Питомник фамильяров "Драконья чешуйка" (СИ) - Смертная Елена

— Вот уж нет, — дракон смешливо фыркнул. — Не таким я представляю первое свидание с моей будущей женой…

— Я никогда…

— Всё, ушёл, — перебил он меня, и мигом смылся, не давая мне закончить фразу. Мы остались в гостиной с Зузи и Глотти, который успел задремать.

— Что за ребячество, — хмыкнула и аккуратно уложила мантикора на диван.

— Он хам и наглец, но… — зайчиха протянула это «но», — … довольно интересный.

— Не знаю… не доверяю я городским. Тем более, с такой громкой фамилией.

Глава 6. Мама фениксов и барабашка

Прошло три дня. После знакомства с Тором у меня сохранялось стойкое ощущение, что уклад жизни нарушен. В доме всё лежало не на своих местах. Я была растеряна и вела себя как полная растяпа. Всё ходила и переживала из-за вольфпалма и предстоящего «мероприятия». Хотя последнее даже приличным словом назвать нельзя. Уверена, нас там ждёт лишь хаос и разврат.

Утро четвертого дня начиналось как обычно. Я встала с постели, обнаружила на полу Глотти, который уснул за жеванием деревянной ножки, переложила его на подушку и отправилась в ванную. Вот только сразу на входе поскользнулась и упала в огромную тёмную лужу.

— Гром меня подери, — выругалась от боли. — Откуда вообще это здесь?!

Я кое-как встала, осмотрела все уголки ванной — сухо. И это логично. Ведь я всегда сама создаю воду, когда набираю ванную или умываюсь. Тогда откуда здесь лу… стоп! Куда она делась? Я обернулась, а вода на входе исчезла. Словно и не было её вовсе. Я что, схожу с ума? Нет, халат всё ещё мокрый, и попа болит. Что тут происходит?

— Амели, фениксы! — мои раздумья прервал взволнованный крик Зузи.

— Уже?! — я мигом побежала к двери.

— Да, вылупляются!

Мы с зайчишкой резво побежали по коридору в гостиную. Какой волнительный момент! Нужно не упустить ни секунды. Я забыла и про лужу, и про боль. Такое чудо происходит!

— Не поняла…

Мы остановились перед входом в гостиную. Вернее нас заставили остановиться. В дверном проёме было нечто странное. Проход полностью закрыла ледяная глыба. Ровненькая такая, точно вырезанная под дверь. Вот только чёрная и непроглядная. Я поняла, что это лёд, лишь когда прикоснулась к нему ладонью.

— Что творится! — Зузи перепугалась. — Птенцов воруют! Воруют! Я полетела к окну.

В порыве страха у зайчихи моментально появились крылья, и она со скоростью света вылетела в ближайшее окно. Я же сдаваться перед каким-то куском льда не собиралась. Если в наш дом и правда заявился вор, ему не поздоровится. Приложила обе ладони к преграде и закрыла глаза.

— Духи леса, услышьте меня…

Едва я воззвала к силам природы, как под моими руками начали прорастать мощные корни, которые впились в ледяную глыбу и принялись разрушать её. Однако получалось медленно и со скрипом. Какая же сильная магия! Ничего, как только доберусь до мерзавца, заставлю его съесть все осколки этого чёрного льда!

— Ещё-ё-ё, — протянула я и надавила сильнее. Вот только едва я это сделала, как глыба просто исчезла, а моё тело провалилось вперед. Я приземлилась носом в пол и даже не успела сообразить, что происходит в гостиной.

— Амели? Ты в порядке? — этот голос… святой мухомор, я сейчас кого-то точно отравлю!

— Торадин?! — вскочила со скоростью света. Во мне бушевала буря! Я уже придумала тридцать способов расправы над драконом. Однако едва я увидела всю картину, как гнев сменился сплошным умилением. На полу в гостиной сидел растерянный мужчина, а вокруг него выплясывали неловкие танцы три маленьких птенчика. Первый, огненный феникс, неказистыми клевками целовал Торадину щеку. Второй — голубой и явно водяной малыш, терся малюсенькой головой о грудь дракона. Ну а третий, самый резвый, фиолетовый с искорками молнии на крыльях, сидел на голове незваного гостя, заставляя длинные волосы наэлектризоваться и встать дыбом. Отличное гнездо получалось!

— Ма-ма, — кое-как выдавил из себя огненный феникс и клюнул Торадина в щеку ещё раз.

