Деревянный венец. Том 1 (СИ) - Веденеева Валерия

А если не воздушный купол? Если по-другому?

Между тем от большинства деревьев остались лишь жалкие остовы, и только несколько стволов еще стояли целые, хотя тоже полностью потерявшие листву.

Если призвать стихию Земли? Землю Альмар представить мог легко — она была видимой и плотной. Пусть земля выгнется горбом и поднимет их на такую высоту, чтобы песок не захлестнул.

Земля под ногами задрожала, но ничего не произошло.

— Альмар, что…

— Я пытаюсь!

Так, еще раз. Земля выгибается горбом и поднимает их на достаточную высоту, чтобы…

Дрожь стала сильнее. Потом, один за другим, последовали два толчка, и, через несколько мгновений, третий, сопровождавшийся оглушительным грохотом. По земле, в нескольких футах от Альмара, прошла трещина.

Альмар торопливо отступил назад, чтобы в нее не свалиться.

А трещина росла. Вот она достигла в ширину фута, вот двух, трех. Вот стала настолько широкой, что ее смог бы перепрыгнуть только самый лучший прыгун империи. А вот уже не смог бы и он. А в длину трещина — которую уже стоило бы назвать каньоном — протянулась через всю рощу.

Последние, самые стойкие, деревья тоже превратились в гнилые остовы. И как только это случилось, стена песка рухнула вниз — и почти вся оказалась в ново-созданном каньоне. Альмар не знал, как этот каньон глубок, но песок все сыпался туда и сыпался и никак не мог засыпать его до дна.

— Что ты сделал? — крикнул, перекрикивая шум от падающего песка, Истен.

— Не знаю! Что получилось! — так же крикнул в ответ Альмар. А потом вдруг, неожиданно для самого себя, осел на землю. Сильно кружилась голова, очертания предметов расплывались, а потом и вовсе почернели.

* * *

Когда Альмар открыл глаза, оказалось, что он сидит на песке, и вокруг него тоже один песок, а от рощи не осталось и следа. Рядом он увидел Истена и их сумки.

— Я тебя вынес, — пояснил взрослый. — Песок прекратил сыпаться в пропасть когда полностью ее закрыл, но горка получилась пологой и я успел вынести и тебя, и припасы. А потом боковые стены тоже начали осыпаться.

— А почему боковые стены сразу не осыпались? Одновременно?

Истен пожал плечами.

— Наверное, по краям рощи защита была крепче. Это только Пустынники знают.

— А они… Их здесь нет?

— К счастью, нет. Кроме нас здесь никого нет.

Альмар встал на ноги и осмотрелся. Уже спустилась ночь, но, как и вчера, светила полная луна и видно было хорошо.

— Гаджи ведь там? — он показал рукой.

— Там.

— Но… там тоже только песок.

Истен вздохнул.

— Верно. Был город, и нет города. Пустыня поглотила Гаджи целиком, до самых высоких башен… Альмар, ты сможешь сейчас магичить? Вызвать Тень, например?

Мальчик попробовал, но едва он сделал привычное действие призыва Тени, перед глазами поплыли темные пятна и ноги подкосились.

— Ясно. Я так и подумал, что ты перегорел, — донесся до него будто издалека голос Истена. — Выкачал резерв до самого дна. Но не бойся, через пару недель все восстановится.

То есть Альмар временно перестал быть магом? Пожалуй, ничего страшного в этом не было, он почти привык к такому после блокирующего порошка тара Митрила… А потом он вспомнил о другом.

— Мой амулет! Где он? — мысль о том, что Альмар потерял свою самую ценную вещь, вызвала прилив паники.

— На тебе он, — в голосе Истена послышалась усмешка. — Я видел, как он заполз тебе под одежду. Он же почти разумный, ты его при всем желании не потеряешь.

Альмар торопливо ощупал себя и действительно обнаружил веревку, обвившую его предплечье под рукавом рубашки. Вытащив ее оттуда и положив на песок, Альмар велел амулету показывать дорогу, но тот, пару секунд повертевшись на месте, вновь подполз к нему, быстро забрался по ноге и, скользнув сквозь дыру в штанине, обвился вокруг щиколотки. Показывать путь он не желал. Значит, искать дорогу предстояло самим.

