Голые - Меган Харт

Я вышла из ванной и… закричала что было мочи, когда чья-то фигура, неожиданно мелькнув рядом, обернулась ко мне.

– Черт! Алекс!

Его розовая рубашка была расстегнута на горле, аккуратно выглаженные брюки цвета хаки стягивал ремень на талии. Он зализал свои волосы назад или просто немного подстриг их, я не могла сказать точно. Его пиджак был небрежно перекинут через спинку дивана. До моего носа долетел резкий запах травки. Я инстинктивно отшатнулась.

– Вот ты и дома. – В его голосе не было и намека на наркотический дурман, Алекс двигался не медленно, не вяло. Но явно дрожал всем телом.

– Что, черт побери, ты делаешь? – Прижав руку к груди, я почувствовала, как громко колотится сердце внутри. – Ты напугал меня до смерти!

– Прости. – Он подошел ближе, чтобы поцеловать меня. – Я решил войти к тебе, когда услышал шум душа. Как-то не подумал, что, заглянув на огонек, окажусь эдаким Норманом Бейтсом[25].

Сейчас, когда Алекс стоял так близко, я могла чувствовать лишь аромат его туалетной воды. Оставалось только спрашивать саму себя, не почудился ли мне запах марихуаны. Я посмотрела в глаза Алекса, искавшие мои, и не обнаружила ни малейших признаков покраснения. Его язык скользнул по моим губам, и, когда Алекс снова поцеловал меня, я ощутила вкус мятной жвачки.

И ничего больше.

– Ты напугал меня, – запинаясь, повторила я.

– Мне очень жаль. – Он резко дернул за край полотенца. – Как сексуально!

Я прижала руки к бокам, чтобы удержать полотенце, готовое вот-вот скатиться с моих грудей. Размякшая после горячего душа, выжатая как лимон, все еще ощущавшая головокружение от обилия впечатлений, я осознавала, что Алекс-то выглядел так, словно сошел со страниц модного журнала.

– Дай мне пройти, нужно что-нибудь накинуть.

– Ты нравишься мне вот так. – Алекс притянул меня к себе, ища своими губами мои. Его рука скользнула под полотенце, проведя по моей теплой и влажной после душа коже.

Я поцеловала Алекса, ощущая, как его настырные пальцы блуждают по моему телу, рискуя все-таки сбросить полотенце. И со смехом попыталась увернуться.

– Перестань! Мне нужно что-нибудь на себя надеть!

– Зачем?

– Потому что… просто я должна одеться.

Улыбка Алекса соблазняла меня. Невольно раскрывала мои бедра. Заставляла забыть о полотенце, продолжавшем соскальзывать вниз, уже открывавшем округлости моих грудей и соски. Рука Алекса блуждала под полотенцем, легко двигаясь вверх и вниз, так медленно и нежно, что я не находила в себе сил сопротивляться.

– Давай я налью тебе бокал вина, – прошептал он мне на ухо.

– Алекс, я должна поработать утром. И я уже пила вино сегодня вечером.

– Я тоже, ну и что?

Мы тихо кружились по комнате, танцуя, моя голова покоилась на его плече. Мне пришлось встать на цыпочки своими босыми ногами, чтобы дотянуться до Алекса. Но теперь я отпрянула, заглянув ему в глаза:

– Ты выпил?

Нечто, похожее на мрачную тень, мелькнуло в его взгляде.

– Да. Пару бокалов.

– А я думала, что ты не пьешь.

Нас разделял какой-то дюйм, казавшийся сейчас глубокой трещиной. Руки Алекса легли мне на бедра, его пальцы вцепились в полотенце, собрав на нем складки.

– Я никогда не говорил, что не пью.

– Но ты никогда… Ладно, забудь, – отступила я, внимательно изучая его лицо, плотно сжатые губы. – Я думала, ты был на деловой встрече, только и всего.

– Это так. Я был на деловом ужине. А потом пересекся с несколькими друзьями. Мы выпили по стаканчику. Ничего страшного ведь не произошло?

Я хотела отойти от Алекса еще дальше, но он железной хваткой удерживал меня рядом – так крепко, что мне пришлось дать ему понять: я хочу разорвать эти объятия.

– Конечно, все в порядке. Я просто удивилась, вот и все. Ты не говорил, что собираешься увидеться с друзьями в Филли.

– Я не знал, что мне требуется твое разрешение на то, чтобы пропустить пару стаканчиков или встретиться с друзьями, Оливия.

Я наклонилась к нему, чтобы снова глубоко потянуть носом. После этого я действительно отошла на несколько шагов назад.

– Мне показалось, что я уловила запах травки.

Алекс не выглядел виноватым, но определенно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Я выкурил косяк.

– Ты выпил, выкурил сигарету с марихуаной и после этого сел за руль, доехал так до дома?

– Я выкурил косяк внизу, пока ждал тебя, – нарочито небрежно бросил он.

Я вспомнила новогоднюю вечеринку, ту самую ночь, когда я собиралась домой и наткнулась на него, держащего сигарету. Тогда мы в первый раз поцеловались.

– Я не думала, что ты куришь.

– Я бросил обычные сигареты, но косяки не… Эй, эй, – встрепенулся Алекс, когда я отступила еще дальше. – Один маленький косячок, да и выкурил я всего половину. Не от хорошей жизни, просто вдруг всплыло все это старое дерьмо…

Я сжала полотенце, подтягивая его выше, и покачала головой:

– Ну и ну! У меня просто… нет слов.

Я повернулась и направилась в свою спальню, чтобы натянуть футболку и пижамные штаны. Алекс отправился следом, он шел так близко, что чуть ли не наступал мне на пятки. Но даже если бы это произошло, я все равно не посмотрела бы на него.

– Я не знал, что тебя это так обеспокоит, – сказал Алекс, когда я не обернулась к нему.

Аккуратно, чтобы не растрепать скрученные локоны, я полотенцем отжала воду с волос. Потом схватила с комода масло, чтобы втереть в них. Я не знала, что ответить Алексу, но все слова, готовые вырваться из горла, горечью ощущались на кончике моего языка.

– Мне очень жаль, – еще раз сказал Алекс, хотя явно не чувствовал своей вины.

И я все-таки обернулась к нему.

– Дело не в том, что меня это так беспокоит. Многие люди выпивают, Алекс. И многие время от времени позволяют себе выкурить косячок. Но ты никогда этого не делал. И теперь я гадаю – почему сейчас? Почему именно сего дня вечером? Я не могу не задаваться вопросом, что, черт возьми, происходит с тобой в последнее время?

Мои слова поразили Алекса настолько, что он вздрогнул:

– Оливия…

Я вскинула руку, заставив его замолчать:

– Нет! Даже не утруждайся, не нужно нести весь этот бред собачий! Я все равно не собираюсь его слушать.

– Откуда ты знаешь, что это – бред, если даже не даешь мне ответить?

Его ироничная, обольстительная улыбка теперь не грела меня. И я снова не могла прочитать чувства Алекса по его глазам. Мы вернулись к началу наших отношений, и я ненавидела это.

Я смерила Алекса пристальным взглядом, но он даже не дрогнул, хотя мои глаза метали молнии. Приятное возбуждение, охватившее меня после праздничного вечера, исчезло, заставив чувствовать себя очень глупо. Ну как я могла подумать, что один-единственный ужин, каких-то несколько часов, могут изменить меня? Как, как я могла надеяться, что, возможно, наконец-то поняла, кто я?..