Билет в жизнь - Светлана Степановна Шевчук

– А давайте не пойдем на урок. – Это уже Юрка.

– А давайте, – послышались и другие голоса.

– Пойдем всем классом за школу, в парке будем гулять.

  После слов "всем классом" этот весь класс как по команде дружно повернулся к Светке.

– Свет, ты с нами?

  Света опешила. Во-первых, ей столько внимания сразу. Во-вторых, прогулять урок!

– Пойдем, всему классу ничего не будет, – это уже Ваня. Тот за любой кипишь, лишь бы очередную двойку не схлопотать. Не важно, по какому предмету. Двойки он хапал с завидной регулярностью по всем предметам.

– Да, конечно, – как-то оно само вырвалось у Светы. Ведь и правда, что можно сделать целому классу. Не заберут ведь ее будущую золотую медаль за такой пустяк. Точно ведь не заберут?! Страшно. Если мама узнает, быть беде. Ай, ладно!

  После второго урока все дружно взяли свои вещи и пошли к выходу. Светка замешкалась всего на несколько минут. Когда подняла голову, уже никого не было. Надо было быстро всех догонять. Ведь она даже и не услышала, через какой выход одноклассники сбегать будут. Как назло, в школе было два выхода на улицу. Девочка бегом кинулась из класса в коридор. А там полно детей. Все бегают, орут. Как тут своих вычислить.

  Светка кинулась к главному выходу. Логично было предположить, что одноклассники пошли туда, там людей больше и затеряться проще. Выбежала на улицу – никого не видно. Блин! Значит, все-таки через запасной. Света вернулась обратно и побежала к запасному выходу в дальний конец коридора. И тут прозвенел этот злосчастный звонок на урок. Скорее бы добежать, пока никто не увидел! Не добежала.

– Ой, Светочка, на урок опаздываешь. Пойдем, я как раз к вам иду. – Это Петр Алексеевич, учитель математики. Света была его любимицей.

  И вот что она должна была делать? Кинуться наутек прямо из-под носа совсем уже немолодого Петра Алексеевича? И Света понуро поплелась вслед за учителем в пустой класс.

  А вот теперь весь класс бунтовщиков стоит с гордо поднятой головой перед разъярённым директором, а Света сидит вся красная за партой, словно на скамье подсудимых. Она боится даже поднять глаза и посмотреть на одноклассников. Знает, что ничего хорошего там не увидит.

– Вот вы что за люди такие? – Грозно отчитывал школьников директор. – Решили они, что физкультура важнее алгебры. Бунт, значит?! Хорошо, будет вам бунт. И кандалы будут и галеры! В полном мере вы у меня ощутите все прелести бунтарской натуры. Вон Света единственный адекватный человек в классе – пришла на урок. Вот вы чего на нее не ровняетесь, чего побежали все, как бараны за Александром?

  Директор рвал и метал. Саша хотел было протестовать, мол, я тут вообще ни при чем. Но директора было не провести.

– Только не надо говорить, что ты тут ни при чем. Он сами. Знаю я, кто тут воду мутит. Молчи лучше, а то хуже будет. Значит так, родненькие вы мои, слушайте свой обвинительный приговор. Там у вас намечался матч по футболу со второй школой, финал вроде как – не будет. Пусть автоматом поражение засчитывают. Поздравим вторую школу с победой. И еще, по школе дежурить до конца месяца будет только ваш класс. Ну кроме, Светланы, конечно.

  Бедная Света – лучше бы она одна дежурила по всей школе до конца жизни, чем во это все. И ведь ничего же не сделаешь. Даже если и сказать, что она тоже собиралась урок прогулять, так ведь не поверит никто: ни учителя, ни одноклассники.

  После публичной порки, Света подошла к Саше.

– Саш, я ведь правда тоже с вами бежала. Я просто не увидела, куда вы убежали. А тут Петр Алексеевич, и я…

– Да ладно. Понятно все. – Саша посмотрел на нее и ухмыльнулся. Эта ухмылка могла значит только одно – чего с тебя взять, зубрилка и заучка. За оценки свои и медаль трясешься.

  И Света опять понуро поплелась за парту. Теперь уже одна.

  Все началось с урока биологии. Точнее, даже не с урока, а с учительницы – Татьяны Ивановны. Как известно, все учителя со своими причудами. Но тут причуда была конкретная, облеченная в вполне осязаемую физическую оболочку – апельсин. Татьяна Ивановна решила вырастить в классе биологии апельсиновое дерево. Да не просто вырастить, а взрастить на нем плоды.

  Идея эта сама по себе ничего дурного или странного, особенно для учителя биологии, не имела. Не имела бы, если бы не одно НО. Татьяна Ивановна как истинный фанат своего дела, была абсолютно уверенна, что все вокруг эту ее идею должны свято поддерживать выслушивали, как дела у злополучного апельсинового дерева (его уже успели прозвать Оранж), каких успехов в уходе за ним достигла Татьяна Ивановна и каковы ее планы по достижению успехов еще больших. При чем от такой пылкой любви к апельсинам учителя биологии страдали не только дети, но и сами учителя. Как заметили ученики, особенно старших классов, коллеги Татьяны Ивановны каждый раз ускоряли шаг проходя мимо кабинета биологии, если слышали оттуда голос биологички, дабы не стать жертвой апельсиновой лихорадки. Особенно оживилась Татьяна Ивановна, на деревце все-таки появился плод – один несчастный апельсинчик, как рахитное дитя висел на деревце.

  Поскольку Света была отличницей по всем предметам, то Татьяна Ивановна считала ее своей союзницей во взращивании Оранжа, и больше чем с кем-либо делилась своими наблюдениями и планами. Но даже крайне терпеливая и выносливая Света ненавидела это апельсиновое дерево всеми фибрами своей неокрепшей души. Именно поэтому, когда она услышала, как одноклассники затевают месть Оранжу, она заранее была готова им помочь.

– Ребят, я предлагаю просто стырить этот апельсин и съесть. – Говорил Саша. Что-то а организовывать всякие пакости он был тот еще мастер.

– Ну я не знаю, просто взять и стырить – это как-то просто. Татьяна Ивановна будет тогда еще активнее новый выращивать, – сказал Сережа.

– Может, само дерево стырить, – Предложил Витек.

– Ага, и съесть, – добавил Ваня.

  Весь класс захохотал.

  Обиженный Витек демонстративно отвернулся и забубнил что-то себе под нос.

– Свет, а ты что думаешь? – Обратился вдруг к девушке Саша. – Ты же больше всех с Татьяной Ивановной общаешься по поводу этого проклятого дерева.

  Света поначалу засмущалась, когда все к ней повернулись. Но потом посмотрела на Сережу, тот ей подмигнул и улыбнулся. И Свете полегчало. Надо же когда-то и вылазить из своей скорлупы.

– Я бы, конечно, выкинула его вообще в мусорку, – тяжело вздохнула Света.

  Все удивленно посмотрели на девушку и ждали, что она скажет дальше.

– Но деревце жалко, конечно. Я думаю, надо сделать так, что Татьяна Ивановна сама захотела его куда-то подевать. Может, домой забрать или куда-то отдать. Нужно ей показать, что ему тут не место. Тут