"Фантастика 2023-112". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Бирюшев Руслан Рустамович

— Тебя как звать-то, чернявая? Вроде бы давно пора познакомиться.

— Наташа, — прозвучал в сумерках слабый голос. Э-э-э, да она и языком-то еле ворочает.

— Понятно. — Он улыбнулся. — Наташка-промокашка…

Промокшая чернявая села в контейнер. Повернулась.

— А тебя, пятнистый?

— Что? — Бориса аж передернуло. «Пятнистый»! Издевается она, что ли? Какой он, на фиг, пятнистый! Без хэдхантерского камуфляжа. С гладиаторским ошейником под подбородком?

— Как тебя зовут, спрашиваю.

— Борис, — угрюмо выцедил он.

И сам запрыгнул в лодку-гроб. Оттолкнулся от берега.

Ну вот знакомство и состоялось…

— Спасибо, — неожиданно раздалось за спиной. Он удивленно оглянулся, но не поймал взгляда спутницы: та опустила глаза.

— За то, что не бросил, — спасибо, — пробормотала она.

Голос девушки звучал совсем уж тихо и невнятно. Борис едва разобрал слова. Благодарить кого-либо чернявая Наташка явно не привыкла.

А может быть, никто для этого не давал повода. Или ей просто очень трудно было сейчас говорить. Они плыли долго. Промокшие, голодные, ослабевшие. При малейшей опасности — нет, при намеке на опасность — они прикрывались побитой крышкой и лежали под ней часами.

Время шло мимо, время проходило сквозь них. Время струилось как вода. Только утекало оно не туда, куда бежала река, а куда-то назад, в обратном направлении.

День сменялся ночью, ночь — днем. Все было как во сне. Или, скорее, как в горячечном бреду.

Пару раз Борис замечал из-под крышки хэдхантерскую технику и пятнистые фигуры на берегу, а однажды прямо над ними пролетел вертолет. Но хэды не обращали внимания на закрытый погребальный контейнер, плывущий по течению. Видимо, пятнистым и в голову не приходило, что там могут находиться живые люди.

Как-то они проплыли мимо такого же полузатопленного гроба, застрявшего на песчаной отмели. Из пластикового контейнера несло тухлятиной.

Борис старался держаться посреди реки и лишь при крайней необходимости причаливал к берегу. Иногда они с Наташкой делали привалы в камышах или в густых прибрежных зарослях. Пили только из родников и ручьев, сбегавших к реке. Употреблять грязную речную воду было небезопасно.

Утолять жажду им удавалось. А вот с пищей было сложнее. На третий день пути Борис поймал на берегу лягушку. Добычу поделили пополам. Употребили в сыром виде. Огня не было. И было не до брезгливости.

Потом снова плыли. Убаюкивающее покачивание, плеск и журчание воды, слабость, сонливость… Наташка отключалась все чаще. Рана на плече девушки заживала плохо, и Борис начинал всерьез беспокоиться за спутницу.

В полубреду чернявая твердила, что надо плыть дальше, не останавливаясь. Борис не собирался слушать девчонку, но, как назло, по обеим сторонам реки пошли открытые пространства. Ни лесов, ни хуторов, ни укромных ложбин и оврагов. На такой местности их обнаружить — пара пустяков. Пришлось плыть.

«Ладно, еще одна ночь — и баста!» — решил он про себя.

Пора было выбираться на твердую землю, искать пищу и убежище, в котором можно отлежаться. На воде они все равно теперь долго не протянут. Да и от Ставродара гроб-контейнер унесло уже достаточно далеко. По крайней мере, очень хотелось на это надеяться.

Борис не знал, заплывали ли другие гробы в такую даль. Вряд ли вообще-то. Настоящие покойники не умеют грести, отталкиваться от берега и постоянно держаться на стремнине.

Наташка что-то простонала. Борис ободряюще похлопал ее по руке. Рука девушки была мокрой и горячей.

«Еще одна ночь, — вздохнул Борис. — Только одна. Ты уж потерпи, чернявая…»

Он лег рядом, обняв ее и пытаясь согреть своим теплом худенькое дрожащее тело. Задвинул сверху крышку. Но не плотно. Им нужен был свежий воздух. И смотровая щель тоже нужна. А еще нужно было хоть немного поспать, пока контейнер несет течением.

Бориса сморило быстро. «Только одна ночь… — еще раз подумал он, проваливаясь в небытие. — Одна. Только…»

Глава 2

— Цепляй!

