Измена. 90-е: власть против народа - Степан Сулакшин

В результате такой деятельности правительства никто в стране, включая Президента, премьер-министра и прочих ответственных лиц, не знает, сколько реально денег поступает в бюджет, куда и как они тратятся.

По мнению специалистов Счетной палаты, проверивших лишь то, что им было позволено, «фальсификация отчетных данных об исполнении федерального бюджета за 1995 и 1996 годы произведена в масштабах и с тонкостью, не имеющих аналогов в истории экономического развития государства».

Если перевести сухой бюрократический казенный язык на разговорный, то фраза означает: правительство врет, врет сознательно и целенаправленно. И цель этой лжи одна: уйти, отмазаться от ответственности за провал бюджета. Провал ведь был не только в 1996 году. Он произошел и в 1997, 1998 годах. Вся история с попыткой изобретенного Чубайсом секвестирования бюджета свидетельствует о том же. Правительство, разваливая страну, демонстрируя образцы невежества, неэффективности, недееспособности, одновременно стремится уйти от какой бы то ни было ответственности.

В чем заключалась затея Черномырдина и Чубайса при попытке объявить секвестр, то есть сокращение расходов госбюджета 1997 года? Напомню, что бюджет был принят в январе 1997 года по настоянию самого правительства на основе его же официальной программы среднесрочного экономического и социального развития России, на основе работы его экспертов, министерств и институтов, его прогнозов, его расчетов. Это были обязательства правительства.

И мы с вами, и правительство хорошо понимаем, что провал был неизбежен. Он и начал осуществляться. И, понимая, что в конце года придется вновь отвечать за провал бюджетных обязательств, Чубайс с Черномырдиным придумали хитрый ход – скостить обязательства, скорректировать план, и тогда к концу года оказаться вроде бы эффективными, дееспособными, результативными, исполнив этот усеченный бюджет. И это вместо того, чтобы поменять ориентиры, поменять экономическую политику, честно признать свою недееспособность. А коррекции там – ни много, ни мало – наполовину, на две трети! Это означало только одно: провал бюджетной политики государства был оглушающим. Это даже не кризис, это коллапс, крах, финансовая катастрофа!

Вот вам еще одно доказательство того, что о честной, открытой, профессиональной, дееспособной политике это правительство даже мечтать не имеет права. Эти понятия, категории, естественные для любой нормальной страны, любого нормального руководства, к нынешнему правительству страны и его Президенту неприменимы, как говорят в народе, «на дух».

Но вернемся к декларациям о доходах чиновников. В этом списке есть фамилия Александра Починка, тогда работавшего председателем Государственной налоговой службы [8]. Он, напомню, работал с 1993 года, как и я сам, депутатом Государственной Думы. Как депутату, его доход мне хорошо известен.

В 1996 году он не превышал 2 миллионов рублей в месяц, затем осенью 1997 года был повышен до чуть менее 6 миллионов в месяц. О чем же докладывает Александр Починок? Оказывается, в 1996 году его доход составил 408 миллионов 493 тысячи, а зарплату он при этом получал в объеме 49 миллионов. При этом бывший депутат умудрился купить две квартиры в Москве, стоимость которых измеряется сотнями тысяч долларов, при этом строит дом площадью 101 квадратный метр в Истринском районе, при этом имеет личный автомобиль «Линкольн-Таун-Кар» стоимостью 110 миллионов рублей, а общая стоимость имущества, принадлежащего ему, жене, матери, отцу, исчисляется суммой 3 миллиона 680 тысяч 678 рублей. Остается задать простой детский вопрос: откуда у депутата с такой зарплатой подобное имущество?

К вопросу о доходах ельцинской команды мы вернемся чуть далее. Сейчас вопрос о другом – о лжи. Анатолий Борисович Чубайс зачастую публично, бия себя в грудь, свидетельствует о своей непогрешимости, чистоте нравов и действий. Так, в газете «Московский комсомолец» [17] в интервью Александру Будбергу он заявил: «Идет борьба двух принципиальных взглядов на то, что должно быть построено в России. Позиция моих (Чубайса. – С. С.) оппонентов – власть должна обслуживать бизнес. Но наша позиция: моя, Бориса Немцова, – состоит в том, что ни то, ни другое абсолютно неприемлемо. Бизнес должен быть отдельно, власть отдельно».

Многие готовы поверить в эту бескорыстную, государственническую, патриотическую риторику. Многие полагают, что так называемый конфликт Чубайса с Березовским как раз и связан с тем, что Анатолий Борисович оберегает власть от закулисного, теневого, корыстного влияния крупнейших финансовых группировок, крупнейших банков и банкиров России, блюдет чистоту нравов государственной власти России. Хорошо, если бы так.

