Приграничное владение 2 (СИ) - Матюшенко Артем

—Там возьмем, — склонился к нему Климент, — там этого добра много и выбор больше, да и по цене на порядок меньше. Уж стаканы простые или вот пивные кружки, так копейки по сравнению с ценами в империи. Так, что попрошу своих друзей, они нам все купят. Простых фарфоровых тарелок тоже можно прикупить. Десятка по четыре, нам с вами. Хотя можно всем баронам приятное сделать, скажем, по дюжине или две фарфоровых тарелок и по паре дюжин стаканов прикупить. Можно вот еще пивных кружек из толстого стекла, штук по пять добавить или скажем полдюжины бокалов для вина с графином. Как думаете, Гридо, не мелочный подарок получится?

—Спасибо, — повеселел первый министр и махнул рукой, — какое там, многие бароны в своих деревянных крепостицах до сих пор из глиняных мисок деревянными ложками бобовую кашу на шкварках наворачивают. Не всякий барон себе на кухню может новый медный котел позволить или сковороду чугунную. А вы говорите, лэр Климент, стеклянная посуда. Для них это буквально королевский подарок.

—Ерунда. Мелочь это, — отмахнулся лэр, — проработаем и этот вопрос.

—Может и мелочь, но довольно приятная. И все бароны оценят вашу заботу о них. Вы же планируете еще по три купленных вардосских лошади каждому выделить? Для дружин баронских?

—Ну, кроме вас, конечно, барон, — рассмеялся Климент. — Вы себе целый табун таких коней сами прикупили.

—Так, Ваша Светлость, — кивнул Эр-Риз, — но для общей пользы стараюсь. Хочу разведением лошадок заняться, территории позволяют. Но дело долгое, на годы вперед рассчитанное, пока только одни затраты.

—Не огорчайтесь, господин барон, начнем серебро сдавать гномам за кроны, вам тоже премия хорошая причитается. Так что можете подумать, куда деньги потратить.

—Куда? — Удивился Эр-Риз, — я слышал, вы хотите тракт мостить на всем протяжении? За счет казны эти работы будут, или каждый за свою территорию заплатит?

—Не беспокойтесь, Эр-Риз, дороги будут делать исключительно за счет казны. Даже примерную смету уже прикидывал. Но не мостить будем, а небольшой бетонной плиткой тракт крыть. Мастер Петер уже начал производство, единственное, что просит — паровую камнедробилку для производства цемента. Вернее, можно только металлические части, чтобы ее сделать. Тоже все решаемо, может у гномов и прикупим. Они паровики уже давно на продажу клепают.

—Если тракт за счет казны, то пару новых трактиров на своих землях поставлю. Да и в Вилборге гостиный двор капитального ремонта требует. Хочу там в гостевые номера тоже воду провести, чтобы умывальни и ватер-клозеты в каждом номере. Ткацкую фабрику расширю, — стал загибать пальцы барон, — так что проектов много. Да и в самом баронстве не мешало бы камнем дороги замостить, а то осенью после дождей, неделями груз угля и камень тесанный с каменоломен вывезти не можем.

—Вы только про дела во владении не забывайте, — напомнил ему усмехнувшись Клим.

—Что вы, лэр Климент! В первую очередь я лично занимаюсь делами лэрства. А в своих землях давно распоряжается управляющий и помогает мой сын Руперт. Так что дела Вэллора для меня прежде всего. И еще раз спасибо за обещанную премию.

—Когда решим вопрос с филиалом банка, монеты получите, тогда и поблагодарите, — отмахнулся Клим.

Прислуживала им невысокая улыбчивая девушка лет двадцати, с явным акцентом уроженки западного побережья. Ее светлые волосы были заплетены в две тугие, толстые косы и украшены разноцветными лентами. На шее висели бусы из нанизанных на нить мелких янтарных камушков.

Зал харчевни был светел и довольно уютен. Столы и стулья были выкрашены в светло-коричневый цвет. Единственное, что напоминало спутникам о том, где они находятся, это величина этих самых стульев и столов. Деревянная мебель была явно рассчитана на рост гномов.