— Когда мы бежали, вы говорили, что надо идти к морю, что это единственный путь побега, — сказал Альмар.

Истен задумчиво посмотрел в ту сторону, где лежал погребенный город и где, за ним, должно было находиться море.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Единственный, — согласился он.

Идти по песку сперва было непривычно, но постепенно Альмар приноровился. Хорошо, что сейчас не было ветра, который поднимал бы этот песок в воздух и бросал им в лица. И не было жаркого солнца, которое палило бы на них с небес.

Они шли и шли, и Альмар, как ни пытался, не мог определить, в каком месте под песком находилась городская стена и где располагались здания, даже самые высокие. Везде были лишь барханы песка, абсолютно одинаковые и сейчас неподвижные. Пустыня сделала то, что хотела, и теперь отдыхала.

— Вот и море, — долгое время спустя сказал Истен. Радости в его голосе не слышалось.

Пустыня закрыла песком не только сам город и порт, но и высыпала немало песка в воду — волны яростно бились о песчаные холмы, далеко заходящие на территорию водной стихии.

Кораблей не было. Ни одного. Ни кораблей, ни лодок, ни плотов, ни чего иного, что могло бы плыть. Людей, естественно, тоже не было. Только песок и вода, не очень довольные своей встречей.

— Ну вот и все, — Истен вздохнул и сел на песок, опустив сумку рядом. — Конец.

Альмар не ответил. Он оглядывался по сторонам и пытался хоть что-нибудь придумать. А потом ощутил, как амулет Ниты предостерегающе сдавил ему ногу, и обернулся.

За спиной стоял Пустынник в своем настоящем облике. Альмар не взялся бы определить, был перед ним тот самый Пустынник, который приходил в рощу, или какой-то другой. Выглядели они одинаково.

— Что вам нужно? — выдавил Альмар.

— Ничего, — в голосе этого Пустынника, в отличие от того, не звучало никаких эмоций, и никаких человеческих жестов он тоже не делал.

— Тогда зачем вы здесь?

— Это мой дом, — так же безучастно ответил Пустынник. — А зачем вы здесь?

— Мы… нам обещали…

— Один из вас обещал, что нас не тронут, — вмешался Истен.

— Я помню, — согласился Пустынник таким тоном, будто он действительно помнил. — Мы не тронем, — продолжил Пустынник. — Нам нет до вас дела.

— Как нам добраться до людей? До ближайших человеческих поселений? — выпалил Альмар. Не сказать чтобы он особо надеялся на правдивый и полезный ответ, но что они теряли?

Пустынник ткнул пальцем — тоже покрытым белым мехом, как и все его тело, — в сторону, противоположную морю.

— Люди там.

— Но… там песок. Там Пустыня.

— Да, — согласился беломордый. — Там везде Пустыня. Вы не выживете, конечно. Существа из плоти и крови у нас не выживают.

С этими словами Пустынник сделал шаг в сторону и тут же рассыпался, раскатился песком.

Альмар беспомощно посмотрел на Истена.

— Я же сказал «вот и все», — взрослый вздохнул. — Это конец, парень. Нам конец. Магии у тебя больше нет. Твой амулет перестал работать. Жрица за нами не вернется. Разговоры с богами у этих тварей явно сорвались, так что они запросто оставят ее тоже где-нибудь посреди Пустыни, откуда ей до своей богини не дозваться. Воды у нас на пару дней, еды больше, но вода важнее. Когда вода закончится, мы умрем.

Договорив, Истен растянулся на песке, подложив руки под голову и глядя в небо.

— Надо что-то придумать, — сказал Альмар, сев рядом. — Мы же не можем вот так взять и сдаться. Это же… это же неправильно.

— Думай, — не стал спорить Истен. — А у меня никаких идей нет.

Как им добраться до людей? По морю это было сделать невозможно — ни кораблей, ни лодок. Ни даже деревянных досок или стволов деревьев, которые могли бы послужить материалом для плота. Переплыть море вплавь? Ну, если бы Альмар умел превращаться в рыбу, он бы попробовал, а так…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пересечь Пустыню пешком? Идти неизвестно сколько дней под палящим солнцем через пески, где нет ни единого оазиса? С тем же успехом можно остаться и умереть прямо тут. Но ведь Эрига говорила, что пересекла Пустыню. Как-то ведь ей это удалось… Но как?