"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Ноа окинул взглядом массивную гостиную, возвышающийся каменный камин, тяжелую темную кожаную мебель, деревянный пол, выскобленный вручную. Все чистое и отполированное, но не их.

— Нет, наверное, нет. Хотя может. Так и будет.

Ханна ждала, когда он спросит, что с ней случилось. Где она пропадала последние пять лет. Он не спросил. Может быть, Ноа ждал, пока она наберется смелости и заговорит об этом сама. Может быть, он не хотел знать.

Она проследила пальцами вихрящийся узор на мраморе.

— Ты не женился снова.

— Нет, не женился. Я не мог.

Ее желудок сжался.

— Нет... подруги?

Он покачал головой.

— Никого, кроме тебя, Ханна. — Ноа попытался криво улыбнуться. — Я никогда не думал ни о ком другом в этом смысле. Никогда. Даже если между нами не все складывалось хорошо. Я хотел вернуть тебя, Ханна. Я всегда хотел тебя вернуть. Всегда была только ты.

Она посмотрела вниз на свои руки. Ее изувеченная рука выглядела жалко на фоне идеального, безупречного мрамора.

— Ты не обязан мне. Я... я ни к чему тебя не обязываю. Я хочу, чтобы ты знал это. Я сломлена, Ноа. Я не та девушка, которую ты знал. Не та, на которой ты женился. Я больше не она. Еще не знаю, кто я, но то, что случилось со мной...

— Мне все равно, — поспешно сказал он. — Мы это переживем. Мы пройдем через это. Все будет хорошо.

— То, что со мной сделали... Я не могу винить тебя за то, что ты не сможешь это принять. За то, что не можешь не знать этого.

— Это не будет проблемой.

Ханна хотела поделиться с ним своим прошлым, как делилась им с Лиамом. Но Лиам не был ее мужем. Она понимала, что это совсем другое. Это очень тяжелое бремя — просить другого нести его.

— Ты... ты хочешь что-нибудь узнать? О том, что со мной случилось?

Ноа смотрел в потолок, быстро моргая, не встречая ее взгляда.

— Ты не сбежала.

— Нет. Меня похитили.

Он выдохнул, как будто долго удерживал дыхание.

— Я полицейский. Я понимаю, что бывает. Ты не должна снова переживать эту боль, Ханна. Теперь все в порядке. Все будет хорошо.

Она кивнула, ожидая, что он еще скажет.

— Я знаю, что у нас были проблемы раньше. Знаю, что мы не дотягивали до идеала. Но мы любили Майло. Мы любили его всем сердцем, и это ведь должно что-то да значить? Мы можем начать снова. Начать сначала. Я всегда любил тебя. Я люблю тебя.

— А Шарлотта?

Ноа колебался. Она увидела это на его лице — вспышку сомнения.

Ее желудок провалился в пятки. Ханна отвернулась.

— Я... я постараюсь, — запинаясь, проговорил он. — Я научусь. Обязательно.

Просить этого от него слишком много. Она не могла требовать от него больше, чем он мог дать. Это несправедливо. Разве нет?

В ее голове промелькнул образ: большой, сильный Лиам держит на руках маленькую Шарлотту, обхватив рукой ее мягкий череп, в его глазах свет. Гордость и привязанность. Яростная преданность.

Ханна отогнала это воспоминание. Думать об этом сейчас не имело смысла.

— Ты хочешь ее подержать? — ее голос прозвучал тихим шепотом. Она не дышала.

Ноа посмотрел на ребенка на диване. Посмотрел на свои руки, на обручальное кольцо, потом снова на Ханну.

— Сейчас она спит. Может быть, позже?

Должно быть, он увидел разочарование в ее лице.

— Все будет хорошо, Ханна. Все будет хорошо. Мы теперь вместе. Ты вернулась. Как сказал Бишоп, это чудо. Все получится. Я знаю, что все получится.

Ноа не хотел видеть трещины. Он не хотел видеть уродство. Не хотел признавать трудный путь, который лежал перед ними.

Сегодня сделан первый шаг в грандиозном путешествии. Путешествие, которое их маленькая семья пробовала пройти, пока мир рушился вокруг них.

Все шансы против них. Шансы были против них всех.

Страданий и боли будет столько же, сколько радости и счастья.

Ханна знала это. Она понимала это и принимала.