Чей-то негромкий голос. Рядом совсем!

— Да быстрее ты!

Сон как рукой сняло. Борис пробудился, затаил дыхание.

Стук… Кажется — металлом о пластиковую крышку.

Всплеск. Сдавленная матерщина.

Контейнер развернуло.

— Крепче держать надо было, мурло косорукое! Лезь в воду, догоняй теперь! Да живее, пока не унесло!

Их все же обнаружили. И ими заинтересовались. Борис почувствовал накатывающую волну отчаяния. Кто-то пытался вытащить из воды контейнер, уже ставший для них плавучим домом. Но видимо, это было не так-то просто.

Наташка лежала рядом. И опять — без сознания. Дышит слабо и часто. Перевязанное плечо распухло. Похоже, рана воспалилась.

Борис приподнял голову. Прильнул к махонькой щели между крышкой и нижней половиной контейнера. Ночь. Черный берег, черная вода, чьи-то темные силуэты. Но не похоже, чтобы за контейнером охотились хэды. Слишком уж мало охотников. Двое или трое всего. И снаряга явно не хэдхантерская. Дикие? Может быть, не все так плохо? А ребятки попались настырные.

Еще один всплеск. Снова стук о крышку. Скрежет.

Кажется, их все же зацепили.

— Вот так! — раздался чей-то шепот. — Держи-держи!

Переговариваются тихо, опасливо как-то. А раз шепчутся — значит, осторожничают. Значит, скрываются. Значит, точно дикие.

— Теперь подтаскивай помалу!

Сильно качнуло. Очень сильно — чуть не перевернуло.

— Да аккуратнее, мать твою! Аккуратнее! Погоди, дай помогу.

Опять — стук и скрежет. Глухой удар. Похоже, о берег.

— Я же говорил — гробяра, а ты не верил, — чей-то приглушенный, но возбужденный голос. — Глянь — похоронная табличка, все как положено. Верняк — гроб!

— Да вижу-вижу. Далеко же его унесло… Ящики из города сюда редко доплывают. Ладно, хватай с того края.

— У-у-у, тяжеленный зараза! Что ж там за туша-то?!

Чьи-то проворные руки тащат контейнер из воды.

Прочное пластиковое днище царапает землю, шуршит по траве. Контейнер раскачивают, кантуют. Вправо-влево. И — вперед. Вправо-влево. И — вперед…

— Всё, нормалёк!

Контейнер наконец оставили в покое. Осматривают, похоже.

Борис напрягся. Нужно было выбрать, как действовать дальше. Вступать в переговоры и решить дело миром или сначала попытаться уложить «рыбаков» мордой в землю, а разговорчики разговаривать после. А то ведь неизвестно еще, как они отреагируют на мирную инициативу. Эх, жаль, чернявая в отключке. Она бы нашла с дикарями общий язык. Наверное, нашла бы… У Наташки опыт в этом деле имеется. А вот Борис таким опытом, увы, пока не обладал.

— Гля, сколько трещин на крышке, — услышал он. — Побило-то гробик нехило.

— Угу. Как только он не утонул!

Кто-то шумно втянул носом воздух над самой крышкой. Кажется — будто над ухом.

Удивленное:

— А ведь не пахнет вроде…

Довольное:

— И хорошо. Свежий покойничек, значит. Не протух еще. Вкуснее будет.

«Вкуснее»? Что за хрень?! Борису сделалось не по себе. Надежда на мирные переговоры рассеивалась как дым. Их что же, каннибалы какие-то выловили? Или это шутка такая? Тупая…

— Ну так че, вскрываем консерву?

Нет, видимо, не шутка. Разговорчики, доносившиеся снаружи, нравились Борису все меньше. Неужели эти дикари в самом деле готовы сожрать труп из гроба?

— Валяй. Открывай.

Под крышку вошел заточенный металлический штырь. Борис, спасая глаза, откинул голову назад. Лег затылком на мокрый пластик. Замер. Штырь провернулся. Крышка поддалась. И наверное, поддалась легче, чем ожидалось.

— Оба-на! А тут уже открыто. — В голосе говорившего прозвучало изумление на грани шока.

А крышка контейнера немного сдвинулась. Борис решил не торопиться и не выскакивать сразу, как черт из коробочки, а до последнего косить под покойника. Сил оставалось немного, и их следовало расходовать экономно. Сейчас разумнее немного выждать, узнать, с кем имеешь дело, понять, сколько вокруг потенциальных противников и где они находятся.