Чвк рыкарь (СИ) - Окольников Александр

- Да, - понурив голову, девочка выдавила из себя ответ.

- Ого! – оторвавшийся от копания капитан с интересом смотрел на находку в руках напарника. – Что это такое?

- Ключ.

- Ключ? – капитан поднял брови, с недоумением уставившись на товарища. – Какой ещё ключ? Что он отпирает?

- Ключ от выхода из западни, в которую заманили маленькую девочку невесть какое время назад, - он посмотрел на вздрогнувшую девчонку. – Я прав?

Она оскалилась, зашипела и шагнула вперёд. Кудесник цыкнул, и осуждающе покачал головой. Навья отступила, робко вымолвив:

- Отдай мне его.

- Его? – майор посмотрел на ящик. Затем кивнул в сторону капитана, лопата которого вонзилась в отсыревшую землю подвала. – Или его?

- И то, и то, - сжав кулачки зашипела рыжеволоса, обнажив два ряда острых, как иглы, клыков.

Сколько на них было человеческой крови? Кудесник терялся в догадках. Чтобы стать столь материальной навьей нужна была уйма крови. И не меньше, чтобы поддерживать своё мнимое тело. Видать, попавшей в ловушку девочке очень не хотелось принимать факт своей гибели.

- Погляжу, ты хорошо подготовилась к побегу?

Она ухмыльнулась, но не ответила. Не сводя взгляда с ящика, она мимолётно поглядывала на пыхтящего капитана, который аккуратно счищал сгустки слизи со своей находки.

- Вот, смотри, - устало дыша, крепыш отошёл в сторону, поспешно кладя ладонь на рукоять Вереска.

- Учуял?

- Да, - капитан кивнул. Глазами-то его во тьме не разглядеть, тварь эта ещё бузить начала. - Я когда стал палить, чую сквозь пороховой запах, что-то не то. А как завалил гада, получилось принюхаться получше.

- Лежит нетленна, - стараясь не терять призрака из виду, майор склонился над не погребённым скелетом в девичьем платьишке. Хорошо знакомом платьишке. Одежда, в отличии от тела, сохранилась в первозданном виде. – Готовилась! – он покачал головой. - Готовилась, голубушка! И короб нашла, в котором твой череп не сгниёт и руки приманила, которые смогут тебе его передать. Да что-то пошло не так, - он едва не опоздал. Майор успел повернуться, когда между ними оставалось пару шагов. Навья намеревалась броситься на человека, но два смотрящих на неё ствола охолодили пыл призрака. Обычное оружие её бы не остановило – разве можно им убить тень? Но в руках людей, явившихся к ней нынче, покоилась её смерть. Она чуяла её и потому отступила.

- Чего она хочет? – капитан отбросил лопату. Держа наготове Вереск, он, подсвечивая фонарём в свободной руке, осмотрел подземелье, ища незамеченную опасность. В подвале было пусто, затхло и уныло.

- Свою голову.

Стрелок открыл рот для вопроса, затем хмыкнул, посмотрел на лежащий в земле скелет и спросил не то, что хотел поначалу:

- Почему сама не забрала?

- Не может. Свободу заложенному способен дать только человек, причём добровольно, без принуждений и шантажа. Подкуп или уговоры.

- И многие соглашаются?

- Ты не поверишь, - майор усмехнулся. – Имя им легион.

- Дурачки неучёные.

- Ага. Отдают голов и сами ложатся на место освободившегося бедолаги.

- А если не отдавать?

Чуя, что желаемое оказалось под угрозой, навья взмолилась:

- Отдай его мне?

- Нет, - голос майора был сух.

Девочка покорно склонила голову.

- А если я буду тебе служить?

- Быть может, отдам, - командир облизнулся.

Приняв его слова за факт заключения сделки, рыжеволосая девочка кивнула, протараторив:

- Я верно служу, ты сытно кормишь – уговор, чародей?

- Уговор, - неожиданно для себя согласился майор.

Девочка протянула к нему правую ручку, желая скрепит слова рукопожатием. Кудесник с усмешкой поглядел на трясущиеся детские пальцы, невпопад размышляя о том, что у таких как она руки не трясутся ни немного иных обстоятельствах.

- Это лишнее. Отойди и пообещай, что не причинишь вреда ни мне, ни моему напарнику, ни кому бы то ни было из живых, ни прямо, ни косвенно, если на то не будет моей воли.

