Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Захариил изумленно моргнул.

— Но ведь в живых никого не осталось! — воскликнул он. — Лорд Сартана собрал в крепости весь свой Орден, и все до одного погибли в день решающего приступа.

— Так нам сказали, — возразил Давиил. — Да, лорд Сартана разослал призывы, но братство Волка всегда славилось дальними и продолжительными походами своих рыцарей, странствующих по самым неприступным уголкам планеты. Не все успели вернуться к началу осады, и я был в этом уверен.

Библиарий нахмурился, пытаясь припомнить, как развивались события после взятия крепости. Разве Джонсон не сделал заявления относительно розыска объявленных вне закона рыцарей? Он так и не мог вспомнить. Где-то в дальнем уголке мозга зашевелились сомнения.

— Первые пять лет я провел в ожидании у руин крепости, надеясь, что одинокие Волки придут домой, — снова заговорил Давиил. — Я надеялся, что оставшиеся в живых вернутся, чтобы попытаться хоть что-то спасти. Но никто не появился, и я начал прочесывать отдаленные районы, отыскивая любые признаки их присутствия.

— И тебе это удалось? — спросил Захариил.

Давиил угрюмо кивнул.

— Насколько мне стало известно, в тот день в замке отсутствовали пятеро рыцарей Волка, — ответил он. — Останки троих я нашел в глубине чащи, где они прожили несколько месяцев после разгрома крепости. Четвертого я обнаружил в полуразрушенном замке неподалеку от Каменного Столба, на другой стороне планеты. Он дрался, словно загнанный в угол зверь, а когда понял, что не сможет меня одолеть, бросился с высокой башни в бушующее море, унеся с собой свои тайны.

— А пятый?

Давиил ответил не сразу. Сначала он вопросительно взглянул на Ремиила, и старый магистр жестом разрешил ему продолжать.

— Выследить последнего было труднее всего, — сказал Давиил. — Он нигде не задерживался надолго и, словно призрак, переходил из одной деревни в другую. Никто не мог точно вспомнить, как он выглядел, а за несколько лет он сменил великое множество имен. Спустя некоторое время я уже начал сомневаться, существует ли он на самом деле. Но в конце концов в торговом городке Предгорье мне попалась на глаза его лошадь. Я узнал ее по сбруе, отмеченной символами разгромленного Ордена.

— И что же с ним стало?

— По словам нового владельца лошади, этот человек взял деньги, купил у соседнего торговца новую одежду и представился рыцарем другого Ордена, странствующим по деревням в поисках новых учеников.

Его слова ошеломили Захариила. Он резко повернулся к магистру Ремиилу:

— Но как это может быть? Наверняка кто-то мог бы узнать…

Ремиил печально усмехнулся:

— Каким образом? Если это был молодой рыцарь без громкой репутации и без чувства чести, он мог прикинуться сыном какого-нибудь крестьянина, и никто бы ничего не заподозрил. — Он сверлил Захариила пристальным взглядом. — С его опытом и знаниями он бы мог быстро заслужить высокий ранг в любом Ордене.

Захариил нахмурился.

— К чему ты ведешь? — недоуменно спросил он.

Выражение лица старого мастера стало еще мрачнее, и вдруг Захариила осенило.

Ремиил заметил, как изменилось его лицо:

— Вот теперь ты начинаешь понимать.

— Нет! — воскликнул Захариил. — Это невозможно. Джонсон никогда бы не допустил…

— Но он это сделал, — резко оборвал его Ремиил, и его голос зазвенел от давно сдерживаемого гнева. — Ты никогда не задумывался, почему Джонсон назначил лордом Сайфером молодого, никому не известного рыцаря и доверил ему хранение наших традиций и тайн?

Захариил изумленно тряхнул головой:

— Но почему?.. Какая причина толкнула его на этот шаг?

— Подумай, сынок, — произнес Ремиил, снова превращаясь в настойчивого наставника упрямого ученика. — Отбрось на минуту свой проклятый идеализм и оцени ситуацию с точки зрения тактики. Какие выгоды сулит Джонсону подобный выбор?

Захариил подавил раздражение и удивление и постарался обдумать положение.

— Он выбрал человека, который не был связан со старшими рыцарями и мастерами Ордена и был предан лично Джонсону, — начал он размышлять вслух. — Этот человек должен был действовать только в интересах самого Джонсона.

— И хранить его тайны, независимо от возможных последствий, — добавил Ремиил.

Астартес представил себе последствия, и по его спине пробежал холодок ужаса.

— Я не могу в это поверить, — едва слышно сказал он.

