Все радости — завтра - Бертрис Смолл

— В каюте слишком холодно, чтобы разнеживаться, госпожа. Мы ведь не можем сейчас болеть, правда ведь, госпожа?

Служанка потянулась за большим полотенцем из грубой ткани, лежавшим на кровати, и завернула в него госпожу. Дейзи быстро вытерла Скай, так что ее бледная кожа порозовела, и сказала:

— Полежите в постели, госпожа, пока снова не согреетесь и не придете в себя. У меня есть коричневый эль, свежий хлеб и отличный сыр, госпожа.

Скай устроилась поудобнее в постели и принялась пожирать незамысловатые, но вкусные приношения Дейзи.

— Ну, теперь я чиста, но ведь как не хочется влезать снова в эту грязную одежду! Дейзи улыбнулась:

— У меня было предчувствие, что вы не попадете в Девон без остановки на Ланди, да. Каютный юнга уже смывает грязь с вашей юбки и чулок, а в моем багаже есть для вас чистая блузка и нижнее белье.

Скай благодарно взглянула на свою служанку и старую подругу. Дейзи ее хорошо знала. Поев и смахнув крошки с постели капитана Келли, она поднялась, чтобы переодеться. Прикосновение к коже чистого шелкового белья и кремовой блузки было приятно. Дейзи вручила ей зеленые вязаные шерстяные чулки и ее юбку-брюки для верховой езды. Поразительно, но они снова были чисты и вполне презентабельны. Дейзи помогла ей натянуть высокие сапоги, а Скай стянула свою узкую талию широким кожаным поясом. Овальная пряжка была из зеленоватой бронзы, на которой черной и желтой эмалью был выведен кельтский узор. Скай сидела на постели, пока Дейзи причесывала ее длинные черные волосы, одновременно распутывая их. Потом заплела их в одну большую толстую косу, стянув ее черной шерстяной лентой.

Послышался быстрый стук в дверь, и после разрешения в каюте появился капитан Келли. Рыжебородый и кареглазый, Келли был самым молодым из ее капитанов — стройный мужчина, ростом чуть выше Скай. К тому же он был очень умным и отчаянным морским волком.

— Мы вошли в гавань Ланди, миледи. Какие будут инструкции на период вашего пребывания на берегу?

— Немедленно отправляйтесь в Линмут, — приказала Скай. — Дейзи останется с вами. Оставайтесь в Линмуте до моих дальнейших распоряжений. — Скай повернулась к Дейзи:

— Проследи, чтобы замок был готов к моему приезду. Пошли в Рен-Корт за госпожой Сесили и моей дочерью Виллоу. Я хочу видеть их обеих.

— Я прослежу за вашей высадкой, миледи, пока вы не окажетесь в безопасности на берегу и не встретитесь с лордом де Мариско, — сказал капитан Келли. — Мак-Гвайр протащил бы меня под килем, если бы я не сделал этого.

— Мак-Гвайр что-то стал похож на старую бабу, — пробурчала Скай, но ей было приятно, что Шон Мак-Гвайр, адмирал ее флота, так воспитывает своих людей. Мак-Гвайр — ее правая рука, и она очень высоко ценила его.

— Вы точно не хотите, чтобы я поехала с вами? — спросила Дейзи.

— Нет, Дейзи, все в порядке. Ланди не место для такой приличной девушки, как ты. Капитан Келли хрюкнул:

— Да уж, на этом острове приличных девчонок не водится, слава Богу!

— Келли, — голос Скай стал притворно строгим, — вы меня удивляете!

— А меня нет! — огрызнулась Дейзи. — Он известный развратник!

— Мисс Дейзи… — возразил Келли притворно покаянным тоном.

Скай, быстро переводя взгляд с одного на другого, внезапно поняла, что Брэну Келли вовсе не все равно, что думает о нем Дейзи, да и Дейзи явно неравнодушна к этому красивому молодому мужчине.

— Ну, Дейзи, — успокаивающе сказала она, — моряк, чье сердце свободно, вполне может позволить себе кое-какие вольности, а я не слышала, чтобы капитан Келли обещал свое сердце какой-нибудь девушке.

— И любая девушка вполне может себе позволить отказаться от такого сердца, если оно будет столь непостоянно в своих привязанностях, — угрожающе заметила Дейзи.

Стараясь скрыть улыбку, Скай распорядилась:

— Дейзи, вынеси мои вещи на палубу, пожалуйста. Я скоро выйду.

Дейзи сделала реверанс своей госпоже, высоко подняла голову, окинула Келли презрительным взглядом и выскочила из каюты.

— Только попробуйте соблазнить ее, Келли, — предупредила Скай, — и вы мне ответите. Дейзи не ветреница, и она находится под моей защитой, ибо дорога мне.

— Я подумываю остепениться, — ответил Келли, — мне ведь уже за тридцать, самое время.

— И если придете к определенному решению, я дам вам согласие ухаживать за ней, если она не будет против. А до этого держите свой гульфик на крепкой застежке, Келли.

Брэн Келли покраснел под взглядом серьезных глаз О'Малли с Иннисфаны, своей хозяйки и повелительницы, и кивнул:

— Мне лучше пойти на мостик и проследить за причаливанием. Гавань Ланди — место коварное, как вам известно.

Она улыбнулась ему:

— Я пойду с вами. И спасибо за то, что предоставили свою каюту.

Они вышли вместе на палубу, и, пока капитан Келли следил, как швартовался корабль, Скай вглядывалась в Ланди. Прошел год с тех пор, как она видела последний раз эти гранитные скалы, вздымающиеся над морем, маяк на оконечности острова и полуразрушенный замок де Мариско прямо перед ней. Скай печально вздохнула: не думала она опять увидеть Ланди и снова столь бесстыдно прибегнуть к помощи Адама де Мариско. Но, Бог видит, она нуждается в утешении, и только Адам мог понять ее.

— Шлюпка готова к спуску, миледи, — напомнил Келли.

Большие суда вроде «Королевы тумана» бросали якорь в заливе Ланди, не рискуя приближаться к опасному и скалистому берегу острова.

— Благодарю, Келли, за приятное путешествие, — поблагодарила она, забираясь в маленькую шлюпку.

— Ваш вьюк, госпожа. — Дейзи наклонилась над поручнями и протянула его Скай.

— Теперь он мне не нужен, Дейзи, — ответила Скай с легкой улыбкой и скомандовала матросу, который был на веслах:

— Вперед!

Шлюпка заскользила по пляшущим волнам к берегу — длинной каменной насыпи, служившей де Мариско причалом. Алый диск солнца с золотыми и пурпурными полосками на нем уже погружался в темное море. Из арки старого замка возникла огромная фигура и зашагала по направлению к ним. Скай выскочила из лодки и быстро побежала навстречу.

Адам де Мариско, с развевающейся под легким бризом копной непокорных черных волос, тоже побежал ей навстречу. Хотя он и провел юность при французском и тюдоровском дворах, но утонченным вельможей не стал, о чем свидетельствовали его высокие, до бедер, кожаные сапоги, камзол из оленьей кожи с роговыми пуговицами и шелковая рубашка с открытым воротом. Несмотря на холод, голова его была непокрыта.

— Адам! — кричала она на бегу. — Адам!

— Моя девочка! Неужели это ты? — Его бас прогудел в тиком вечернем воздухе, и, когда он заключил ее в свои медвежьи объятия, уткнувшись лицом в ее нежную шею, его глаза наполнились влагой.