Милость Монтуна (СИ) - Немченко

эти развлечения кобольды наверняка придумали не сами, а позаимствовали в зеннатских городах. Все иноземное интересовало Кенрона, каким бы глупым и бессмысленным ни казалось на первый взгляд.

Он отдал Элион десять золотых, чтобы та спустила их в любой игре, какую сочтет интересной.

— Что если я выиграю? — спросила она. — Люблю, знаешь, побеждать. Особенно, когда на кону деньги.

— Если ты здесь впервые, лучше проиграть все побыстрее, чтобы не думать об этом месте, как об источнике дохода.

Элион удалось быстро удвоить сумму, сыграв несколько раундов в рулетку. Затем она разом проиграла все в карты.

— Так обычно все и заканчивается, — сказал Кенрон. — Идем, тут недалеко…

— Ты знаешь, чьи это были деньги? — воскликнула Элион, немало удивив и кобольда, что умудрился ее обыграть, и самого Кенрона. — Верни ему все немедленно!

Она перегнулась через карточный стол и схватила кобольда за лацканы воротника жакета.

— Я должен обсудить это с управляющим, — пролепетал кобольд. — Господин Кенрон наш почетный гость, если возникли проблемы, мы готовы…

— Оставь его в покое, Элион, — сказал Кенрон.

Он взял ее за руку и потянул к выходу. Она пошла следом без малейшего сопротивления.

— Я же для тебя стараюсь, — сказала Элион. — Не хочешь получить ставку назад?

— Здесь не зарабатывают, здесь развлекаются, — сказал Кенрон. — Деньги в обмен на надежду. Пока крутится колесо рулетки, пока дилер раздает карты, ты веришь, что можешь выиграть. И это все, что ты покупаешь здесь. Эмоции за деньги.

— Проигрывать-то неприятно.

— Тут недавно открылось замечательное заведение.

Повозка вскоре подобрала их. Путь провели молча. Вскоре они стояли перед высоким каменным домом с вывеской, гласящей: «Горячие ванны».

У входа их встретил кобольд в синем жакете и представился распорядителем заведения. Кенрон и Элион оказались первыми посетителями. На самом деле заведение должно было распахнуть двери для посетителей лишь через неделю. Кенрону, как жителю престижного квартала, позволялось опробовать новую услугу раньше прочих дайгонцев.

— Почему бы не пустить нас бесплатно в честь открытия? — полюбопытствовала Элион.

— Простите, но ничего такого мы не планировали, — сказал распорядитель. — Однако господину Кенрону полагается дополнительная льгота за его прошлые заслуги перед регентом Барглисом.

— Барглис, это же тот зеннатец, который тут всем заправляет? — спросила Элион.

Кенрон кивнул. Сама мысль о том, что кто-то, кого он однажды случайно спас, теперь ему должен что-то кроме обычного «спасибо» Кенрону не нравилась. Тем не менее он не был против платить меньше чем положено и не собирался отказываться от привилегий, как и не хотел просить большего у регента. Его нормальная жизнь сейчас сильно отличалась от той, какой она была несколько лет назад. Людей вокруг стало гораздо меньше, знакомых нет. Он был рад, что изменения на какое-то время прекратились, это давало ему время подготовиться к следующей крупной перемене, которую он надеялся сотворить сам, своими силами. И Элион могла стать частью этой силы, союзником, который помог бы ему сдвинуть жизнь с этой новой мертвой точки.

Длинный коридор вел к двум дверям. На каждой из них был нарисован небольшой кобольд с надписью под ним. Изображения немного отличались. Надписи гласили: «Самцы» и «Самки». Кенрон усмехнулся: наверняка такое обозначение дверей вызовет немало жалоб у последующих посетителей. А может, им хватит чувства юмора, чтобы оставить все как есть.

Кенрон зашел в дверь для самцов. Следующая комната была раздевалкой, здесь стояли в ряд несколько стальных шкафчиков. В первом же он обнаружил комплект нижнего белья и пару полотенец. Кенрон был первым и единственным посетителем, поэтому решил, что такая мелочь, как нижнее белье, ему без надобности. Что делать со своими длинными черными волосами он тоже не знал, поэтому, оставил все как есть. Раздевшись догола, он отправился в соседний зал, где должны были находиться те самые горячие ванны, в честь которых и было названо заведение.

Вода в белом стальном резервуаре действительно была предусмотрительно нагрета. Горячей Кенрон ее бы не назвал, вода была скорее до неприличия приятной теплоты. Забравшись в ванну, Кенрон услышал музыку, доносящуюся из соседнего помещения. Помогало расслабиться. На потолке — а именно туда Кенрон взглянул, запрокинув голову от удовольствия, — красовалась мозаика, изображающая…

В тот момент, когда Кенрон понял, что же было выложено цветными камешками на потолке, дверь в зал открылась. Ступая босыми ногами по каменным плиткам, к нему подошла Элион, завернутая в полотенце. Возможно, это заведение работало вовсе не так, как Кенрон себе представлял. Ему подумалось, что две двери ведут в два разных зала — мужской и женский, хоть кобольды и обозначили их весьма своеобразно. Что ж, все могут ошибаться.

Элион сбросила полотенце, надеть нижнее белье ей тоже показалось напрасной тратой времени. Она запрыгнула в воду к Кенрону, подняв фонтан брызг, вынырнула и стряхнула воду с волос.

— Тут лучше, чем я думал, — сказал Кенрон. — Приятно пахнет, вода как раз нужной температуры.

Элион с любопытством принялась разглядывать его обнаженное тело. Коснулась пальцем его шеи и медленно провела вниз по груди.

— У тебя ни одного шрама, только какие-то точки на груди.

— Один раз я сломал шесть ребер, правда не на охоте, — сказал Кенрон. — Были и другие травмы, кобольды все вылечили. Я так и не узнал о тебе то, что хотел.

Она поднялась и провела руками по изящным бедрам, по которым стекала вода.

— И даже это тебя не интересует?

— Кого ты убила, чтобы попасть сюда? — спросил Кенрон.

— Никого! — воскликнула Элион. — В смысле из охотников. Но ты ведь не про них спрашивал. Конечно. Мне удалось добыть грязевых улиток. Кажется, об этом уже все знают.

— Ты пошла к ним в одиночку?

— Больше дураков не нашлось, — рассмеялась Элион.

— Сколько штук тебе удалось добыть?

Кенрон прекрасно знал, о каких существах идет речь. Крупные слизни с твердым панцирем, защищающие себя магией. Он также знал, как долго и по какой местности нужно идти от Озриуда к месту их обитания. Элион была так любезна, что показала ему свое тело без одежды, и по уровню развития ее мускулатуры можно было догадаться, что больше пяти этих слизней в Озриуд ей было не дотащить.

— Я продала ровно пять штук, — подтвердила Элион его догадку.

— Должно быть, ты убила их метательными иглами, точно в голову.

Элион кивнула.

— Как ты догадался?

— Однажды я был в Озриуде и изучал местную живность с самой высокой наградой. Я не нашел другого способа, как можно добыть этих слизней. Перед тем как уехать, я рассказал все, что узнал, местному старейшине, чтобы облегчить жизнь охотникам.

— Значит, ты помог мне с теми улитками, — сказала Элион, улыбаясь. —