Звезды без грима. О кумирах шоу-бизнеса, кино и спорта - Леонид Гринин

Точно также у значительного числа людей есть потребность в антикультуре, то есть подглядывании в замочную скважину, наблюдении за скандалами, выслушивании похабщины, разглядывании уродств и сексуальных извращений. Значит, ясно, что дело далеко не только в нехороших деятелях от шоу-бизнеса, но и в неразвитости или испорченности вкуса значительных масс населения. Однако в обычных условиях, то есть без навязчивой поп-культуры, большинство людей стыдится признаться, что эти вещи их интересует. Многие борются со своими слабостями и часто побеждают их. Но совершенно ясно, что, если публику поощрять в пороках, люди перестают стыдиться. А чего стесняться, если столь уважаемые деятели считают, что это замечательно, естественно и интересно? Вот в результате поощрения со стороны бизнеса, заправляющего поп-культурой, а также ТВ и других сил, число таких людей стало стремительно расти. И оно будет продолжать увеличиваться, если наживающиеся на этом силы не будут остановлены. Но если обозначить это как важнейшую проблему, если сдерживать этот темный поток, вводить его в рамки, вытесняя неприличия, примитив, непрофессионализм, ситуация изменится.

А теперь обратимся к теме главы. Певец Дельфин говорит: «Иногда мне кажется, что люди, которые делают «Фабрику звезд», сгорят в аду. Это вообще какой-то кошмар…» Не знаю, как насчет ада, но недовольство этим проектом в музыкальном мире велико. Критики изощряются в прозвищах для него. В одной статье, например, «фабрику» называют «телевизионным заводом по производству музыкального фаст-фуда», то есть быстрой пищи.

В целом можно выделить две группы причин: материальные и моральные. Материальные заключаются в том, что «фабрики» начинают вытеснять многих звезд из тех сфер, где они чувствовали себя достаточно уверенно. Теперь уже не только теле-, но и радиопространство оказалось захваченным корпорациями, «штампующими попсмарионеточные армии». И вот это вытеснение многих певцов с радио, где им было проще, чем на телевидении, больно ударило по ним.

Еще бòльшая причина недовольства, всколыхнувшего музыкальный мир, заключается в том, что фабрики — это способ переделить рынок, отобрать у конкурентов часть доходов от концертов и выступлений, часть их публики, которую они рассматривали как зону своего влияния. Ладно, на телевидение не прорваться, но мы свое возьмем на гастролях. А тут другие гастролеры понаехали. Недаром же один из «фабрикантов» второго призыва не без гордости заявлял, что «Фабрика звезд» на черноморских курортах оставила многих звезд без заработка в самый прибыльный для гастролей сезон — лето. «Фабрика звезд» забрала семейный бюджет России, предназначенный на концерты. В частности, он отмечал, что много потеряли «Мумий Тролль», «Руки вверх», «Дискотека Авария» [263]. То, что проект принес устроителям много прибыли, отмечается даже в статьях, резко критичных к «фабрикам». Еще бы. Если цены на концертные билеты одни и те же, а «фабриканты» получают в несколько раз меньше, чем популярные группы, то прибыль должна быть.

Моральные причины также понятны. Резко негативную реакцию вызывает уже сама идея поставить производство талантов и звезд на поток. Тем более если люди дорожат творческим процессом, который только и делает искусство искусством, а не голым товаром. Я уже не раз говорил о том, что этот процесс деградирует. Сегодня возможности творчества фактически перешли от исполнителя (который стал просто «куклой») к музыкальному продюсеру. Последний вынашивает и создает образ исполнителя, работает над звучанием его голоса (от обработки до полного создания особого голоса), его имиджем, движениями, репертуаром, и раскруткой. Словом, именно он творит нечто. Поэтому тут могут появиться в своем роде таланты (тем более что конкуренция очень сильная). Но все равно это какое-то «механическое» творчество. Во-первых, оно слишком коммерциализировано. Расходы и прибыль определяют любое действие и направляют мысли. Во-вторых, оно сплошь построено на технических и сценических эффектах. В-третьих, во главе угла все та же «прикольность», необычность, непохожесть любой ценой, только ради того, чтобы твой артист был узнаваем.

Поэтому душевное горение, подъем высоких чувств, творческий экстаз, уверенность в особой значимости и ценности созидаемого и многое другое, включая и то, что поэт называл «разумное, доброе, вечное», уходит из этого творчества. Остаются голый расчет и опора на профессионализм звукорежиссера и имиджмейкера, а также на связи в ТВ или радио, которые и есть главное звено в раскрутке. В «фабриках» же возможности даже для такого творчества продюсеров резко сокращаются. Одно дело думать о единственной звезде, которую ты раскручиваешь в данный момент, совсем другое — сразу о значительной группе певцов, да еще при ограниченном времени. Тут уж не слишком поэкспериментируешь.

В самой идее «фабрики звезд» есть некоторая новизна, на которой следует остановиться. Попытки протащить своего, подтасовать рейтинги, схалтурить, выдать бездаря за талант — явление давнее. И в рок-группах профессионализм на протяжении десятилетий слабел и слабел. И все же никто не покушался на изменение атмосферы всей эстрады сразу. Да, возникли, как я назвал их, «тайные общества», которые стали захватывать телеэфир. Но эти хоть с певцами не конкурировали. Были и семейные династии. О некоторых из них я уже говорил. Еще одним примером является семья Пьеха. Бабушка Эдита Пьеха в 1955 году приехала в Советский Союз из Польши. Да так и пошла в гору, став знаменитой певицей. Ее дочь Илона Броневицкая певица и шоу-ведущая. Ее внук Стас Пьеха — призер «Фабрики звезд-4». Хотя такие династии теперь стали называть семейными «фабриками звезд», но это, конечно, натяжка. Это так, мастерская. А в мастерской товар штучный. К тому же такие «звездные» династии есть не только в России, но и в других странах. Например, американская актриса Анжелика Хьюстон вместе со своим дедом, известным актером, и отцом, известным режиссером, попала в Книгу рекордов Гиннесса как династия, в которой три поколения подряд получали «Оскары»[264].

В «фабриках» же звезд и им подобных шоу реализовалось стремление бизнесменов окончательно поставить производство талантов на поток, сократить затраты на их «производство» до минимума, добиться того, чтобы любого можно было заменить без всяких проблем, как заменяют негодную деталь. А это давнишняя мечта любого деятеля шоу-бизнеса и кино. Ведь работать со звездами ох как не просто. Они капризны, непредсказуемы, время от времени «кидают» своего продюсера, думая, что тот берет себе слишком много. Они злятся, когда их начинают «воспитывать»: зачем ты пьешь, зачем связался с этой женщиной, ты не соблюдаешь режим, и голос может пропасть и т. п. Такое «занудство» по мысли капризной звезды становится нетерпимым, отсюда ссоры с продюсерами, разрывы с ними. А ссоры внутри творческих коллективов, невозможность примирить их амбиции? Сколько групп из-за этого распалось! Поистине продюсер должен быть очень властным и сильным или очень ловким человеком.