Возьмем в руки очень информированный, профессионально щепетильный, дотошный журнал «Коммерсантъ» [18]. Журнал проанализировал успехи крупнейших банков, из которых следует очень простой вывод. Итак, данные. ОНЭКСИМбанк за период с октября 1996 по апрель 1997 года нарастил свой капитал на 47 %, в то время как самая большая цифра по всем другим банкам – 12 % для Альфабанка. Отрыв в 4 раза. ОНЭКСИМ нарастил свои чистые активы на 31 %, прибыль – на 140 %, в то время как, например, Инкомбанк потерпел убытков на 83 %, Империал – на 94 %, Мостбанк – на 99 %.

А вот обязательства банка перед государственным бюджетом и Государственным Центральным банком России за этот период изменились всего на 2 %, в то время как у Инкомбанка эти обязательства выросли на 2668 %, у Империала – на 6034 %, у Альфабанка – на 253 %. Прирост средств в облигациях у ОНЭКСИМа составил 681 %, а ближайший его преследователь – Альфабанк – увеличил их всего лишь на 271 %. Из этого короткого анализа следует одно: режим протекционизма государства в отношении ОНЭКСИМбанка был беспрецедентен. Объем обязательств этого банка перед лицом государства – самый низкий из всех ведущих банков России. Что это, если не особая система отношений? Не это ли Чубайс, как процитировано выше, якобы считает абсолютно неприемлемым в отношениях между властью и бизнесом?

Ну, а теперь остается привести последний факт.

Книгописатели, в том числе Чубайс, за ненаписанную книгу свои гонорары по 100 тысяч долларов получали, как это исследовал Александр Минкин, через швейцарскую крошечную фирму SERVINA TRADING SD составом в 2 человека [19].

Самое любопытное, что эта фирмочка связана с (внимание!) швейцарским филиалом – кого бы? – ОНЭКСИМбанка. Детский вопрос: с чего бы это ОНЭКСИМбанк стал столь благодарным А. Коху и иным книгописателям, включая Анатолия Борисовича, оплачивая через свои зарубежные филиальчики столь умопомрачительный гонорар за ненаписанную книгу? Значит, оплачивалось что-то иное. Вопрос: что?

Напомним, что рекордные прибыли ОНЭКСИМбанка получены как раз в период с октября 1996 по апрель 1997 годов, в период, когда экономической политикой и Министерством финансов фактически руководил именно Анатолий Борисович Чубайс. Так можно ли верить словам Чубайса, когда факты говорят об ином?

Работал в правительстве министр Ясин Евгений Григорьевич. Вот он в газете «Новые известия» [20] в прямой речи сообщил, что смысл экономической политики правительства на первом этапе реформы был связан в том числе с тем, что правительство решило и объявило стране о своей стратегии. «Расходы (бюджета. – С. С.) сокращать больше некуда, поскольку урезали уже серьезно расходы и на оборону, и на социальные программы». Это означает, что, по словам Ясина, правительство увидело беды бюджетников, беды народные и сказало, что больше грабить не будет.

Но вот заговорил тот же Ясин о новом этапе экономической реформы, причем первой задачей этого этапа назван экономический рост. Мало того, что «рост» происходит так, как я уже об этом говорил ранее, главное в другом. Ясин говорит: «Военная реформа и социальные реформы, которые мы без конца откладывали, мотивированы, прежде всего, необходимостью сокращения расходов. Мы отказались от аксиомы, согласно которой расходы федерального бюджета не могут быть ниже 20 % ВВП». Вот вам и цена словам правительства о том, что оно больше не будет сокращать расходы государства на бюджетные нужды науки, культуры, здравоохранения, социальной сферы, образования, обороны. Теперь оно говорит совершенно иные вещи. Далее мы покажем, что на самом деле это даже не их слова, это слова, которые они повторяют, как марионетки, вслед за своими настоящими хозяевами и руководителями – Международным валютным фондом и Соединенными Штатами Америки. Важно другое: из этих примеров, число которых может быть бесконечно, следует главный вывод: ни одному слову Президента, его бывших, настоящих и будущих правительств верить нельзя.

Вот еще один пример. Ясин – главный экономический министр правительства – говорил в свое время: «Собственных оборотных средств у предприятий почти нет, их всего четыре процента общей величины. Отобрать последнее – значит остановить производство». А вот что они реально планируют делать. В проекте Налогового кодекса, внесенном правительством в Государственную Думу, есть такая норма: отказ от кассового принципа учета и взимания налогов и переход к принципу взимания налогов по факту отгрузки продукции и производства услуг.