Королевская охота - Инна Брюсова

На другой день он не мог подняться с постели. Все тело ломило от боли. То ли нервное, то ли простыл, лежа на земле. Он не пошел в школу и пролежал весь день в постели. Никто бы никогда не подумал, что сильный, независимый, несгибаемый Сашка может так переживать из-за жалкой собаки… Алина так и не позвонила…

Он думал тогда, что сойдет с ума от стыда и горя. Но все проходит в конце концов. Алина не разговаривала с ним несколько месяцев. Потом они стали перебрасываться словом-другим, даже бывали вместе в компаниях, но все это было уже не то. Совсем не то. Что-то закончилось для них, а они не знали, как это восстановить и, вообще, возможно ли.

Выпускные экзамены прошли, как в тумане. Потом нужно было поступать, учиться, сдавать сессии. А потом он узнал, что Алина вышла замуж за Володю Галкина, одноклассника и друга. Он воспринял новость спокойно, даже с легким презрением — как она могла? За этого тюфяка? Разве он стоил ее? Остроумной, самоуверенной, темпераментной! Да разве он с ней справится? Предатель! А еще друг! Там ему и место — под ее каблуком.

Они не искали с ним встреч. Он — тоже. Как-то он встретил в читальном зале Елену, сестру Алины. Что-то дрогнуло в сердце — Елена смотрела на него глазами, так похожими на глаза старшей сестры.

Они стали встречаться, а спустя полгода поженились. На свадьбе он увидел Алину. Впервые за несколько лет. Она поздравила молодых — сияющую хорошенькую невесту в длинном платье из белого гипюра, с букетом красных тюльпанов, и его, скорее озадаченного, чем обрадованного происходящим.

— Совет вам да любовь, — сказала Алина и прижалась губами к его щеке. И он понял, что ничего не прошло…

Они дружили домами, то есть собирались вместе на праздники. Иногда выбирались на природу или в театр. Но их отношениям недоставало тепла, они не были нужны друг другу в таком составе. А сестры могли видеться и так, без мужчин.

Он иногда спрашивал себя: неужели Володька не знал об их с Алиной отношениях? Неужели не помнил их вместе? Неужели его не интересовало, почему они расстались? Он понял, что ничего не прошло и этих лет словно не было, что он по-прежнему любит Алину, теперь вдвойне недосягаемую и вдвойне желанную. Он любил ее и ненавидел — за жесткость, неумение прощать, беспощадность. Из-за его дурацкого мальчишеского поступка она погубила две жизни — свою и его. Да, да, свою тоже!

Они оба это понимали — иногда их взгляды встречались, огонь вспыхивал в ее глазах, и, словно одержимая дьяволом, она начинала дерзить, издеваться над его работой, деньгами, называя мафиозо. Он резко отвечал ей, и они, не стесняясь тех двоих, что сидели молча (что они чувствовали при этом?), начинали скандалить, не выбирая выражений, ненавидя и желая друг друга. «Гицель!» — однажды крикнула она злобно, подхватила мужа и была такова.

Что такое «гицель»? Он никогда не слышал этого слова. Алина переняла у своей бабки, выросшей в украинско-немецко-польской среде в небольшом городке на юге Украины, странные словечки, значения которых никто не знал.

Что такое «гицель» он не знал, поэтому не обиделся, хотя и понимал, что ничего хорошего это слово не значит. Он осторожно спросил у двух-трех знакомых, не знают ли они такого слова. Безрезультатно. Такого слова никто не знал. Он решил, что оно, должно быть, немецкое, судя по звучанию. Спросил в книжном магазине словарь, попытался найти похожее слово, примерно представив себе, как оно пишется. «Hitze» — «жара», «страсть», «воспламененность». Не то. Может, это на идиш?

Значение слова он наконец узнал… «Гицель — это такой человек, который ловит бродячих собак, — объяснила ему бабка его сослуживицы, которую он как-то подвез домой и поднялся к ней выпить чего-нибудь холодненького, — сейчас говорят — живодер».

Видно, из тех же краев была.

Вот оно что! Живодер! Жалкое, спившееся существо, вымещающее свои жизненные неудачи на бессловесных тварях. Ах ты, дрянь!

Ситников так глубоко ушел в свои воспоминания, что совсем забыл о гостье. А Екатерина, в свою очередь, задумалась об этой супружеской паре — жестком, неприветливом мужчине и красивой молодой женщине, у которой было все, о чем только может мечтать любая женщина: богатый муж, прекрасный дом, спокойная размеренная жизнь — и которая тем не менее, смертельно напуганная, обратилась за помощью в детективное бюро. Мелодичная трель звонка заставила их вздрогнуть.

— Кого там еще несет? — проворчал сквозь зубы хозяин, с трудом поднялся и направился в прихожую.

— Картина Сурикова «Не ждали»! — раздался радостный сочный бас. Вслед за этим — грохот опрокинутой вазы, топанье, шлепки. — А это я, старинный друг Добродеев, собственной персоной. Решил заглянуть, проверить, как ты тут, просто так, без звонка. Вернее, позвонил на работу, там сказали: «Хозяин уехамши!» Ну а я, дай, думаю, зайду, а вдруг ты и вправду дома. И оказался, как всегда, прав! А как ты, старик? — спохватился бас, придавая голосу сочувствующие интонации.

— Нормально, — неохотно отозвался Александр.

— Э, да тут дама! — вскричал вновь прибывший, рванулся к Екатерине, схватил ее за руку и смачно поцеловал. Отступил на шаг, вытянулся, щелкнул каблуками, низко склонил голову, уперев жирный подбородок в грудь: — Алексей Добродеев!

Был он большой, толстый, очень подвижный человек с растрепанными волосами, небрежно и дорого одетый, и от него слегка попахивало вином.

— Красавица, ничего не скажешь. Узнаю твой вкус!

Он плюхнулся на диван, схватил со стола стакан хозяина, залпом выпил его содержимое, крякнул, обшарил глазами стол в поисках закуски, пробормотав при этом:

— Ох, уж эти бедные богатые, выпить есть, а закусить — фиг! — Потом взял руки девушки в свои большие мягкие ладони и сказал: — Ну, Сашка, ну, негодяй, и что они только в тебе находят?

Щеки его лоснились, глаза сияли, выражение лица было самое благодушное, но внимательный, острый взгляд кольнул диссонансом.

— Екатерина Васильевна Берест, — представил ее Александр, — хозяйка «Королевской охоты».

— Что такое «Королевская охота»? Кафе?

— Как, ты не знаешь? Ты же у нас все знаешь! Это детективное бюро.

Что-то мелькнуло в глазах Добродеева.

— Ты нанял детектива? — В голосе послышались недоверчивые нотки.

— Почему бы нет? — впервые за весь вечер улыбнулся хозяин.

— Но ведь ведется следствие, и при чем тут частная контора? Или ты хочешь сам…

— О чем ты? Какое следствие?

— Ну как о чем? — Добродеев слегка смутился. — В связи с… — он замялся, — с Еленой…

— При чем здесь Елена?

— Я не понимаю…

Было похоже, что Добродеев растерялся.