Фрилансер. Повелитель ареала - Сергей Анатольевич Кусков

class="p1">— Да я, в общем, уже высказалась. Просто подведу итог. Ваша мать, ваше высочество, не лезла в эту клоаку, не связывалась. И она отнюдь не похожа ни на дуру, ни на трусиху — значит, для этого были свои основания. Сейчас система взаимодействия власти и аристократии худо-бедно держится, у неё есть определённые скрепы. Но начав тотальную зачистку, мы изменим правила игры ДЛЯ ВСЕХ. Все-все договоры с аристократией придётся пересмотреть, и если на врагов сможем надавить, то что будем делать с теми, кто не замарал себя участием в этой авантюре? — Взмах в сторону. — Наши вчерашние друзья и союзники — кем они станут завтра? Хватит ли сил отбиться от них?

— У меня нет решения, ваше высочество, — покачала она головой. — Я «внизу» пирамиды, знаю и вижу далеко не всё. Но между точечным устранением семьи одного уж совсем зарвавшегося барона, хотя даже это осуждаю (будут последствия), и тотальной зачисткой террористическими методами сотен людей, слишком большая разница. Сеньоры военные правы, это не военный объект, и там не семьи диаспор, с которыми воюем. Там — наши сограждане.

— Адвокат дьявола — очень специфическая должность, — улыбнулась Фрейя, впервые за это заседание. — Адвокатов дьявола никто не любит.

— Но без них нельзя, ваше высочество. — Катарина пожала плечами. — И кто, если не я? — презрительно окинула взглядом вобравшихся военных. Те не прореагировали.

— Хуан? Ты всё ещё хочешь возразить? — Слово мне.

— Да. — Я кивнул. — Твоя мать наняла меня в этом самом кабинете не для зачистки аристократии. И не для того, чтобы я искал способы взрывать купола, или проводил мобилизации по стандартам ГО. Я не воин, не тактик и не стратег. Я — пиарщик, взаимодействие с общественностью. И сейчас буду рассуждать как пиарщик.

— Какая наша цель, сеньоры? — оглядел всех. — Отбить дворец? Да. Подавить мятеж и дождаться возвращения королевы? Так точно! И понимаю, что многие из вас, — при этих словах пронзил Фрейю взглядом, — боятся брать на себя ответственность во избежание возможного гнева мамы. Вот только мама УЖЕ расписалась в том, что хочет изменить правила. Она спокойно отнеслась к идее выставления заложников стенка на стенку, на казнь избранных членов семей упырей в ответ на их расстрелы и казни заложников. Мама УЖЕ играла не по правилом, перед приступом. Так почему вы все думаете, что она не пошла бы дальше на нашем месте?

Теперь оглядел всех, как бы стараясь присутствующим что-то доказать, хотя доказывать надо одному единственному человеку.

— Да, новые правила. Новые договора с КАЖДЫМ из кланов — в том числе с дружественными. Да, на нас попытаются кататься и пить соки. Вот только там, за этими стенами, в городе, уже около двухсот тысяч людей под нашим ружьём. И это только добровольцы-резервисты, служившие в армии. А ведь есть те, кто не служил, и они также на нашей стороне, а не сеньоров обожравшихся сверхлюдей! У нас есть редкий шанс на законном основании изменить правила игры, правила взаимодействия. Как раньше не будет — сеньора адвокат дьявола права, но смена правил давно назрела. Если кое-кто переживает, что не справится, что вас продавят, — снова взгляд на Фрейю, — то здесь не помогу. Это будет война, бой, и не один, но их надо выдержать. В противном случае на планете не изменится ничего, и я повторюсь, в следующий раз заговорщики будут знать наши козыри, и мы не справимся.

— Хуан, ты говоришь правильно, — снова, заулыбавшись, — произнесла Катарина. — Вот только пострадает сейчас несколько сотен гражданских. Детей и женщин. И какое-то количество слуг — такого же простонародья. Готов ты к этому?

— Катюш, я висел на кресте, — грустно улыбнулся я её в ответ. — Я этими руками убивал детей перед зданием школы Кандиды-де-Хезус. Да, я готов взять ответственность за эту боевую операцию на себя. Детей жалко, но кто-то только что произнёс, что сейчас ничьи хотелки не играют роли. Даже главы государства, а я и близко до этого статуса не дотягиваю.

Судя по лицу Катарины, я её удовлетворил. Фрейя, поколебавшись скорее для вида, приняла решение:

— Лионелла, начинайте атаку. Прямо сейчас.

— Майор Ортега? — перевела и. о взгляд на Капитошку.

— Слушаюсь! — Та встала, козырнула, поправила китель. — Ваше высочество, разрешите идти?

