Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

потом из-за ошибок в переливании тебе занесли какую-то инфекцию. И эта девушка каждый день была рядом с тобой.

— Да ладно? Вы не шутите?

— Спроси у нее сам! И Джессику попроси подтвердить, что Хелен была готова сутками ночевать возле тебя.

— Ничего себе… — качает головой Питер. — Я… Я не знаю, что сказать… Трудно поверить… Что она тратила на меня свое время.

— Ты должен быть благодарен ей за то, что она шла на такие жертвы ради тебя, — уверенно говорит Терренс. — Кто знает, что бы мы сейчас делали, если бы не смогли разыскать эту девушку или получили ее отказ помочь тебе.

— Просто поразительно… Я потрясен.

— Кстати, эта девчонка страшно переживала за тебя, — отмечает Даниэль. — Я бы даже сказал, что больше нас с Терренсом и Джессики.

— Ага, — поддакивает Терренс. — Никогда не забуду ее истерику, когда нам пришлось сказать ей и Джессике, что с тобой произошло.

— Ничего себе… — удивляется Питер.

— Не веришь — спроси ее об этом! — предлагает Даниэль.

— А они что реально здесь?

— Да, здесь! — кивает Терренс. — Хочешь, чтобы они зашли сюда?

— Э-э-э… — Питер кивает, понимая, как им овладевает чувство неловкости. — Д-д-да… Хочу…

— Даниэль, пригласи их сюда, — переводит взгляд на Даниэля Терренс.

— Если только они не ушли, — говорит Даниэль.

Даниэль встает с койки, направляется к двери, открывает ее и на несколько секунд выходит. Затем мужчина возвращается вместе с Джессикой и Хелен, идущие впереди него и выглядящие слишком неуверенно. Завидев своих подруг, Питер посильнее вжимается спиной в подушку, широко распахнутыми, полными испуга глазами неотрывно смотря на девушек.

— Хелен… — неуверенно произносит Питер. — Джессика…

— Привет, Питер, — скромно здоровается Джессика.

Хелен настолько взволнованна, что у нее пропадает дар речи. Она неуверенно машет Питеру рукой со скромной улыбкой на лице, слегка сутулясь и крепко сжимая ручку своей сумки.

— Ты как, приятель? — интересуется Джессика.

— Более-менее, — отвечает Питер. — Правда чувствую сильную слабость.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Питер, Джессика и Хелен удивленно уставляются друг на друга. А вспомнив о том, что им сказал Льюис перед уходом, Терренс и Даниэль переглядываются между собой, а затем МакКлайф-старший медленно встает с койки и одергивает вниз свою рубашку, неуверенно говоря:

— Э-э-э-э, знайте… Пожалуй, я оставлю вас и схожу в кафетерий… Съем что-нибудь… А то я не наелся.

— Э-э-э… — окидывает взглядом всех присутствующих Даниэль и слегка прикусывает губу. — Я тоже пойду в кафетерий что-нибудь выпью. А то у меня в горле сейчас царит пустыня…

— Тем более, что в палате могут находиться только два человека. Так сказал Льюис.

— Пошли, Терренс, — тараторит Даниэль и начинает толкать Терренса в спину. — Хватит стоять здесь и красоваться… На тебя все равно никто не обратит внимания.

— Но, Перкинс!

— На выход, я сказал!

Уже через несколько секунд Терренс и Даниэль покидают палату и закрывают за собой дверь, пока Джессика и Хелен провожают с тихими усмешками. А спустя пару секунд девушки неуверенно подходят к койке Питера и обе осторожно присаживаются на нее напротив него.

— Ребята сказали мне, как вы познакомились с ними, — неуверенно говорит Питер. — Так что можете ничего не объяснять.

— Мы считаем это невероятным везением, — мягко отвечает Джессика. — Уж не знаю, что бы мы делали, если бы эти ребята не встретились нам на пути.

— Я рад, что вы пришли сюда. — Питер едва заметно улыбается, сложив руки перед собой. — Спасибо большое.

— А ты думал, что мы оставим тебя в беде? — округляет глаза Хелен. — Мы с ребятами и Джесс очень переживали за тебя и мечтали, чтобы ты поскорее выздоровел.

— Это правда, — кивает Джессика. — Мы не могли бросить тебя в такой тяжелой ситуации.

— Кстати, Хелен… — произносит Питер и слегка прикусывает губу. — А правда, что ты сдавала для меня кровь?

— Да, Питер, — с легкой улыбкой подтверждает Хелен. — Мы все сдавали кровь на соответствие твоей, но положительный результат оказался только у меня.

— Мы все хотели помочь тебе, но это смогла сделать лишь Хелен, — добавляет Джессика. — За что мы все безумно благодарны ей. Ибо именно благодаря этому ты и остался в живых. Мог бы прийти в себя намного раньше, если бы не заражение крови. Но лучше уж поздно, чем никогда.

— Я знаю, — мягко говорит Питер. — И ты правда была со мной каждый день, как утверждают Даниэль с Терренсом?

— Как только у меня было время, я ехала сюда и с разрешения врача сидела с тобой, — уверенно отвечает Хелен.

— Ее за уши можно было с трудом оттащить, — добавляет Джессика. — Если никто не остановил бы ее, она бы забыла обо всем свете: про работу, друзей, бабушку и все свои дела.

— Приятно это слышать, хотя и не понимаю, чем я такое заслужил, — скромно отвечает Питер.

— Пожалуйста, Пит, не надо так говорить, — мягко говорит Хелен, погладив Питера по руке. — Ты причиняешь нам огромную боль.

— В любом случае спасибо тебе большое, Хелен. Я не знаю, как мне отблагодарить тебя за это. И… За все, что ты сделала для меня на протяжении всего времени, что мы знакомы.

— Ты можешь отблагодарить меня, если перестанешь причинить себе вред и резаться по причине и без, — с грустью во взгляде отвечает Хелен.

— Не только ее, но и нас всех, — скромно добавляет Джессика.

— Пожалуйста, Питер, больше никогда так не делай.

— Обещаю, девчонки, я больше не буду этого делать, — уверенно обещает Питер. — Как бы тяжело мне ни было, я сделаю все возможное, чтобы не прикасаться к лезвию. Ради своих друзей, которые мне ближе всех на этом свете.

— Эй, блондин, а ты вообще в курсе, что здорово напугал всех нас? — удивляется Джессика. — Мы чуть не потеряли тебя, черт возьми!

— Я чуть с ума не сошла, когда ребята сообщили мне, что ты пытался покончить с собой, — с жалостью во взгляде говорит Хелен. — Джесс и бабушка Скарлетт едва успокоили меня.

— Простите… — извиняется Питер. — Правда, девчонки, я не хотел никого пугать и расстраивать.

— Почему, Питер? Почему ты так себя доводил? Почему причинял себе вред и попытался покончить с собой?

— Я думал, что сам смогу справиться со своими проблемами. Но к сожалению, я оказался абсолютно бессилен перед всем, что мне пришлось пережить.

— Неужели все твои проблемы были связаны со школой?

— Некоторые из них.

— Господи, Роуз, неужели ты убивался из-за этих дебилов? — с печалью в глазах недоумевает Джессика. — Пф! Они уже и думать про тебя забыли, а ты продолжаешь вспоминать, как они над тобой издевались!

— Я ничего не забыл. Ни одного оскорбления, унижения и