- Это будет стоить много еды, - навья оскалилась. – Обещаю.

- Последи за ней, - бросил майор капитану, присев на колени.

Навья зашипела, но напасть не посмела.

Аккуратно поставив ящик на землю, кудесник потратил некоторое время на его изучение. Ящик на первый взгляд был цельным и не имел крышки. Но это только на первый взгляд. Майор ведал, как отворяются подобные вещицы. Он достал нож и уколол кончик пальца. Оставляя кровавый след, провёл пальцем по узору. Произносить слова не потребовалось. С гулким щелчком крышка сдвинулась с места. В лицо ударил поток холода.

- Отлично!

Положив крышку подле ящика, кудесник обтёр лезвие ножа о штанину, затем взял в руки истлевшее очелье давно погибшей девочки, потянул на себя и резким ударом ножа переломил шею. Навья вскрикнула. Но бас капитана заставил её заткнуться и предостерёг от необдуманного поступка.

Бережно положив череп в чёрный ящик, майор закрыл крышку, то и дело, морщась от пронзающего пальцы холода. Затем он поднял взгляд на разъярённую девчонку.

- Показывай.

- Что показывать? – зашипела навья, мечтая о миге, когда они перегрызёт глотку живому.

- Покажи, что произошло с людьми в форме.

- С которыми? – девочка сощурилась.

- Выходит, много их у тебя было, - майор посуровел. – Покажи, что случилось с теми, чьи тела гниют в подземелье у ложного входа.

Навья победно улыбнулась, оскалив вытянувшиеся клыки.

- Я хочу кушать… Накормишь – покажу.

***

- Продолжим. Показывай, дурная голова.

Старик взял мертвеца за волосы, уже зная, что в его руки попал не один из гридней, а тот несчастный старик, чьё тело подняла из земли колдунья и заставила сыграть роль своего деда. Нужно было выяснить, кто она такая на самом деле и чьим интересам служит, пока мертвец не рассыплется прахом.

- Сдохни!

Мертвец с пустыми глазами одним ударом топора сокрушил коня воеводы. Вылетевший из седла воин, перекувыркнулся через голову, отлетел в сторону, что спасло его от второго удара. Морок развеялся и сейчас ратник видел, что кожа на лице мнимого деда едва держится на белёсых костях, один глаз отсутствует, а нижняя челюсть, не закрываясь, болтается на сгнившей плоти.

На поляне закипал бой. Ничего не понимающие ратники падали под ударами одурманенных собратьев. Те, кто были посообразительнее и видели начало схватки, неуверенно защищались, недоумённо взывая к обезумившим соратникам, которые не щадя себя лезли в бой, бесстрашно налетая на выставленные вперёд мечи и копья.

Увереннее всех держался десятник, подле которого собралось несколько воинов, не разобравшихся в происходящем, но безропотно выполняющих приказы старшего товарища, который приказал рубиться со своими – значить нужно рубиться.

Одурманенные вои действовали неумело, будто растеряв все навыки. В основном они брали нахрапом, пронзая тела оторопевших мечников. Те же, кто нашёл в себе силы сопротивляться, начали сбиваться в кучи. Но одурманенных было куда больше – девочка успела напоить отваром множество воинов ещё до того, как телега вызволена из булькающей жижи. Если бы сейчас кто-то обратил на неё внимание, то удивился бы не найдя телегу, вместо которой подле вязкой лужи стоял массивный дубовый пень, с широкими корнями.

Но всем было не до того.

- Умри отступник!

Топор мертвеца пролетел перед самым носом воина, который понимал, что он слышит не речь поднятого чародейством тела – слова исходят от колдуньи, которая так и осталась в образе маленькой рыжеволосой девочки с двумя тонкими косичками. Меч ратника выпорхнул из ножен и столкнулся с топорищем. В любой другой ситуации закалённый клинок скорее всего бы перерубил древко, но чародейка была готова к этому и наложила на оружие мертвеца защитные чары.

Злясь, что связан боем и не может собрать вокруг себя оставшихся в уме ратников, воевода с яростью начал рубить прогнившую плоть, но собственноручно заточенный клинок отскакивал от мертвеца, словно тот был каменным исполином, а не сгнившим трупом.