Осенний марафон - Александр Романов

Слишком уж сильно наш икс-маг для по-настоящему крутого таится. И колдунство его, если подумать, связано не столько с силой, сколько со знанием заклинаний.

Для управления корредами — нужна не столько мощь, сколько некое Слово. Для заклинания быстрого плавания — тоже это самое заклинание. Да и для скрытности от магического наблюдения…

А больше он практически ничего и не продемонстрировал. Дубов с корнем из матери сырой земли не выворачивал. Городов не разрушал. И даже голубых молний из-под хвоста не испускал…

Не Копенгаген, в общем… Так что вполне может оказаться и Залиба. Где вот он только этих умений нахватался за то короткое время, что мы с ним не виделись?

В лесу нашел?

Ага: когда под кустом связанный валялся при захвате замка Цын… Там-то, под кустом, они и были зарыты. В незапамятные времена. Каким-нибудь очередным древним колдуном, ни дна им, ни покрышки…

Черт его знает…

Может, и не так буквально, конечно. Но — а почему нет? Не там — так где-нибудь позже. Когда в бега ударился. Места ведь абсолютно глухие. Медвежьи, можно сказать…

Мало ли чего могло сохраниться еще со времен похода через Лед? Колечко, к примеру. Золотое. С непонятными надписями, появляющимися, если эту цацку подогреть на огне… Гы-гы…

Тьфу-тьфу-тьфу! Нет уж. Хватит: мне вполне достаточно того Кольца Всевластья, что болтается у меня в карманцах! Я и с этой-то прэлестью не знаю, что делать…

Впрочем, чего сейчас гадать…

Точно так же и о том, чего ему от Берана надо было… То есть не ему, а им. Причем до такой степени, что «они» не побоялись выкрасть герцогского наследника едва ли не у меня на глазах!

Или они все же не знали о моем присутствии? Но тогда какого черта не сделали ноги сразу же, как только я объявился с Бераном в Державе? Что-то тут никак не сходится…

Или я что-то все время упускаю в своих рассуждениях?

Наличие дыр в этих самых моих рассуждениях подтвердилось довольно быстро.

— Остановитесь, сударь Гар, — сказал Мэллон.

— А чего такое? — Я снял ногу с педали газа.

Хорошая вообще штука — автоматическая коробка: всех педалей только две. Газ и тормоз. И рычага нету для переключения скоростей. А не то, чувствую, утомил бы он меня при езде по здешним буеракам…

Тракт-то он хотя и накатанный — но проселок же, не автобан. Так что пришлось поупражняться в езде по бездорожью. А учитывая, что ездить мне раньше по такой грязи не доводилось, занятие оказалось то еще… Хорошо — остановки для нюхания следа давали возможность расслабиться…

— За этим поворотом будет постоялый двор, — объяснил Мэллон. — Они там обязательно должны были сменить лошадей…

Ага… И верно. С того момента как мы выехали за пригороды Веснице, никаких придорожных сел нам не попадалось. Тракт был на удивление пустынен.

Ничего странного, впрочем, как объяснил мне все тот же Мэллон. Последний перегон перед городом — или первый на выезде из него — самый безостановочный, если так можно выразиться.

Все спешат или туда, или оттуда… Потому желающим подзаработать на проезжих тут ничего не светит. Вот дальше — другое дело. Но это самое дальше начиналось как раз за первым постоялым двором.

Но это что тогда получается?

За ерзаньем по здешним колдобинам я как-то упустил посматривать на одометр — ту штуку, что мерит расстояние. И никак не ожидал, что мы уже отъехали на дневной перегон от города.

Хотя и двигались по тракту больше двух часов — уже сумерки наступили…

— Появляться там без предупреждения я бы не советовал, — продолжал Мэллон между тем. — Мы просто напутаем людей. Пусть сперва Сметак там все разведает, а после этого мы решим, что делать. Заезжать туда или объехать стороной…

Тож верно… Объехать здесь можно, если что. Местность тут оказалась совсем не та, к какой я привык под Теретом и в Крунире. Не тайга, а скорей уже лесостепь.

Группы деревьев, в которых одинаково наличествовали как хвойные, так и лиственные, перемежающиеся большими кусками открытого пространства. Собственно, по этой причине здесь и существовал тракт.

Проложить его по степи было достаточно просто… Просеки рубить не надо — езжай себе, где леса нет, и все дела. Все-таки тысяча километров южнее — это сильная климатическая разница…

Но мысль, мелькнувшая у меня, была связана не с этим…

Я кивнул Сметаку, открыв дверцу — чтобы он мог выбраться наружу, — а сам стал усиленно шевелить мозгами. А пошевелить было над чем.

А именно: беглецы по жуткой осенней распутице — которую мы и на вездеходе-то тащились чуть не три часа, — выехав в путь на полдня раньше нас, тем не менее успели отмотать эти полсотни кэмэ? И двинуться дальше?

Да на чем они тогда ехали?!

Или у них есть заклинание и для дороги — такое же, как для реки? Для ускорения бежания лошадей? Ну не остановились же они здесь на ночлег! Должны ведь понимать, что несерьезно это…

Или что?

Как выяснилось — оказалось это самое «или что».

Сметак отсутствовал довольно долго. Я даже стал жалеть, что не выдал ему ошейника с рацией. Хотя бы скомандовать: «Домой, блин!», когда надоест ждать…

А так он пробегал не меньше часа, вернувшись уже по темноте. Принял человечий облик и, одевшись в выданный ему мной как слуге камуфляжный комплект, доложил:

— Они там были. И в конюшне действительно стоят смененные кони. Те самые, на которых они выехали из Державы, — уточнил он, не дожидаясь вопроса. — Только…

— Что?

— Кони практически свежие. Их сменили не меньше чем утром. А скорей всего, еще вчера вечером. Потому что и следов никаких нет ни на самом постоялом дворе, ни дальше по тракту — я проверил: все под снегом.

Ептыть… Это, выходит, не десять часов у них форы было. А чуть ли не сутки. Как же я считал-то? Голова два уха… Получается, что в пыточной я очнулся как минимум на полдня раньше, чем думал? И где их теперь искать?

— И, хозяин… — добавил Сметак с явным затруднением. — Прости меня…

Еще-то чего?

— Я раньше не мог этого определить, — повесил голову волколак. — Только сейчас разобрал точно…

— Да что именно-то?

Сметак стушевался еще больше. И промямлил:

— Там нет детей…

На наше счастье, обитатели постоялого двора не убежали в лес. Когда жуткое ревущее чудище, сияя горящими глазами, подкатило к их дому… Где бы мы их потом ловили?

Да — в старину люди были крепче, чем нынешние, ничего не скажешь… Однако двери все равно заперли. И не хотели открывать, несмотря на то что я, совершенно озверев, пообещал их выбить.

Лишь после длительных уговоров Мэллону удалось убедить хозяина, что мы мирные путники. И не представляем угрозы — вопреки заявлениям отдельных несознательных товарищей, — только тогда нас впустили…