Я ненавижу оборотней - Катерина Полянская

Случались дни, когда мне казалось, что Адастис Бушар любит меня больше, чем родная мать. Он не придирался, не выдвигал требований и не пытался давить, всегда казался внимательным, улыбался и смотрел с теплотой и даже искренне интересовался моими делами, когда находил на это время. График у папы всегда был напряженнейший, так что его внимание оказывалось особенно приятным.

А еще он меня удочерил, сразу же, как только женился на маме. В доме эта тема не обсуждалась, но в моей душе жила благодарность. Повезло маме, она встретила идеального мужчину!

— Познакомься, Джая, это Дориан Арн.

Я кивнула, улыбнулась и протянула руку. Мужчина осторожно ее сжал и тут же выпустил. Его светлые глаза смотрели с вежливым интересом, ничего более.

— Очень приятно. У вас очаровательная дочь, Бушар.

На папином лице расцвела довольная улыбка.

Тем временем я заняла свободное кресло и приготовилась слушать. Не просто же так меня пригласили…

— Как себя чувствуешь на новом месте? — Не ожидала, а папа спросил о личном.

— Привыкаю.

Откровенничать при посторонних не хотелось. Да и нужно ли? Вещи счастливо возвращены, от Ланхольта я отделаюсь, больше вроде как проблем нет.

Но кто-то считал иначе.

— Мама волнуется, заметила?

— Еще как!

Я опасливо покосилась на гостя. Он внимательно вслушивался в разговор.

Это невежливо, между прочим! Зачем папа вообще его привел?

— За тебя больше всех.

— Разве я дала повод?

Совсем скрыть раздражение не получилось.

С примиряющей улыбкой папа покачал головой:

— Нет, разумеется. Но, Джая, ты взрослая девушка… — Ого! Такого ни один из родителей мне еще не говорил! — А оборотни — существа темпераментные, они не всегда способны удержать в узде инстинкты.

— К чему ты клонишь?

Я нахмурилась, почувствовав неладное. И предчувствие не подвело.

— По работе мне часто приходится носить при себе важные документы. — Папа заметно нервничал и начал издалека. Не к добру… — Поэтому местное правление выделило охрану, по одному представителю от каждой стаи и от человеческой общины.

Как реагировать на совершенно неинтересную информацию, просто не знала, поэтому ограничилась лаконичным:

— Понятно.

— Мне удалось договориться, — продолжал родитель, — чтобы Дориан некоторое время побыл твоим телохранителем. Как тебе идея? Мама будет спокойна, и ты сможешь без опаски ходить, куда пожелаешь.

В первый момент просто не поверила своим ушам и впилась ногтями в ладонь, желая прогнать наваждение. Я? С телохранителем?! Большего бреда еще не слышала. Но лица обоих мужчин оставались предельно серьезными, из чего следовал закономерный вывод: конкретно этот бред является реальностью. Моей реальностью.

— Ни за что, — категорично выдала я и затравленно оглянулась на дверь.

— Джая, не глупи…

— Папа, скажи, а Лейси тоже полагается охрана? Или, может быть, Рияну? — Меня начинало трясти.

Кто им дал право вторгаться в мое личное пространство?!

— Дорогая, они еще дети, — немного натянуто улыбнулся родитель. — Думаю, здесь можно обойтись одними браслетами.

— А со мной, выходит, нельзя?

Внутри клокотало от ярости. Как так? За что?!

— Скоро полнолуние, — вмешался в наш диалог гость. Его голос звучал низко и опасно. — На три дня Логово сойдет с ума. Когда над оборотнями берут верх жажда крови и низменные инстинкты, местные люди вообще стараются не высовываться из домов. И все равно ни один месяц пока не обошелся совсем без жертв. Ты же не хочешь вписаться в местные криминальные хроники?

Будь это сказано иным тоном… Но Дориан почти рычал, и в его голосе звучала такая ярость, что вся моя жажда свободы затухла. На смену ей вдруг пришла мысль о том, что его, скорее всего, выделила человеческая община. И… могу ошибиться, но, кажется, он презирает и ненавидит волков.

Оценив произведенный эффект, Дориан без особого желания улыбнулся одними уголками губ и перешел к исполнению служебных обязанностей:

— Буду завтра в девять. Джая, пожалуйста, распиши мне свой примерный план на день.

Я безразлично кивнула и, не прощаясь, в полном отупении вышла в коридор.

Думала, как только окажусь в своей комнате, запрусь и разревусь от досады и несправедливой обиды. Но из всего этого выполнила только первое и еще час просидела на полу, прислонившись спиной к двери. Без единой мысли в голове. Обида постепенно таяла, привыкаю, наверное. Протест, наоборот, возрастал. А разве мне не дали повода? Выдернули из привычной среды, оторвали от друзей, отодвинули на год поступление в университет… засунули на псарню, по нелепой ошибке именуемую городом! И кто бы тут не взбесился?

Поднявшись, я начала разбирать оставшиеся вещи. Когда руки выполняют монотонную работу, думается легче.

Итак, что мы имеем? Ну, кроме телохранителя.

Странное поведение родителей. Более чем странное. Почему пекутся только обо мне? Если бы ситуация была как-то связана с работой отца, она бы отразилась и на Рияне с Лейси. Но нет, в их случае семья ограничилась обычными мерами безопасности. Тогда почему все дружно насели на меня? И главное, если в Логове так опасно, для меня опасно, почему было не оставить старшую дочь дома? Такой вопрос поднимался, я бы сдала вступительные экзамены и прекрасно обошлась год без чрезмерной опеки. На крайний случай можно позвонить или прислать электронное сообщение. Но нет, мама с папой даже слушать не захотели!

Ничего не понимаю… И спрашивать наверняка бесполезно. Но совсем лишить себя свободы не дам!

Приняла решение, мстительно улыбнулась и стала продумывать план, который напишу для Дориана. О, этот день мой новоявленный телохранитель запомнит надолго!

ГЛАВА 3

Утро началось со скандала. Родители ссорились шепотом, но это происходило впервые на моей памяти, так что я уверенно записала этот случай в грандиозные и исключительные.

Тот факт, что дело было в семь утра, и сама я все еще лежала в постели, а шипели где-то на первом этаже, удивления почему-то не вызвал.

— Адастис! — разъяренно, но предельно тихо рычала мама. — Как ты посмел притащить в дом эту мерзость?! Ты, как никто другой, знаешь, как я к ним отношусь!

— Но, дорогая…

— Да еще на ужин! — продолжала истерить моя всегда сдержанная мама. — Да еще приставить эту тварь к Джае! А ты подумал, что он может сотворить с бедной девочкой? Конечно, нет, она же не твоя дочь…

— Ты перегибаешь, — тихо, но твердо перебил ее папа.

Несколько секунд слух улавливал лишь звенящую тишину.