— О-о-о, Прародительница! Он уже говорит!

— Амели, — настороженно улыбаясь, повторил Тор. — Что тут происходит?

— Что происходит?! — я, наконец, очнулась от гипноза милоты новорожденных пташек. — Это я у тебя должна спросить! Я бежала сюда со всех ног, но мне преградила дорогу эта ледяная чёрная глыба, а ты здесь… — осознание заставило резко прерваться, — … стоп, а ты здесь… и они теперь… считают тебя своей мамой…

— Амели, о чём ты вообще? Какая глыба? Я… я просто пришёл с новостями, увидел свечение из гостиной и вот… — Тор был растерян не меньше меня. — И, стоп, что… мамой?

Я села на первую попавшуюся поверхность. Ею оказался пол.

— Да, — кивнула, смотря перед собой в одну точку. — Фениксы принимают за маму первого, кого увидят. Я именно поэтому так быстро бежала сюда.

— И что… что теперь делать?

— Не знаю. Они не смогут жить без названной матери рядом месяц — минимум. Погоди-ка! — в голову ударило новое осознание, и я моментально вскочила на ноги. — Так ты специально установил эту преграду?! Хотел привязать к себе малышей, чтобы найти причину оставаться в моём доме?!

— Что? — Торадин искренне ужаснулся. — В этом доме? В лесу? Ты серьёзно?!

— Тебе ведь нужно заполучить меня в жены!

— Не такими методами! — дракон попытался быстро встать, но ему пришлось руками придерживать всех трёх птенцов, поэтому получилось неказисто. — Я понимаю, что твои фамильяры для тебя очень важны, и не стал бы нагло использовать их!

— А откуда тогда вода в ванной, а потом эта глыба льда?!

— Да какая глыба?! Амели, я даже не владею магией холода! Моё пламя синего цвета, но оно всё ещё… горит, а не превращается в лёд!

Этот аргумент был… весомым. В доме творилось что-то странное и без Торадина. Неужели Духи Леса издеваются?

— У меня получилось, — в окно кубарем влетела Зузи и замерла, смотря на меня. — А… ты уже… стоп, что ОН тут делает?!

— Он у нас теперь новоиспеченная мамочка фениксов, — я вздохнула.

— Он… что? — Зузи взлетела. — Не-е-ет, только не говори, что он будет жить с нами.

— Эй, я на это ещё не соглашался!

— А у тебя теперь нет выбора. Фениксы затухают, если не видят свою маму больше суток. И они должны находиться здесь, но никак не в столице, или где ты там живешь…

— И у нас нет другого выхода? — Торадин был недоволен, но в руках всё ещё заботливо держал двух малышей, пока третий сидел на взъерошенной голове.

— Только постараться привить им самостоятельность быстрее. Феникса можно разлучать с матерью, когда они начнут летать. Будем обучать экстерном…

— А может это… по-старинке? Выбросим из гнезда, чтобы учились в моменте?

— Я тебе сейчас по-старинке… что-нибудь откручу! Нечего было соваться сюда без спроса.

— Да, — подхватила Зузи, — двери созданы для того, чтобы в них стучать!

— Я стучал. Долго и громко. Неужели вы не слышали?

Мы с зайчихой переглянулись. Ладно, допустим, я спала, но Зузи вставала с восходом солнца.

— Брехня, — протянула фамильярша. — Опять, наверное, прямо в гостиную заявился, и был таков.

— Ладно, это уже неважно. Я сейчас принесу корзинку с гнездом для фениксов. Накормим их, уложим, а там уже обсудим освобождение вольфпалма, — я взглянула на Торадина. — Надеюсь, у тебя хорошие новости, потому что мой день сегодня начался ужасно…

Совсем скоро малыши уютно устроились в большущей корзине, которую я успела сплести к их рождению. Внутри мы с Зузи долго устраивали гнездо из различных природных материалов, которые устойчивы к стихиям. Иначе один сонный чих огненного малыша мог разрушить все старания, а потом и поджечь дом. Больше всех в корзину не хотел лезть маленький повелитель грома. Ему слишком понравилось на голове у новоиспеченной мамочки. У него ещё и врожденная способность оказалась такая… шустрая! Едва мы укладывали птенца в гнездо, как фиолетовое тельце превращалось в поток молнии и снова материализовывалось на голове Тора. В конце концов, волосы дракона просто тянулись к потолку ровными намагниченными колосьями.