Но не была уверена, сможет ли Ноа. Справится ли он.

Она старалась, чтобы обида не отразилась на ее лице. Может быть, он будет готов позже. Слишком многое нужно принять — ее чудесное возвращение, жена, давно умершая, вдруг оказалась очень даже живой. Живая, но израненная и другая почти во всех отношениях.

Ей нужно рассказать ему, кто это с ней сделал, но это может немного подождать. Хотя бы несколько минут.

Ханна решила сменить тему на что-то более радостное, на что-то общее.

— Майло... он такой большой. Расскажи мне о нем. Я хочу знать все.

Лицо Ноа просветлело. Его любовь к их сыну совершенно очевидна. С этим никогда не возникало проблем.

— Он такой умный. И храбрый. Этот ребенок бесстрашен. Когда ему было четыре года, он пытался прыгнуть с трамплина в бассейне клуба. Никаких плавсредств или чего-то подобного. Я успел подскочить до того, как он упал в воду. Но мне пришлось следить за ним как ястреб. Он довольно тихий, немножко серьезный. — Ноа ухмыльнулся. — В этом он похож на тебя. Он любит читать и лего. Мстителей. Обычные детские вещи.

— Он все еще любит арахисовое масло?

— О, боже. Он бы ел масло во время каждого приема пищи, если бы я ему позволил.

Она улыбнулась.

— Блинчики, намазанные арахисовым маслом и увенчанные взбитыми сливками?

— Его абсолютный фаворит.

Сердце Ханны сжалось. Он все еще оставался ее сыном. Все еще ее Майло.

Они найдут путь друг к другу. Она свято в это верила.

— Есть еще кое-что, что тебе нужно знать, — тихо сказал Ноа. Он уставился на свои руки. — У Майло серьезная болезнь.

Ужас охватил Ханну.

— Что? Что с ним?

— Через два года после твоего исчезновения он начал болеть. По-настоящему болеть. Врачи диагностировали у него болезнь Аддисона. У него все в порядке. Он относительно здоров и счастлив. Ему просто нужно принимать лекарства.

Ханна представила себе больного и испуганного Майло в больничной палате. И ее там нет. Его матери там не оказалось.

Сожаление обрушилось на нее. Сколько бы она отдала, сколько бы гор перевернула, чтобы стереть последние пять лет, вернуться назад и все изменить. Ее сердце болело от любви и печали.

— Что случится, если у него не будет лекарств?

Ноа не ответил. Его молчание уже достаточный ответ.

В груди стало слишком тесно. Стало трудно дышать.

— Без этого он умрет.

Медленно, Ноа кивнул.

Молот упал, безжалостно и неотвратимо. Лекарства означали фармацевтические компании, производство, распределительные склады, открытые аптеки и функционирующую цепочку поставок. Из-за ЭМИ все это исчезло. По крайней мере на годы вперед.

— Где его взять?

— У нас его много, не волнуйся. Ополченцы, они ходят и собирают еду и припасы для общины. Они привезли по крайней мере пятилетний запас лекарств. Пять лет, Ханна! К тому времени страна снова заработает. Цепь поставок будет восстановлена. — Он улыбнулся ей. — Он в порядке, Ханна. Мы в порядке.

Трудно было представить, как Майло будет жить в мире без больниц, машин скорой помощи и первоклассного медицинского обслуживания.

Гигантская рука, сжимавшая сердце Ханны, не отпускала его.

Глава 32

Ханна

День двадцать седьмой

— Я приготовлю горячий шоколад, — сказал Ноа, хотя она не просила об этом. Бросив настороженный взгляд на Призрака, он обогнул остров, чтобы добраться до столешницы и пошарить в шкафах.

Ханна поняла, что он хочет отвлечься. Ноа никогда не умел справляться с неприятными эмоциями. Он предпочитал сглаживать ситуацию и делать вид, что все в порядке, даже если это совсем не так.

И среди катастрофических перемен некоторые вещи остаются неизменными.

Призрак коснулся ее бедра. Она потянулась вниз и рассеянно почесала его за ушами.

— Я так рада была увидеть Бишопа, — Ханна в очередной раз пыталась сменить тему разговора на более нейтральную. — Мы должны пригласить его и Дафну. Не могу дождаться, когда увижу Юнипер и Хлою.