошлись, снова сблизились, завертелись на месте. Все движения танца, стремительные, как боевые выпады, согласовывались ритмичным притопыванием. Шири то разбивались на пары, то менялись партнерами, то соединялись в хоровод. Из стремительной смены поз и пируэтов рождался прихотливый узор танца. Так из множества цветных нитей слагаются картины гобеленов.

Танец вел Кел. Задавал ритм, начинал новые фигуры, увлекал товарищей, зажигая своей энергией.

В конце шири сошлись вплотную в центре, разбежались в круг, разом топнули и застыли. Они стояли без движения в потемневших от пота рубахах, касаясь друг друга кончиками пальцев. Шумное дыхание танцоров слышалось в притихшей комнате. Керрис цепенел от восторга.

Очнувшиеся жители Браса исступленно заорали и затопали ногами. Шири улыбались во все стороны. Керрис хотел быть с ними. Шагнул и оказался на полу-ноги не держали. Через расступающуюся толпу к нему шагал Кел, блестели бисеринки пота на гладком лице.

— Понравилось? — Рука брата легла на плечо.

— Д-да.

Запыхавшаяся Элли повалилась на пол.

— О, как я устала, Керрис. Славно мы плясали?

— Моему брату не могло не понравиться, — Кел решил избавить его от рассказа о впечатлениях от танца.

Хозяева сносили в общую комнату блюда с едой: хлебом, сыром, пирогами, ягодой. Шири всему воздали должное, устроив перепалку из-за вина.

— Это сражение могло бы пройти с меньшим ожесточением, — заметил Кел.

Слушая беззаботный смех шири, Керрис поражался их способности мгновенно восстанавливать силы. После целого дня безостановочной скачки и лихой пляски они снова были свежими. Элли всунула в руку кусок чего-то. Керрис механически жевал и глотал, не чувствуя вкуса. Глаза слипались. Усталость валила с ног…

— Эй! — Его окликал Риньярд.

Чьи-то пальцы взяли его за подбородок и приподняли поникшую голову. Кел заглядывал в его глаза.

— Изнемогаешь?

— Это с непривычки к верховой езде.

К твоим прикосновениям, брат, я тоже не привык, добавил про себя Керрис. Так приятно было ощущать на подбородке тепло родной руки.

— Тебе стоит прилечь. Элли, где его вещи?

— Вон, в углу.

— Так далеко? — Керрис испугался, как ребенок.

— Не пугайся, — Кел рассмеялся. — Я тебя перенесу.

Выпустив подбородок, брат обнял его за плечи, а другую руку, склонившись, просунул под колени. Комната пришла в движение. Керрис охнул.

— Ну вот и все, — успокаивал Кел. — Лежи спокойно, челито. — Он разул Керриса и снял пояс, заботливо тронул лоб. Одеяло пахло Торнором и щекотало горло. Керрис засыпал.

ГЛАВА III

Керрису приснился сон. Они с Келом в Торноре, садятся на лошадей и куда-то скачут. И звучит песня:

В чужой земле я вечный странник,Изгой в стране своей родной.Иду…

Тут он проснулся. Рубаха была влажной и липла к телу. Вместо старика Жозена перед Керрисом была Элли. Стоя на коленях, она скатывала свою постель.

— Узнал меня? — улыбнулась она.

— Угу. — Он потянулся, чувствуя ломоту во всех мышцах.

— На дворе светло, мы скоро выезжаем. Слышал, как поет Айлин?

— Да. — Керрис приподнялся на локте.

Из противоположного угла ему помахал Риньярд. Он выносил вещи-свои и Дженси. Пинком распахнул дверь и что-то крикнул во двор.

— Соображаешь, где ты? — участливо спросила Элли.

— В поселке… — Керрис сел.

— С названием Брас, в общей комнате.

Гладкие деревянные стены блестели, будто начищенная медь. Столы и стулья громоздились друг на друга в одном углу-их убрали, освобождая место для сна. Пахло горелыми свечами и вином.

— А наш вчерашний танец помнишь?

Керрис мотнул головой. Все это никак не могло быть продолжением сна. Он взаправду здесь сидел и говорил с этой девушкой. Восторг не давал ему говорить.

В дверь просунулась Дженси.

— Завтрак на улице.

Элли подхватила упакованную постель.

— Я тебе принесу.

Она вышла. Керрис протер глаза. Пятнистый кот умывался на столе. Кто-то посапывал в одеяло. Похоже, это Калвин до сих пор не проснулся. Никак не верилось, что происходящее-реальность, что сосновые стены не обернутся в одно мгновение серыми камнями Торнора. У постели стояли сапоги, рядом лежал пояс. Керрис взялся за него, пояс оттягивал кинжал. Подарок Жозена тоже существовал наяву. Керрис подпоясался, обулся и принялся облачаться в кожаные штаны-доспехи всадника. Кот заинтересовался его возней, спрыгнул со стола, подошел и обнюхал однорукого человека. Тот, довершив облачение, скатал свою постель в несуразный шар и пошел во двор. На правом боку висел кинжал, и ножны хлопали по ноге при каждом шаге.

Шири стояли вокруг дворового очага. С ними была и вчерашняя темноволосая женщина, которая называла Кела скайин-учитель. Керрис сразу ее узнал. Сейчас с братом говорил кряжистый человек с квадратными плечами. Над огнем на вертелах шипели колбаски. Этого зрелища желудок Керриса не смог вынести и требовательно заворчал. Свернутое одеяло полетело на землю. Вчерашний торнорский писарь протиснулся к очагу между Айлин и Элли.

Коренастый собеседник Кела сразу отметил появление нового лица. Коротышка был одет в кремовую рубаху и коричневые штаны. На поясе у него висел нож. Женщина тоже предпочитала штаны юбке. Обувью ей служили башмаки из мягкой кожи, без каблуков. Она приглядывала за готовящимся завтраком, неторопливо и с изяществом управляясь с вертелами.

Керрис наконец-то мог рассмотреть брата: свежевыбритое лицо, волосы, перехваченные красным шарфом. Руки Кела исполняли стремительный танец в воздухе. Он замахивался, обозначая удары, и защищался от невидимого врага. Коренастый кивал. Они обсуждали поединок или новый трюк шири.