Хозяин заведения появился уже после того, как они заплатили за обед. На его голове был надет несуразный зеленый картуз, из-под которого выглядывали завернутые красные уши и огненно-рыжий чуб, еще больше увеличивая его сходство с Бенни Хиллом. Встал в дверях зала и, уперев руки в бока, обвел все хозяйским взглядом, а потом поманил девушку пальцем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он не доставал подавальщице даже до плеча, но когда она подошла, нагло шлепнул девицу по заду, а потом, осклабившись, протянул руку. Отчего та залилась краской, но, сжав губы, молча отдала монеты хозяину. Бенни, забрав у нее монеты с довольным видом потирая волосатые руки, удалился на кухню.

Это все не укрылось от взора владетеля и он, недовольно покачав головой, играя при этом желваками, вышел на улицу вслед за министром. Совсем эти коротышки обнаглели, чувствуют себя в автономии полноправными хозяевами, хоть и живут в империи, обращаются со своими слугами людьми, как с крепостными крестьянами. Словно рабовладельцы древнего Рима, не считают рабов за людей, лишь за живые орудия производства.

Хм… Клим невольно усмехнулся. — Гномы не считают людей за людей. Звучит совершенно по-дурацки. Но главное суть, действительно мы для них хуманы. То-то этих спесивых недоростков нигде в империи не любят.

Глава 2

Довольно большая дворцовая площадь встретила их солнечным светом и гомоном, доносившимся с торговых рядов примыкавшего к площади рынка. Дворцовый комплекс находился в глубине обширного сада. Словно игрушечное четырехэтажное здание с башенками по углам и островерхой синей крышей, притулилось в сени мощной подгорной крепости. Если новый дворец короля-под-горой был изящным и воздушным, то старая крепость, наоборот, навевала мысли о долговременных осадах и беспощадных кровавых бойнях былых времен.

Сам дворец огораживала трехметровая каменная стена, выбеленная известью, с небольшими смотровыми башенками по углам. Створки ворот представляли собой ажурную решетку, поэтому было видно как за ними прогуливаются три гнома. Два из них держали на плечах небольшие алебарды, а третий стражник, видимо сержант- ходил перед воротами, заложив руки за спину. Одеты стражники были в ярко-оранжевые облегающие трико и двухцветные стеганные куртки. Бороды хоть и украшали их лица, но были модно подбриты и аккуратно пострижены. На головах стражников были надеты традиционные гномьи длинные красные колпаки, чьи концы свешивались с левого плеча.

—Э… уважаемый, — обратился к нему Эр-Риз, — владетель Вэллора, его Светлость лэр Климент Корвинус и первый министр барон Эр-Риз, хотели бы нанести визит и засвидетельствовать свое почтение его Величеству королю-под-горой Хуго третьему.

Гном повернулся к стоявшим за ажурными воротами аристократам и с десяток секунд разглядывал их. Потом вяло махнул рукой в сторону двухэтажного здания, примыкающего к стене сада.

—Все вопросы к королевскому секретарю, в канцелярию идите.

И, потеряв интерес к визитерам, развернувшись, начал демонстративно разглядывать куст акации.

—Ну что же, пойдемте, лэр Климент, — вздохнул барон, — в канцелярию.

На первом этаже королевской канцелярии тоже сидел стражник, как и на втором. Потом они прошли через комнату, в которой находился то ли писарь, то ли привратник и записывал в толстый журнал всех посетителей. Поэтому, когда они наконец-то вошли в кабинет к королевскому секретарю, барон повторил одну и ту же фразу уже в пятый раз.

—Владетель Вэллора, его Светлость лэр Климент Корвинус и первый министр барон Эр-Риз, хотели бы нанести визит и засвидетельствовать свое почтение его Величеству королю-под-горой Хуго третьему.

Сидевший за массивным дубовым столом секретарь завис на добрую минуту и Климент подумал, что барону придется в шестой раз повторять одно и то же.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

—Старший королевский секретарь Альбрехт Тумботин, — представился секретарь, нехотя встав со стула.

Он был невысок даже по меркам гномов, и, как и трактирщик Бенни Хилл, не носил привычной для гномов бороды. Впрочем, изображенный в полный рост на висевшем над его столом портрете король тоже был безбород. Зато в руке короля вместо боевого молота — древнего символа гномьей власти, была новомодная трость, а на розовых шелковых чулках большие красные банты. Длинные каштановые волосы были завиты крупными кудрями. Голову украшала изящная корона, в виде венка из золотых веточек с цветочками, напоминающими маленькие розочки. Клим не видел короля вживую, но на портрете он был какой-то слащавый, весь в оборках, рюшечках, бантиках и опушках.