— Не можешь… или не хочешь? — спросил старый мастер. — Не думаешь ли ты, что мне было легко смириться с этой мыслью? Я помогал Лютеру поднимать Льва Эль’Джонсона, когда его ребенком привезли из далеких лесов. Он был мне почти сыном.

— Но зачем? — не унимался Захариил. — К чему все эти секреты и тайны? Мы же присягали ему, Ремиил. Мы поклялись ему в нашей преданности. И мы были готовы пойти с ним хоть в Древнюю Ночь, если бы он только попросил.

Ремиил ответил не сразу. Захариил видел, как гнев старого магистра исчезает, словно огонь из прогоревших углей, уступая место сначала мучительной тоске, а затем неизгладимой печали.

— Дело не в том, что кто-то из нас утратил веру в Джонсона, — негромко произнес он, и в уголках его глаз сверкнули слезы. — В какой-то момент он перестал нам верить. Куда бы ни вел его Император, нам туда дороги нет. И нам осталось только одно: вернуть то, что когда-то нам принадлежало.

Его слова пронзили сердце Захариила, словно кинжалом. Он отчаянно пытался опровергнуть доводы Ремиила, отыскать в простой логике старого магистра слабые места.

Последние минуты полета они провели в полном молчании.

В Альдуруке Захариил первым делом облачился в доспехи, пристегнул к поясу болт-пистолет и жезл, а потом повел мастера Ремиила и сара Давиила в покои гроссмейстера. Как он и ожидал, там их встретил лорд Сайфер.

При их появлении лорд Сайфер оторвался от разложенных на столе отчетов и, обнаружив перед собой лидеров мятежа, удивленно моргнул. Столь явное проявление эмоций со стороны бесстрастного Астартес Захариил видел впервые.

— Что все это означает? — холодно спросил лорд Сайфер.

— Проводи нас к Лютеру, — потребовал Захариил. — Немедленно.

— Я не могу этого сделать, — ответил лорд Сайфер, слегка оправившись от потрясения. — Я уже не раз тебе говорил, брат, что Лютер медитирует и не хочет, чтобы его беспокоили…

— Он изменит свои намерения, когда услышит наши новости, — возразил Захариил. — Дело касается существования Калибана. — Его пальцы сильнее сжали жезл. — Если не хочешь нас вести, скажи, где его найти.

— Я не могу, — решительно воспротивился лорд Сайфер. — Приказ отдан правителем Калибана, и ты не имеешь права его нарушать.

— Но Лютер наверняка делает исключения для срочных сообщений, — настаивал Захариил.

Лорд Сайфер слегка улыбнулся:

— Да, конечно. Давай мне твое послание, и я немедленно доставлю его правителю.

Захариил ощутил прилив ярости, но не успел он ответить, как послышались тяжелые шаги и в дверях кабинета появились брат-библиарий Израфаил и магистр ордена Астелян. Встревоженный взгляд Израфаила перебегал с сара Давиила на Ремиила и обратно, тогда как в глазах Астеляна вспыхнуло раздражение при виде Захариила.

— Где ты был?! — сердито воскликнул Астелян. — Я разыскивал тебя по всему Альдуруку.

— Что случилось? — спросил Захариил, заранее опасаясь его новостей.

Если Астелян не рискнул воспользоваться воксом, это могло означать только одно.

— Полчаса назад поступили известия о широкомасштабных выступлениях мятежников в Северной Чаще, — мрачно ответил Астелян. — Толпы перепуганных людей сооружают баррикады перед межуровневыми переходами. Многие из них убеждены, что имперцы вступили в тайный заговор с колдунами и собираются принести их в жертву варпу.

У Давиила вырвался яростный стон.

— За этим стоит Тариил, — сказал он. — Этот недальновидный глупец предал нас всех.

Захариил вздрогнул, ощутив страшный холод.

— А как ведут себя Егеря? — спросил он. — Я приказал генералу Мортену снять кордоны и начать переселение гражданских лиц наверх.

Астелян раздраженно тряхнул головой:

— Мы получаем самые противоречивые сообщения. Известно, что некоторые подразделения открыли огонь по мятежникам, тогда как другие побросали оружие и даже переметнулись на сторону противника. Городские чиновники Администратума связались с магосом Боск, и теперь она хочет знать, что мы предпринимаем, чтобы овладеть ситуацией.

— Я же говорил, что от нее не утаишь это дело, — сердито вмешался Израфаил. — Возможно, в этот момент она уже составляет срочный рапорт примарху, где обвиняет нас в бездействии. И в этом она права!

— Это еще не самое худшее, — добавил магистр ордена, метнув в сторону Израфаила гневный взгляд. — С нижних уровней от патрулей Егерей поступают отрывочные сообщения, из которых ясно, что на них напали.