Дорога в Эдем - Пэтти Коплэнд

Он принес миску с теплой водой и поставил сумку поближе.

– Пожалуй, я немного отодвину тебя от стола, – сказал он деловитым тоном. – Тогда мне удобнее будет работать.

Адам помог Еве пересесть в кресло. Укладывая ее ногу на табуретку, он невольно залюбовался красивой линией голени. Даже с этой бесформенной повязкой видно, что у девушки прекрасные ноги. Он стал разматывать бинт, стараясь делать это очень осторожно, и почувствовал, как Ева вся напряглась – боится боли. Тогда Адам затеял с ней разговор на постороннюю тему.

– Очень любезно с твоей стороны предложить свою помощь завтра, – сказал он. – Так ты профессионал? Художница?

– Нет, что ты! Хотя я, наверное, могла бы стать художницей, если бы мне в свое время разрешили заниматься искусством в колледже.

– Ну и кем же ты работаешь? Погоди, не говори. Дай я угадаю.

Адам уставился немигающим взором в ее небесно-голубые глаза, словно старался прочитать мысли. На самом деле ему было просто приятно смотреть на Еву. Наконец он сказал с важным видом прорицателя:

– Ты занимаешься торговлей редкими экзотическими животными. Ага! Это в основном рыбы южных морей. Твои клиенты – богатые дельцы, жаждущие заполнить свои аквариумы всякими диковинами.

Ева рассмеялась и помотала головой.

– Что? Не угадал? Странно…

– Мне ли заниматься такими делами! – сказала весело Ева.

Адам вспомнил ее подержанный автомобиль. Вряд ли она из состоятельных женщин. Тем не менее интересно, чем занимается Ева, раз она может позволить себе взять месяц отпуска.

Тем временем Адам убрал с ноги Евы повязку и резиновую перчатку со льдом. Рассматривая рану, он продолжал угадывать:

– Ну ладно. Тогда попробуем другое. У нас теперь век феминизма, и женщины рвутся в большой бизнес. Ты, очевидно, преуспевающая деловая женщина, управляешь большой компанией, у тебя штат подчиненных и куча денег.

Он и не представлял себе, что попал в точку. Хотя он просто шутил, Еве стоило больших усилий не выдать себя. Единственное, что почувствовал Адам, это то, как она напряглась, но решил, что это из-за боли в ноге. Он всячески хотел отвлечь Еву от неприятной процедуры, поэтому тут же заговорил снова:

– Так что, ты не куришь сигары и не ездишь в клуб? Ладно, я сдаюсь. Сама расскажи мне о себе, чем занимаешься.

– Да ничем таким особенным, уверяю тебя, – довольно сухо ответила Ева. – Действительно работаю в фирме, занимающейся электроникой. Но я – человек маленький, обычный работник, каких много. Ничем не примечательное занятие.

Адам достал из сумки йод и свежие бинты.

– Почему же ты не стала заниматься в колледже искусством? – поинтересовался он.

– Потому что мой отец хотел, чтобы я получила нормальную, как он говорил, и перспективную специальность.

– Я так понимаю, братьев у тебя нет? Иначе он занялся бы их карьерой и оставил тебя в покое.

Ева сокрушенно покачала головой. Адам решил подбодрить ее:

– Ничего, уметь себя в жизни обеспечить тоже важно. Хотя, конечно, надо было дать тебе шанс. А так ты и не знаешь, смогла бы ты стать стоящим художником или нет. Скажи, ты рисуешь в свободное время?

– Нет у меня такого времени. – Ева при этом поморщилась, потому что Адам стал обрабатывать рану йодом.

– Плохо. В жизни должно быть место прекрасному. Они оба помолчали. Адам подумал, что непростительно ошибся, когда впервые увидел Еву там, на дороге. Подумал о ней черт знает что, да и не разглядел ее очарования и настоящей красоты. Особенно она хороша, когда улыбается… Но сейчас она встревоженно смотрит на него.

– Ну так что? – спросила Ева. – Нужно накладывать швы?

– Нет. Я сделаю повязку, чтобы скрепить края раны. Конечно, при этом некоторое время нельзя будет опираться на больную ногу, во всяком случае, до завтра.

Адам занялся перевязкой. Ева следила за его быстрыми и уверенными движениями. Он поднял на нее глаза и сказал:

– Некоторое время будет заметен маленький шрам, но не долго. Надеюсь, скоро все заживет.

– Переживу, – усмехнулась Ева.

По всему было видно, что ее не особенно волнуют изъяны во внешности. Адам закончил перевязку и выпрямился.

– Давай-ка я оттащу тебя в гостиную, – небрежно бросил он. – Уже стало прохладно, мы там затопим камин, и я угощу тебя вином.

Он заметил, что Ева как-то загадочно улыбнулась, когда он уже собирался взять ее на руки.

– Что смешного? – спросил он.

– Ты такой забавный, – ответила Ева, положив руку ему на плечо и удивляясь, как легко он ее поднял.

Адам осторожно понес ее через холл в комнату, стараясь, чтобы она не ударялась ногами о косяки дверей.

– Ты сначала ввел меня в заблуждение своей напускной грубостью. Но я скоро поняла, что это всего лишь маска.

Адам удивленно поднял брови – как это она раскусила его? Но ничего не сказал. Ева же продолжала:

– Так и есть, я знаю. Если уж ты выбрал в жизни роль деревенского доктора, извини, ветеринара, то тогда не напускай на себя вид крутого ковбоя. Получается неубедительно. Ничего, что я тебе сказала об этом?

Адам усадил ее на один из мягких диванов, расположенных у камина, положив под спину подушки, и остался стоять, склонившись к ней и глядя прямо в глаза.

– Видишь меня насквозь? – спросил он с усмешкой.

– Пытаюсь. Скажи, что я не права.

Он выпрямился. Теперь Еве пришлось бы задрать голову, чтобы увидеть выражение его лица. Но вместо этого она непроизвольно оглядела его стройную фигуру, длинные ноги. Заметила, что он носит ковбойские бутсы на каблуках, хотя и без того в нем явно больше шести футов роста.

Сообразив, что неприлично глазеть на Адама, Ева перевела взгляд на свою забинтованную ногу и слегка коснулась повязки, потом повыше закатала штанину.

Адам отошел к бару. Тогда Ева осмотрелась вокруг – комната просто огромная, но очень уютная. Обивка на мебели явно не нова, но цветовая гамма приятная. Когда-то такая мебель стоила дорого, с ней обращались бережно – Полированные поверхности сверкают. На стенах какие-то картины, цветы в большой напольной вазе, замечательный старинный торшер в углу.

Раздались гулкие шаги – Адам прошел по паркету, потом ступил на коврик и уже неслышно приблизился к Еве. Он протянул ей большой бокал с вином рубинового цвета, свой поставил на журнальный столик. Не говоря ни слова, Адам встал на колени перед камином и стал разжигать его. Вскоре там заплясали язычки пламени, и в комнате стало теплее. Подбросив несколько поленьев в огонь, Адам сел напротив Евы на диван и взял со столика бокал. Они стали молча потягивать вино. Удобно устроившись на подушках, Адам вдруг спросил:

– Как ты собираешься провести отпуск?