Эра Лобановского - Дэви Аркадьев

Старший тренер сборной Португалии Фернандо Кабрига, сменивший на этом посту известного бразильского специалиста Отто Глорию, значительно перетряхнул состав. Линия обороны теперь почти полностью состояла из игроков клуба «Порто». Среди полузащитников и нападающих, приглашенных из «Бенфики», «Порто» и «Спортинга», было лишь трое игравших весной против сборной СССР в Москве. Уверенный почерк нового тренера сразу дал себя знать в двух официальных встречах, когда обновленная сборная Португалии обыграла сборные Финляндии (5:0) и Польши (1:0). Эти победы позволили португальцам выйти на второе место, вплотную приблизившись к сборной СССР.

— Нет ли у наших игроков чувства неуверенности? — спросили Кабриту португальские газетчики накануне игры. Ведь они встречаются с командой, которая учинила нам разгром?

— Все наши футболисты в хорошей форме и жаждут реванша за тот неудачный матч,— ответил тренер.

По мере приближения матча Португалия—СССР местная пресса нагнетала ажиотаж, посвящая целые страницы предстоящей игре. Не было недостатка в высказываниях специалистов и самих игроков сборной Португалии. Смысл их сводился к одному: никогда еще у португальской команды не было столь благоприятных возможностей выйти в финальную часть чемпионата Европы. Правда, лиссабонская спортивная газета «Бола» предостерегала свою команду таким напоминанием:

За три последних года сборная СССР провела 24 матча, в 14 из которых одержала победы, 9 свела вничью и лишь 1 проиграла (сборной Бразилии на чемпионате мира 1982 года).

Мне рассказали, что, когда Лобановскому перевели такое напоминание газеты, он грустно усмехнулся: это уже история. В футболе нет постоянных величин. Здесь год на год не приходится. Все события надо оценивать только из сложившейся на сегодняшний день ситуации...

А ситуация накануне решающего матча складывалась явно не в пользу сборной СССР. Футбольный сезон в Португалии был в самом разгаре, а наш чемпионат страны к тому времени уже финишировал. Накопившаяся за сезон усталость давала себя знать, и даже, как говорится, невооруженным глазом было заметно, что многие из игроков нашей команды далеки от своей лучшей формы. Нельзя было сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что решающую игру предстояло проводить на стадионе клуба «Бенфика» «Де Луш», трибуны которого вмещают 80 тысяч зрителей. А «родные стены» — фактор в футболе немаловажный. Но главное, что, пожалуй, больше всего должно было заботить Лобановского в Лиссабоне,— это психологическое состояние большинства ведущих игроков сборной. Особенно спартаковцев Москвы и динамовцев Киева, которых в Португалию прилетело одиннадцать человек (из 18 приглашенных в сборную).

Спартаковцы приехали после двух прямо-таки вконец измотавших их матчей с «Астон Виллой» в Кубке УЕФА и днепропетровским «Днепром» в чемпионате страны. А динамовцы Киева вообще весь сезон пребывали словно бы в каком-то психологическом шоке. Что же случилось тогда с одним из лидеров советского футбола?

Давайте, читатель, немного отвлечемся от предстоящего в Лиссабоне матча и восстановим по порядку события, происходившие в киевском «Динамо» после сезона-82, в котором команда завоевала в чемпионате страны серебряные медали и выиграла Кубок СССР. От киевлян, помнится, ожидали новых успехов, но команда-лидер прямо-таки на глазах скатывалась в стан середнячков. Поражения динамовцев можно было уподобить снежному кому, пущенному с горы. До этого года киевляне, 18 лет выступавшие в европейских клубных турнирах, пять раз выходили в четвертьфинал и на этом этапе ни разу не проигрывали на своих полях. Проигрыш 2 марта в Тбилиси западногерманскому «Гамбургу» со счетом 0:3 выбил динамовцев из розыгрыша Кубка европейских чемпионов. Проиграли они и в первом же матче на Кубок СССР ленинградскому «Зениту» — 1:3. Крайне неудовлетворительно обстояли дела клуба и в чемпионате СССР: к августу, после двадцати матчей, «Динамо», 14 футболистов которого входили в различные сборные страны, одержав 7 побед и потерпев 6 поражений (при разности мячей 18—22), занимало в турнирной таблице только лишь 11-е место. А ведь на поле выходили почти те же игроки, что и год назад. Правда, выводил их новый тренер...

Сам ритуал смены старшего тренера в динамовском клубе на этот раз был обставлен довольно красиво — во время торжественного вечера в киевском Дворце спорта, где команде вручали серебряные медали. На этом вечере В. Лобановский, который возглавил сборную СССР и к этому времени уже занимал служебную квартиру в Москве, сказав доброе напутствие родной команде, представил своего преемника — мастера спорта, кандидата педагогических наук Ю. Морозова. И, откровенно говоря, эту перемену сами игроки динамовского клуба восприняли если не с радостью, то уж во всяком случае с облегчением: не всем киевским футболистам была по нраву жесткая требовательность Лобановского...

«Признаюсь, мы вздохнули свободно, пожалуй, даже плечи расправились»,— пишет об этой смене тренеров Олег Блохин в своей книге «Экзаменует футбол», написанном им совместно с журналистом Игорем Заседой. Обратимся к строкам этой книги, на мой взгляд, наиболее точно передающим состояние команды после смены тренерского «кабинета», и предоставим снова слово Блохину:

В «Динамо» появился новый тренер — Ю. Морозов из ленинградского «Зенита». О нем было известно, что он — однодумец В. В. Лобановского как в тренировочных методах, так и в общем видении футбола, много лет создававший команду в городе на Неве. Человек начитанный, умеющий проникновенно говорить, футбольный эрудит, к тому же — добрая, отзывчивая душа. Он понравился сразу и игрокам, и журналистам, последним — за доступность и открытость, отзывчивость и уверенность в ближайшем блестящем будущем «Динамо». Не скрою, кое-какая отрицательная информация тоже долетела до Киева. Те, кто находился под началом Ю. Морозова в «Зените», словно сговорившись, напирали на некоторые стороны характера нашего нового наставника — мол, излишне мягок, а порой просто нетребователен не только к спортсменам, но и к самому себе, прощает если не любые, то, по крайней мере, значительную часть прегрешений как на тренировках, так и в быту...

Мы этим разговорам значения не придавали — редкому тренеру, покидающему свой пост и переходящему в лучшую, более перспективную команду, не летят вслед слова осуждения и недовольства. Как я уже сказал — Морозов нам понравился.

Вскоре мы ощутили перемены, с первой же тренировки — ни тебе жесткости, присущей Лобановскому, ни непоколебимой требовательности, когда дело касалось выполнения намеченных планов: достаточно было сослаться на нездоровье или плохое настроение, как тебя оставляли в покое.