Я буду любить тебя всегда - Мария Корчагина

– Хочу представиться, меня зовут Дэвид Торнео, я один из организаторов выставки, – сказал приветливо мужчина и протянул мне руку, чтобы поздороваться.

Этот миг, эта решающая секунда, которая разделяла меня от прикосновения его ладони с моей, перевернула всю мою жизнь навсегда.

– Очень приятно познакомиться, – ответила я.

Когда его ладонь сжала мою в рукопожатии, я почувствовала, будто меня насквозь пронзила молния, меня бросило в жар и перехватило дыхание. Показалось, будто обжигающая невидимая энергия текла из его ладони в мою. Во мне произошла химическая реакция, какой я никогда ещё не ощущала. Этот момент показался вечностью.

Дэвид Торнео был высокого роста, лет тридцати, с густыми чёрными волосами почти до плеч, с гладкой кожей фарфорового цвета, тонким прямым носом, волевым подбородком и красивым сексуальным изгибом губ. Всё это придавало его лицу мужественное выражение, выглядел он очень соблазнительно. От него исходила притягательная энергия, которая вскружила мне голову в один миг. Я обратила внимание на его руки, сильные и мускулистые, с красивыми ладонями и длинными изящными пальцами, без обручального кольца.

Он был одет в лёгкие льняные брюки песочного цвета и белую тонкую рубашку с засученными рукавами, с небрежно расстёгнутыми двумя верхними пуговицами, которая подчёркивала его накаченные торс и плечи. Он произвел на меня сильное впечатление, никогда не видела такого красивого мужчины.

«Анна, давай, быстро думай, что можно сказать», – пронеслось у меня в голове. Все мои дежурные фразы позабылись. Я молчала.

– Если у вас будут какие-либо вопросы по поводу выставки или работы, то смело можете обращаться ко мне, – мягко проговорил Дэвид своим красивым голосом, и его губы растянулись в ослепительной сексуальной улыбке, обнажая белые ровные зубы.

– Спасибо, у меня пока нет вопросов по работе, – отводя взгляд в сторону и краснея, как школьница, тихо пробормотала я.

– Хорошо, – сказал Дэвид.

В этот момент к нему подошла сногсшибательная высокая блондинка с длинными, до пояса, волосами. На вид ей было лет двадцать восемь, не больше.

У неё была яркая красивая внешность, длинные ноги и узкая талия. Она была одета в чёрную юбку с высоким поясом, которая выгодно подчеркивала её круглые бедра. Белая рубашка сексуально облегала её большой бюст.

«Кто это? – подумала я и почувствовала неприятный лёгкий укол внутри. – Наверно, это его девушка».

– Синьор Торнео, – любезно произнесла блондинка своим мягким голосом, не обращая на меня никакого внимания. – Вас ожидает синьор Армани в соседнем зале.

– Да, спасибо, – сухо ответил Дэвид и повернулся ко мне. – До встречи! – задорно произнёс он, развернулся и зашагал к выходу. Блондинка засеменила рядом с ним, виляя бедрами.

Я смотрела им вслед, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Во мне бушевали непонятные эмоции, с которыми я не могла совладать.

«Дэвид, я не хочу, чтобы ты уходил!» – вдруг пронеслось у меня в голове.

Почувствовав сильную жажду, я взяла маленькую пластиковую бутылку и сделала три больших глотка. Прохладная вода вернула меня в нормальное состояние.

– Синьорина Есенина, – ко мне подошёл синьор Клауди. – Пройдите в третий зал, там вас ожидает делегация из Москвы.

– Иду, – ответила я и неохотно зашагала в зал номер три.

Сконцентрироваться на работе мне не удавалось совсем. Делая синхронный перевод, я постоянно запиналась и иногда забывала слова. Мои мысли постоянно возвращались к встрече с Дэвидом, я прокручивала каждую деталь. С большим нетерпением я дождалась закрытия выставки. Ноги гудели, веки были тяжёлыми, мышцы ломило, и чувствовалась усталость во всём теле.

Посетители разошлись, персонал выставки тоже начал собираться домой.

Я взяла сумку, вышла из здания и села в микроавтобус, который был уже припаркован у входа.

За рулём сидел синьор Клауди и ждал других переводчиц, чтобы отвезти обратно в отель.

– Синьорина Есенина, – сказал он, обращаясь ко мне, – я понимаю, первый день всегда выдаётся тяжёлым, но завтра я хочу вас видеть более сконцентрированной и внимательной, – произнёс он мягким, но настойчивым тоном.

Мне стало стыдно от этого замечания, я опустила глаза и уставилась на свои колени.

– Дорога от Милана до Вероны была не очень приятной, – соврала я, чтобы немного оправдаться.

