Сны Эстер (СИ) - "Salvill Vilder"

— А почему от оплаты аренды отказался? — невольно улыбаясь, решила спросить девушка.

— Потому что к тому времени я уже договорился с хозяйкой на более выгодные условия, которые не принимала контора. Вот и вся история. Довольна?

Эстер снова только пожала плечами, не зная, что сказать. Она продолжала тихонько отковыривать крупные кусочки отслоившегося лака, пока Арлен внизу за её спиной, судя по звукам, возился с паркетом. Неожиданное неловкое молчание затягивалось, закручиваясь в воздухе, как тряпка в руках поломойки.

— А вот если бы этот ритуал всё-таки прошёл, как задумывалось, — вдруг спросила девушка, — ты бы что делал? Ты ведь, наверняка не был бы здесь, не работал на эту контору и…

— Ты опять? Эстер, давай без глупых вопросов, — на удивление спокойно вдруг ответил он, не дав ей даже договорить. — Я даже отвечать не стану.

— Но почему?

— Потому что в этом нет смысла. Это уже произошло, и изменить ничего нельзя.

— Нет, ну если просто так представить! — она даже развернулась на своём месте от странного возмущения, чтобы видеть собеседника.

— Вот не хотел же… А зачем? Что мне это даст? Этого никогда не будет. Я никогда не смогу переписать историю, даже если бы мне захотелось. Зачем ворошить прошлое и переживать по поводу «никогда», если оно не произойдёт? — продолжал задавать встречные вопросы Арлен, отвлёкшись от работы.

Эстер показалось, что вопросов было как-то многовато, словно они были уже заранее заготовлены. Да и звучали они снова малость раздражённо.

— Нет, ну просто представь, что ты можешь вернуться в то время и всё сделать правильно…

— А кто сказал, что я тогда что-то сделал неправильно? — снова перебил её неуверенный пример он.

— Но ритуал ведь не удался! Ты сам сказал, что вы допустили ошибку! — в недоумении попыталась объяснить Эстер.

— И что с того? Если он не удался, значит, так было надо. — Как бы смиренно это ни было сказано, Эстер снова уловила некоторую нотку раздражения и недоверия собственным словам. — А если и не надо… — словно подтверждая пойманное настроение, вслух задумался Арлен, и вдруг сам пошёл с вопросами в наступление: — Вот что, по-твоему, определяет верность выбора?

— Его последствия? — неуверенно и слишком быстро предположила девушка.

— Допустим, — согласился он, поднимаясь с пола и подходя к закреплённому на нескольких тросах рабочему столу, опустился на стул. — По этой логике последствия неверного выбора будут не самые лучшие для того, кто делал выбор…

— Ну да!

— Допустим… И вот: перед тобой последствия моего выбора. Просто вот, по частям, что я получил от неудавшегося ритуала?

— Ненависть фамильяра и физические увечья тебе не кажутся чем-то не очень хорошим? — с сомнением снова предположила Эстер.

— Мелко берёшь. Очень мелко, — явно не согласился Арлен. — Я совсем не о том. Я о том, что благодаря тому, что ритуал не удался, я решился уйти из деревни, и в конечном итоге попал сюда. А здесь у меня есть крыша над головой, постоянный источник дохода в виде любимой работы, люди, которым я могу довериться, и весьма неплохой климат. Не знаю, как тебе, а мне для счастья достаточно. Всё остальное можно или пережить, или с этим смириться.

— Но ведь этого можно было бы добиться и без провала ритуала, — попыталась возразить Эстер, но аргумент получился не самый убедительный.

— Можно было, — подтвердил он. — Можно было и не добиться даже с провалом. Но в итоге это есть. Здесь и сейчас. Прямо перед тобой. А всяких «можно было» и «если бы» никогда не будет. Никогда, знаешь такое слово?

Разговор всё больше походил на чтение надоевшей и нудной лекции, которая настолько истаскалась и была столь очевидна, что не нравилась уже даже самому лектору.

— Это на часах можно стрелки назад на сколько угодно перевести или настроить их так, что они будут идти в другую сторону, а со временем так не сделаешь, — продолжил он. — Оно идёт только вперёд. И заботиться, как я считаю, нужно только о времени настоящем и будущем, потому как с прошедшим уже ничего и никогда не сделаешь.

