Покажи мне космос - Лина Каптейн

Перетопчется!

Наверняка Филипп специально загадал это, зная, что я откажусь играть до конца. Но рисковать тоже не очень хотелось. Иначе пришлось бы всю смену обедать в каком-нибудь другом месте.

— Первоначальные условия были несправедливы, амазонка, — сказал он. — Мое желание ни в какое сравнение не шло с твоим.

— Но ты все равно согласился, — возразила я. — Или думал в два счета меня обставить?

Его улыбка на секунду померкла, и я поняла — на это он и рассчитывал. Как удачно для него появилась Наташа!

— Ладно. Если не хочешь, не будем доигрывать, — развел руками Филипп.

На том мы и закончили — объявили ничью.

Костя и Настя были не против. Они тоже подустали, да и солнце поднялось довольно высоко. Все пожали друг другу руки и договорились, что победила дружба.

После игры мы с девочками сходили на обед, а потом они пошли гулять по территории лагеря, а я осталась в комнате репетировать выступление.

И вот момент настал.

Из-за софитов тяжело разглядеть лица людей в зале. Они скрыты во мраке, в то время как свет ламп над головой бьет по глазам.

На мне платье без рукавов длиной до колена, не стесняющее движений, но подчеркивающее талию. Белое, с принтом из зеленых пальмовых листьев.

Оно совсем не похоже на конкурсное — никаких страз, перьев и бахромы. Но его я, конечно же, не взяла. Пришлось выбирать из вещей, которые нашлись в чемодане. Однако то, что я надела, тоже напоминает о далекой и жаркой Латинской Америке.

Еле слышно постукиваю шпильками по деревянному полу. Еще пара номеров, и придет моя очередь.

Я никогда раньше так не переживала перед показательными выступлениями. То есть вначале, естественно, каждое было волнительным, но я скоро привыкла.

А теперь все иначе.

Это мой первый выход на сцену без Паши.

От злости кусаю губы, вновь вспоминая о нем. Мерзавец как будто забрал половину моей уверенности.

Я слишком привыкла полагаться на него. Видимо, теперь придется отвыкать.

Вздрагиваю, когда слышу усиленный микрофоном голос долговязого:

— А сейчас Маргарита Орлова, первокурсница Южного федерального университета, покажет нам самбу.

Вижу, как парень указывает в мою сторону, и понимаю — пора. Делаю глубокий вдох, а потом выхожу в центр сцены.

Вот он, момент истины.

Передо мной точно больше ста человек. Смотреть на них из-за кулис было не так страшно, как встать под прицелы взглядов.

Ведущий что-то спрашивает про мои достижения, и я даже отвечаю, вызывая улыбки и возгласы восхищения. Но все заглушает гулкий стук сердца, отдающийся в ушах.

К счастью, вскоре долговязый уходит со сцены.

Начинает играть ремикс «Bailando» Энрике Иглесиаса, который я попросила поставить, и зрители исчезают.

Остаются только я и любимая музыка. Мы сливаемся в танце.

Чувствую знакомый зажигательный ритм. Колени слегка пружинят вверх-вниз, бедра начинают выписывать соблазнительную восьмерку, и в нужный момент я вступаю.

Руки двигаются одновременно и плавно, делая акценты в нужных местах, а ноги исполняют шаги и повороты. Тело само знает, что делать. Без участия головы.

Раз-и, два-и.

Каждое движение отточено до совершенства. Не зря сотни часов ушли на их отработку перед зеркалом. Все идеально сложилось в связку, которую я придумала сегодня днем.

Сейчас пространство сцены принадлежит мне. Оно становится холстом, где стопы рисуют особый узор, а из-под каблуков летят невидимые искры.

Я думаю лишь о том, как показать душу танца.

Бразильская самба — это страсть, праздник, фейерверк эмоций.

Это карнавал в Рио, где конфетти сыплются с неба на красочные платформы и танцоров в сверкающих костюмах.

И я чувствую, что у меня получилось, когда музыка затихает, а потом зал взрывается аплодисментами.

Сердце бьется часто-часто. Ни на одном мероприятии я не встречала такого теплого приема.

Поднимаю руки и делаю легкий поклон, ослепительно улыбаясь.

А потом разворачиваюсь, чтобы уйти за кулисы, и мои глаза слегка расширяются от удивления.

Там, где пару минут назад ждала я, стоит Филипп в футболке «Звездного». Сколько раз за сегодняшний день мы уже столкнулись? Кажется, я сбилась со счета.

Выражение его лица настолько обескураженное, что у меня вырывается легкий смешок.

— Подними челюсть с пола, — говорю я, когда подхожу ближе. — Совсем за ней не следишь.

Филипп моргает и наконец приходит в себя:

— А ты, как обычно, остра на язык.

— Мои шпильки еще острее. Так что будь осторожнее. Не подходи слишком близко, иначе могу случайно наступить.

— Учту, — с легкой улыбкой кивает Филипп, а потом вдруг становится серьезным. — Не знал, что ты чемпионка России.

— Чемпионка юга России в категории «Молодежь», — поправляю я.

Он, кажется, вполуха слушал то, о чем упоминал ведущий. Но лучше бы не упоминал.

Во рту появляется привкус горечи.

Стану ли я когда-нибудь чемпионкой России? Это большой вопрос. Тем более в категории «Взрослые», куда пора переходить по возрасту и где так много крутых танцоров.

Кроме того, с другим партнером хоть и не придется начинать с нуля, но надо будет сработаться. Потребуется время.

— И все равно… Рита, ты очень красиво танцуешь, — вдруг произносит Филипп.

— Спасибо, — очаровательно улыбаюсь в ответ.

Я привыкла к комплиментам, но замечаю в синих глазах моего собеседника нечто новое. То, чего я раньше не видела.

Уважение?

И еще он обратился ко мне по имени. Не ожидала, что Филипп действительно его запомнит. С первого раза, хотя в лагере полно людей.

Я уже давно забыла большинство ребят, которые пытались познакомиться со мной сегодня, потому что в голове все смешалось. Будет неловко, когда я снова их встречу. А это обязательно случится. Например, завтра.

— А ты… что здесь делаешь? Готовишься выступать? — спрашиваю я, в очередной раз глядя на футболку Филиппа.

— Нет. Просто помогаю с техникой, — отвечает он. — Надо же кому-то настроить колонки, чтобы не хрипели.

— Так, значит, ты отвечаешь за звук? Неплохая работа. А вот с освещением надо что-то делать. Я чуть не ослепла.

— Подумаю, как это исправить.

— Ага.

Я киваю Филиппу, разворачиваюсь и ухожу. И вновь кожей чувствую, будто моя спина горит. Он точно смотрит на меня.

Глава 11

Теперь я понимаю, что значит проснуться знаменитой.

Когда мы с девочками идем на завтрак, другие ребята останавливают взгляды на мне и начинают шептаться. На лицах парней я вижу в основном одобрение, а вот у девушек — весь спектр эмоций. Большинство восхищаются, но кое у кого проглядывает и зависть.

Это мне привычно. Примерно так же смотрели в школе, когда узнали, что я бальница.

Особенно недовольны были