Катарсис Империи - Илья Модус

Наконец, мне стала понятна причина, по которой Константин Федорович так странно себя вел. Не нужно быть семи пядей во любу, чтобы понять, что "Смелым" командует его брат.

- Поддерживаю предложение, - согласился Лощинский, доселе молчавший, ровно как и мой младший флагман.

- Тогда, решено, - я сделал пометку в записной книжке. - С завтрашнего дня Максимилиан Федорович командует "Боярином". Николай Николаевич, - я обратился к флагманскому офицеру. - Проследите, чтобы новый командир был уведомлен о сроках окончания ремонтных работ. Далее о птичках, господа. Переоборудование "Паллады" и "Дианы"...

- По "Палладе" и "Диане" вопрос по модернизации практически решен. Мы произвели расчеты, необходимые для установки дополнительных орудий в 152-мм. К сожалению, без излишней перегрузки крейсеров, не получится оставить там заявленное количество противоминного калибра. Максимум, что мы сможем оставить - по восемь пушек калибром 75-мм. Иначе, рискуем значительно перегрузить крейсера, что негативно скажется на их скоростных качествах...

- Понятно, - изначальный план предполагал установить на четыре пушки больше, но раз флагманский инженер считает, что это будет перебор - ему и карты в руки. Получим запас из восьми орудий.

- Но, орудий в 6 дюймов у нас не хватает, - признался Кутейников. - Запаса как такового порт не имеет...

- Необходимо проверить старые склады, что достались нам от китайцев, - проронил Вельхеор. - И, зная наше обычное ротозейство, я бы еще и в Дальнем пошукал...

- Андрей Константинович, - я обратился к Мякишеву. - Соберите группу из артиллеристов и матросов с "Цесаревича" и "Ретвизана" - пусть пройдутся по складам. Нужно разобраться в этом бардаке. Приоритет, конечно же для морских орудий, но, найдете что-то сухопутное, что можно привести в рабочее состояние - сообщите генералу Белому, пусть крепостные подключаются. Пока же, для перевооружения "богинь" придется либо частично разоружить "Палладу" в пользу "Дианы", либо использовать сухопутные орудия. Но, думаю, Николай Николаевич и Андрей Константинович придут к консенсусу по этому вопросу. Что у нас с передачей порту мин?

- В течение трех дней полностью выгрузим в порт все мины заграждения с броненосцев и крейсеров, хотя, некоторые, например "Аскольд" и "Баян" полностью избавились от минных аппаратов, самодвижущихся мин и мин заграждения. "Новик" и "Боярин" закончат к концу дня. "Цесаревич" и "Ретвизан" от мин освободили еще в самом начале ремонта, так что, остается только снять минные аппараты и заделать корпус там, где будут демонтированы подводные минные аппараты. - Доложил Капер.

- С "Петропавловка" и "Победы" уже выгрузили все мины заграждения, сдали в порт. С минными аппаратами и излишними деревянными конструкциями разберемся в течение пары дней. В настоящий момент существует дилемма - снимать ли с них малокалиберную артиллерию, которая по существу является и противоминным калибром? - Спросил Кутейников.

- Думаю, что да, - высказался Вервольф. - 47-мм пушками миноносец все равно не потопить и даже сколько-нибудь не повредить. А вот убрав все сорок орудий в 37 и 47-мм, мы в значительной мере высвободим бронепояс - все таки, строительная перегрузка у кораблей значительная. Явных преимуществ это, конечно же, не даст, но и броненосцы не будут носить на себе лишний вес, который при повреждениях будет создавать только проблемы.

- А как тогда от миноносцев отбиваться? - Поинтересовался Ухтомский. - Шестидюймовками или главным калибром не часто и постреляешь по миноносцам.

- Для защиты у нас будут наши миноносцы, либо крейсера, - вмешался я. - Поставить на эти корабли хотя бы 75-мм орудия - значит погрузить их в воду чуть ли не по самый бронепояс.

- Но, и оставить корабли без противоминного калибра - довольно рискованный шаг, - заметил Эбергард.

- Не думаю, что это так, - заметил Помэ. - В дневном бою атака миноносцев - чистое самоубийство. А при ночных переходах, крупные корабли следует прикрывать собственными дестройерами.

- Согласен, - я кивнул. - Продолжайте демонтаж малокалиберной артиллерии с "полтав". Будет возможность - поставим на них 75-мм орудия. Но, только в том случае, если броненосцы будут иметь достаточный запас по водоизмещению. А то посадим в воду по самый бронепояс...

Надоло затянулось обсуждение вопросов, связанных с охраной внешнего рейда. В настоящий момент в локальной резне на внешнем рейде участвовали только четверка шихаутских эсминцев, минные крейсера, канонерки, да "Аскольд" с "Баяном". При этом, каждую ночь на внешнем рейде "гуляли" японские миноносцы. Флагманский минер заявил о необходимости создания трального каравана, который бы смог чистить рейд от японских мин, которые там есть в любом случае. Изначально Лощинский предлагал использовать для этих целей устаревшие клипера, однако получил мой решительный отказ.

- Клипера имеют собственный приказ и должны находиться вне порта! - отрезал я.

- Но, их нахождение за пределами базы, чревато их уничтожением, - попытался было возражать начальник минной обороны. - Тем более, зачем на берегу Голубиной бухты создавать временную базу для миноносцев?

- Правильнее было бы держать все корабли ночью в бухте, - поддержал его Ухтомский. - Японцы ночью шныряют...

- Господа, - тон младших флагманов мне вовсе не понравился. - Я не собираюсь обсуждать здесь мои же приказы. Клипера, еще раз повторюсь, надеюсь в последний раз, имеют собственное задание. Голубиная бухта и "база подскока" на ней нужны в первую очередь, для противодействия японским кораблям, которые могут ночью обойти Ляотешань и ударить нам с тыла из бухт Циньчжоу. Особо опасно такое положение в виду создания на Циньчжоусском перешейке оборонительных сооружений. Днем там эсминцы сокрыты естественным рельефом, а ночью не видны благодаря светомаскировке.

Но, по выражению младших флагманов я понял, что до них весь глубинный смысл моей затеи - иметь вне бухты маневренный отряд, способный к неожиданному удару - до них не дошел. А раз так, вполне возможно, что скоро с контр-адмиралами произойдет конфликт.

- Господа, - командующий отрядом крейсеров Рейценштейн, смененный мной во Владивостоке на Иессена, какое-то время дулся на меня, считая свой перевод последствием неудачных выходов Владивостокского отряда крейсеров в море. Конечно, лед в орудийных стволах - еще тот геморрой и за такое нарушение нужно голову снимать, но, что было - то прошло. Это понял и Рейценштейн, с которым я имел беседу перед своим выходом на "Аскольде" в бухту Циньчжоу.

Перенеся флаг на "Баян" Николай Карлович получил от меня заверение, что зуб я на него не имею за Владивосток и его перевод сюда - жизненно необходим. Впрочем, Иессена бы я был более рад видеть на месте младшего флагмана, нежели Ухтомского. Но, как говорится - ход сделан.