— Не, ну вот с этим уже трудно поспорить… — наконец согласилась Эстер. — Но вот чисто для себя пофантазировать, прикинуть ведь можно вполне.

— Какой в этом смысл? Пустая трата сил и нервов.

— В одном ты был прав: в том, что я ошибалась, когда говорила, что ты не так прост, как кажешься. — Девушка явно была слегка обижена таким раскладом. — Ты прост, как пробка, даже фантазии никакой.

— Фантазия у меня есть. Просто я не занимаю её тем, что в итоге со временем не принесёт практической пользы, — зачем-то пояснил маг.

— И не скучно тебе? — кисло спросила Эстер.

— А почему мне должно быть скучно?

— А как же? Каждый день едва ли не одно и то же. Наперёд знаешь, что будет, куда пойдёшь и что сделаешь. Мне кажется, в будние дни, когда ты утром уходишь на работу, тебя все местные продавцы на твоём пути следования уже знают и время по тебе сверяют! Даже когда ужинать в бар приходил, и то всегда в одном и том же месте в одно и то же время…

— То есть, что я в одно и то же время каждый день появляюсь на одних и тех же местах, тебя смущает, а что те же продавцы там в то же время каждый на своём месте — нет?

В вопросе явно чувствовался какой-то подвох. Эстер на миг задумалась. Почему-то вспомнились слова агитатора… Что он там говорил про стабильность и шестерёнки в системе? У девушки отчего-то в который раз за день пробежался холодок по коже. А Арлен, не дождавшись ответа, продолжил:

— Раз уж ты так любишь фантазировать о невозможных вещах, представь на миг, если будет всё не так. Просто исчезнет эта система, предсказуемость, графики и прочее, что удерживает стабильность на месте. Не знаю, сходи к Вельде, почитай про революции. Про смены режимов. Анархию. В конце концов, ты же сама ищешь стабильности. Зачем же ты её ищешь, если она тебе кажется скучной?

— Ну… мне нужны деньги для существования, — тихо ответила девушка.

— Вот давай, раз уж тебе так хочется, ещё пофантазируем: представь, что у тебя есть любые средства для существования. Кем бы ты тогда была? Чем бы занималась?

— Ну, это смотря, сколько было бы денег… — неуверенно начала Эстер.

— Любая сумма, какая тебе нравится и какой достаточно для того дела, которым ты хотела бы заниматься, — отвлекаясь на что-то на столе, пояснил Арлен.

— Не знаю… Наверно, отправилась бы в путешествие. Стала бы мотаться по свету в удобном седле, купе поезда или дирижабля, — немного смелее предположила она.

— С какой целью?

— Это обязательно?

— Обязательно. Искала бы ты приключения, места для вдохновения для какой-то иной работы?

— Скорее всего для исследований, — определилась Эстер и, подумав, добавила: — Изучала бы иные культуры, быт людей в других странах, а может быть даже на других материках… Люди — они все разные, интересные. Но ведь этого никогда не будет, зачем ты об этом говоришь? — с явным ехидством, спросила она после.

— Нет, Эстер, это вполне может быть, — возразил он. — Это не прошлое. Это как минимум твоё гипотетическое будущее.

— Это недостижимые бредни, с таким же успехом я могу мечтать о посте премьер-министра! — Девушка даже скривилась, недовольно взмахнув руками. — И для первого и для второго надо иметь как минимум образование и пару яиц в штанах!

— Ну, для поста премьер-министра далековато, это да, а вот в исследователи при определённой доле удачи ты бы вполне могла податься, — усмехнулся Арлен. — Если бы начала что-то для этого делать.

— Только не говори мне, что все эти восемь лет ты шёл к цели стать тем, кем стал! — фыркнула она.

— Не поверишь, но так оно и есть, — не обращая внимания на её презрительное фырканье, ответил он. — Я хотел стать полезным для общества человеком, и я им стал. Поспоришь?

— Маловато тебе что-то надо для счастья, — недоверчиво отозвалась девушка.

— Ну, знаешь, когда за восемь лет успеваешь раз пять попрощаться с жизнью, требования к ней с каждым разом становятся всё меньше…