– Понимаю, – задумчиво произнёс синьор Клауди и покачал головой.

Девушки-переводчицы вышли из здания и сели в микроавтобус. У всех был усталый, измученный вид. Мы двинулись в сторону отеля, проезжая по узким улицам Вероны. Я смотрела в окно на прохожих, машины и уличную суету.

Этот старинный город сильно отличается от Милана. Он гораздо меньше, имеет венецианский стиль архитектуры, и здесь пахнет средневековьем.

Микроавтобус остановился на светофоре, рядом с нами затормозил красный Maserati, и я увидела в нём Дэвида. Он уверенно сжимал руль автомобиля и спокойно смотрел на дорогу в ожидании зелёного цвета. Я вцепилась в него взглядом и с жадностью стала рассматривать, пытаясь обратить внимание на каждую деталь.

Он расслабленно, но уверенно сидел за рулём. У него был благородный профиль. Спокойный взгляд и прямая твёрдая осанка создавали впечатление, что этот человек знает, что хочет, уверен в себе и всё держит под контролем.

Рядом с ним сидела всё та же блондинка и разговаривала по телефону. Меня бросило в жар, ладони вспотели.

Светофор загорелся зелёным светом, и Maserati рванул с места, обгоняя наш микроавтобус.

– Ах, синьор Торнео, – весело проговорил вслух синьор Клауди.

Я смотрела вслед удалявшейся машине, которая вскоре скрылась за поворотом.

– Он сегодня любезно представился мне, – ненавязчиво проговорила я вслух в надежде завязать разговор о Дэвиде.

– Да? – сказал синьор Клауди и бросил на меня лукавый взгляд. – Синьор Торнео хороший, но странный человек. Он очень любезный и отзывчивый, но с жёстким характером. Уже третий год он является одним из организаторов выставки и приглашает известных людей со всего мира. К работе он относится очень требовательно, и ему всегда удаётся заключать выгодные сделки.

– Он из Вероны? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет, он живёт в Милане, а откуда он родом, не знаю, – ответил синьор Клауди.

«В Милане!» – мысленно повторила я. Внутри вспыхнуло радостное чувство.

– Он очень богатый человек, – продолжил разговор синьор Клауди. – Как он сумел сделать огромное состояние в таком молодом возрасте, никто не знает. Возможно, у него богатые родители, или он получил наследство. Счастливчик! – и синьор Клауди присвистнул. – Я всю жизнь работал, и никто мне никогда не помогал, – начал жаловаться он. Добился всего своим трудом. Родители у меня небогатые – простые рабочие, которые трудились всю жизнь, не покладая рук…

Я уже не слушала его, углубившись в свои мысли.

«Молодой, красивый, сексуальный и богатый, – думала я. – Разве такие мужчины бывают в реальности? Оказывается, бывают. Представляю, сколько у него девушек. Наверняка блондинка выполняет функцию секретаря и любовницы одновременно, – я почувствовала лёгкий укол ревности. – Такой мужчина очень капризен в выборе и избалован женщинами. Анна, не строй воздушных замков, он не обратит на тебя никакого внимания. Скорее всего, у него есть целый полк моделей в запасе».

От этих размышлений на душе стало грустно и обидно. «Ну, почему я не яркая длинноногая красавица?»

Наш микроавтобус подъехал к отелю, я вышла вместе с коллегами. Девушки направились к лифту, а я пошла в сторону бара, который находился в другом конце холла. Мне захотелось выпить чашечку кофе с ликёром после первого трудового дня на выставке.

– Добрый вечер. Пожалуйста, кофе с ликёром «Бэйлис» – проговорила я молодому бармену. Он кивнул головой и сразу же принялся выполнять мой заказ. На вид это был совсем юный и хороший мальчик с наивными глазами, в которых ещё можно было увидеть слепую веру в покорение мира. Возможно, он учился на бармена и проходил здесь практику.

– Синьорина Есенина, – услышала я голос Дэвида. Теперь я могла узнать этот красивый бархатный тембр среди тысячи других. Моё сердце заколотилось. Дэвид стоял справа, облокотившись одной рукой на стойку бара, и смотрел на меня своими бездонными карими глазами. От этого взгляда я млела.

«Как я рада тебя видеть, Дэвид», – подумала я и мягко произнесла вслух:

– Синьор Торнео! Как неожиданно вновь увидеть вас здесь.

Мальчик-бармен положил передо мной красивую ажурную салфетку и сверху поставил чашку кофе.

– Я всегда останавливаюсь в этом отеле, когда приезжаю в Верону, – проговорил Дэвид и повернулся к бармену. – Стакан апельсинового сока, пожалуйста, – сказал он немного резким тоном.