Меч Света - Олег Карачевский

— Оставаясь тут, я подвергаю вас опасности!

— А если уйдёшь, то что ты сделаешь?

— Как минимум, я собью его со следа!

— Не хочу тебя огорчать, но когда я говорил, что Навьи твари запомнили твой запах, я имел совсем не то, что ты чувствуешь, когда принюхиваешься. Или история с Дубом тебя ничему не научила? Каждый из нас имеет связь с окружающим миром. Ты же — имеешь связь со всей Вселенной. Навьи твари эту связь чуют. Поэтому если одна из них уже взяла след… Они найдут тебя, где бы ты ни был.

Громадный костёр прогорал, но отдельные языки пламени всё так же устремлялись ввысь. Я сел, скрестив руки на коленях и опустив голову, смотрел как рассыпаются в жаровнях остатки монстра. Гномы подкинули ещё дров, пламя разгорелось с новой силой.

— Вижу я тебя не убедил. Тогда хотя бы подожди, пока мы не найдём ещё парочку этих монстров.

— Сколько при этом из вас погибнет, прежде чем вы всех убьёте? Готовы ли на это гномы?

— У гномов есть предания, что рано или поздно придёт Спаситель, не из нави, не из яви, после которого в мире наступит Добро и Благодать. Так что считай, за тебя они теперь сами с радостью костьми лягут.

В ответ я ничего не ответил и продолжил смотреть на огонь.

— Шмыгль!

— Да, Гшашпль?

— За этим — следи. Чтоб он никуда далеко не ушёл. А то ещё споткнётся о кочку и сломает себе шею.

Когда все угли догорели, я пошёл спать.

Сон. И снова платформа метро. Та же самая. Те же самые безликие люди, которые спешат туда сюда. И вот… И вот я вижу… Её! Именно ЕЁ! Она оборачивается… Её волосы, чернее ночи, развиваются в этом красивом танце… Она смотрит на меня… Наши взгляды встречаются! Да! Это — ЕЁ ВЗГЛЯД! Я улыбаюсь… Она отвечает своей очаровательной улыбкой… ДА! Это — ЕЁ Улыбка! Мы идём на встречу друг другу. Люди будто плывут мимо нас, оминая как вода камни. Два камня… Один из которых Самое Дорогое Сокровище Вселенной! Две планеты… Две звезды… Идущие на встречу друг другу. Мы берёмся за руки. Я закрываю глаза, кладу голову на бок. И Чувствую Тепло Её Губ….

Глава 2 — Из огня да в пламень

Нет такого "нет", сказанного кем-то другим, которое нельзя было бы воспринять как "да, но только если очень хочешь". Пока Шмыгль спал, мне удалось раздобыть средних размеров походный рюкзак. Туда я сложил до отвала провизии, которой бы мне хватило на пару месяцев. Среди вещей в лагере я нашёл гномью шубу. Гномы были столь широкоплечи, что она пришлась мне впору как короткая куртка. Её рукава были мне коротки и доставали только до локтей, но это было терпимо. Больше ничего из их вещей подобрать было нельзя. Сапоги если и налазили — были жутко неудобными. О штанах даже речь не завожу. Так что я решил остаться в своей одежде и кроссовках, одолжив на время только куртку. Подумаешь, будут косо смотреть, зато, если придётся бегать от монстров или новых зомби, я буду уверен, что смогу убежать. Жаль нет времени оставить благодарность или попросить разрешения у владельца куртки. Или шубы. Или что оно там было для него.

Среди оружия я взял небольшую хорошую секиру. Можно и голову кому-то проломить, да и для рубки дров сойдёт. Также я думал захватить короткий прямой меч. Он мне поначалу показался слишком коротким, я передумал его брать, всё равно выброшу где-то в канаву. Затем я взял лук, и неполный колчан стрел. Лень было долго искать остальные. Взяв всё, что я хотел забрать, я прикинул общий вес, и решил, что меч я тоже смогу нести. Лучше брошу где-то в канаве, чем буду жалеть, что не смог без него защититься.

Быстро, пока меня никто не заметил, я пошёл прочь из лагеря. Солнце ещё не встало. Свои часы я так и не переводил, потому они всё также показывали, что сейчас — глубокий вечер. Из своего мира у меня помимо одежды остались только эти часы, да складной многофункциональный нож. Кто его знает, сколько миров я ещё пройду с этими часами, не переводить же время каждый раз!

Поперёк тропы сидело два гнома. Они смотрели куда-то в чащу и не обратили на меня внимания. Я проследил за их взглядом. Там как раз шла битва с такой же тварью, как перед этим приносили в лагерь показать лешему. Один из них то и дело хватался за секиру, но второй его останавливал.

— Стой! Кому говорю! Забыл, что говорил Граспль? Мы не должны пустить эту тварь в лагерь, если прорвётся!

Дела у ребят шли не очень. Я решил не досматривать итог боя. Когда я отошёл на несколько шагов, сзади послышался крик.

— Охо-хо! А ты говорил ушастый плохо стреляет!

— Правильно говорил! Он с десяток стрел выпустил! Не мог раньше попасть?

Солнце уже перекатило через полдень, когда я вышел к опушке леса. В высоте кружила какая-то хищная птица. Я думал, это просто орёл, пока она вдруг не спикировала вниз на одиноко стоящего барашка, и, схватив его огромными когтистыми лапами, взмыла вверх с такой скоростью, что практически мгновенно превратилась в едва заметную кляксу в высоте. Потом я ещё долго смотрел, как гигантский орлан уносит свою добычу.

— По крайней мере, теперь можно не опасаться, что он нападёт на нас, — прозвучал сзади голос Тарфельда, когда птица скрылась за холмами.

Эльф всё ещё с опаской поглядывал в даль, сжимая свой лук. У Граспля я одолжил подобный, но чуть поменьше, гоблинской работы. Когда я двинулся вперёд в сторону холмов, где скрылась птица, Тарфельд побежал за мной, стараясь не отставать.

— Я еле тебя догнал. Кстати, а не секрет, куда ты идёшь?

— Понятия не имею.

— Классно! Не против, если я с тобой?

— Давай, — безразлично ответил я.

— Кстати, там, у Граспля я не успел спросить твоё имя. В смысле, как тебя зовут.

— Как хочешь, здесь у меня нет имени, — всё также безразлично сказал я продолжая идти, так что Тарфельду постоянно приходилось переходить на бег чтобы не отставать.

Затем начался подъем на холм. Я привык ходить быстро и эльф, который был к тому же ниже ростом, чуть отстал, но пока мы достигли вершины, он даже не запыхался.

— Знаешь, даже у людей всегда есть имя. Его просто не может не быть, — не переставал говорить он. — Даже у всех вещей есть имя. Это… И куда ты так спешишь? Ладно, можешь не говорить. Зачем идти медленно, если открыты все дороги. Ты как вольный сокол, куда хочу, туда лечу, и всё равно куда.

— Точно.

— Знаешь, будет справедливо, если я не буду придумывать, чего-то сверх такого и буду звать тебя на языке своего народа. Вольный сокол подходящее сравнение, у нас это звучит "АнСар". Ну как?

— Как хочешь. Не имею ничего против.

Спускались мы молча. Глядя на меня Тарфельд то и дело хихикал. Я же старался не обращать на него внимания.