— Разрешаю, — величественно кивнула Фрейя, и сеньора майор удалилась.

— А мы переходим ко второму вопросу. Он не несёт такого морального груза, как первый, но последствия его будут куда глобальнее и серьёзнее, чем ненависть собственной аристократии. Сеньоры военные, наверняка, знают об этом плане, или хотя бы что-то слышали. — Она вытащила из ящика стола «живую» папку из синего пластика. Папку основательную, толстую. — Для всех, кто не в курсе, объясняю. Мы дружим с Канадой уже полвека как. Но с самого первого дня, как только заработал наш первый завод под Нью-Йорком, а после — и по всей остальной их территории, обозначилась угроза захвата венерианской собственностью местными, которые и не скрывали, что это возможный сценарий, если мы будем себя плохо вести и не прогнёмся ещё больше. При моём деде, который завоевал Империю для своей жены, ситуация немного улучшилась — у нас появилась альтернатива, и некоторые производства «ушли» на Южноамериканский континент. Англосаксы спохватились и засунули в зад самые жёсткие требования и условия, немного уступили… Но ненадолго. К власти в Империи пришёл мой мудрый дядя, и венериан с Юга начали мягко теснить. И англосаксы вновь оборзели, и даже открыто создали у себя партию, выступающую за «отжим» у нас бизнеса, дескать, это справедливо, их права попраны. — Фрейя вздохнула и покачала головой — эмоции. Продолжила:

— В чём-то их требования обоснованы — наши бизнесы на самом деле находятся на их территории, причём они получают отнюдь не львиную долю прибылей, а остатки роскоши. Но по справедливости, эти бизнесы были открыты на наши деньги, на наших технологиях, и там реализуется торговля нашей продукции по нашим патентам, просто везти её с Венеры дороже, чем сделать там из местного сырья.

— Насколько я знаю, наши сеньоры, — это о венерианской аристократии, — захватили какое-то количество «вкусных» подводных месторождений, — произнесла Катарина, продолжая выполнять роль адвоката дьявола. — Нагло оттеснив местных. Просто месторождения, речь не о патентах и сборочных цехах.

— За всё надо платить! — развела руками Фрейя. — Мы вложили в их экономику несколько квадриллионов империалов — от трёх до пяти. У них уровень жизни самый высокий на планете — даже выше, чем в мощной и развитой энергопрофицитной России. И всё построено на наши деньги, основой их экономического роста и экономического чуда стали НАШИ инвестиции.

Снова помолчала, подбирая слова. На самом деле ей не по себе от второго вопроса — по первому я убедил её, что так сделать надо, высочество лишь искало адвоката дьявола. Хорошо, что Катарина поняла всё правильно и поспешила выполнить требуемое. Но сейчас, боюсь, её квалификации недостаточно.

— В общем, не так давно имперцы предложили Канаде покровительство. Они УЖЕ могут себе это позволить. Объективно у Владычицы Южных Морей более сильная сухопутная армия, они бульдозером прокатятся через Эстадос Юнидос и захватят на территории её северной соседки всё, что захотят. Мы сильны в космосе, но армия собственно Канады слаба, воевать не умеет, и, что более важно, не желает. При должном упорстве их частей, мы можем поддержать их сверху, обеспечив преимущество на поверхности, но у генштаба всегда были сомнения в их желании воевать.

Недавно они поставили во главе страны некого мистера Томаса Андерсона, ястреба и радикала — с целью подготовки захвата, создания правовой базы и раскачивания общественного мнения. На сегодня они НЕ БЫЛИ готовы действовать открыто, ждали отмашки с Юга, однако наш переворот вселил в сердца англосаксов уверенность, что венерианский лев ещё дышит, но уже споткнулся и упал, и уже не встанет, и уже можно выгрызать из него отдельные куски, с ещё живого и дышащего. А потому существовавший до этого, всё время, что мы там, план неожиданной атаки на Канаду с уничтожением её армии, названный «Кленовый сироп», в последнее время обновлялся каждые три месяца. — Фрейя взяла папку и подняла её над столом.

— ТРИ МЕСЯЦА? — сделала глаза Катарина.

— Да. Хотя все остальные планы возможных войн обновляются раз в год. И как показали последние события с запретом для нашей армии воевать с их территории, и со сбитием беспилотника, который мог нести конвенциональное оружие, эти выродки совершенно потеряли берега, и все эти меры оправданы. Хуан, давай ты? — дала она мне слово.

Я мысленно поёжился, вздохнул и продолжил:

— Я снова заговорю, как пиарщик. Меня мобилизовали и дали чрезвычайные полномочия только