Арт Непокорённый - Фёдор Копытин

будет то же самое, миры не пересекаются, и это правильно. Я понял твою точку зрения, но она никоим образом не оправдывает твоих действий. Ты нарушитель спокойствия в королевстве. Мой долг как тысячника города Баркер и элитного воина самого королевства обезоружить и захватить тебя. Однако, если ты продолжишь сопротивляться, то я не постесняюсь тебя убить.

— Ты ведь не думаешь меня этим напугать? Неужели ты думаешь, что твой отряд сможет уничтожить меня? До этого я единолично избавился от 400 наемников Железного Черепа, включая его лидера. А ведь он тоже был третьего ранга. К тому же это уже третий противник, который был на одном со мной ранге и погиб от моей руки.

— Что за звание такое? Непокоренный… За что ты его получил?

— Это звание прямое доказательство того, что я не подчиняюсь никаким законам, и это доказывает то, что я не покорился миндровской воле, когда они завели меня на свою арену и приказали развлекать богатых дворян. Когда-то давно я жил в Цитадели Стуржа, и в какой-то из бесконечных ночей на нее напали. Там был воин четвертого ранга. Он самолично разнес всю Цитадель за считанные секунды, а меня, еще тогдашнего воина второго ранга, захватили в плен. Я долгое время был рабом гладиатором в царстве Коренвейл. Тяжелые времена меня возвысили и дали шанс вершить судьбы тех, кто их вершить сам не в состоянии. И именно поэтому я помогаю Миндрам.

— Ох… — вздохнул воин полной грудью и начал спокойно и медленно вытаскивать свой меч. — Если рассказанное тобою правда, то ты сильный и добрый воин, что создал свою легенду. Неважно, какие поступки ты совершал в прошлом. Твое убийство будет потерей для всего королевства. Сложи свой меч, и твое будущее приобретет более яркие краски. Уверен, корона простит любые твои прегрешения в обмен на преданную службу.

В этот момент я подрубил свой навык, тот самый, что получил самым последним. Он был прекрасен. С одной стороны, его эффект не имел вообще никакого смысла в бою, поскольку на противников выше рангом он и вовсе не работал, а на других мог работать плохо или вообще пролетать мимо. И тем не менее, на органических существах мой навык работал офигенно. Таинственное ощущение опасности. Какое красноречивое название, говорящее и объясняющее все без лишних слов. В следующий же миг после его активации все воины, стоявшие в полумесяце, заметно занервничали. Естественно, начали смотреть на меня. Эффект этого навыка был крайне прост. Человеку в моменте становилось страшно. Он начинал будто бы ощущать опасность каким-то своим шестым чувством. И поскольку все здесь были воины, наверняка владеющие магией и навыками, то все прекрасно понимали, что противник третьего ранга мог таить в себе невероятную опасность. Поэтому их настороженность значительно выросла, а желание вступать в открытую конфронтацию, наоборот, упала. Дабы добавить дополнительных оборотов, я перевоплотился в облик странствующего охотника. Его тело начало разростаться, и вскоре возвысилось до трех метров с чем-то.

— Охотник, странствующий охотник! — заорал кто-то на заднем ряду и стал отбегать.

Все занервничали, перепугались, начали читать защитные и поддерживающие заклинания. Лидер всей этой группы, наверное, испугался сильнее всего, однако виду не подавал. Закрывшись щитом, он отвел меч в сторону и, казалось, тоже хотел начать читать заклинания. Однако в этот момент я вновь преобразился в самого себя и произнес.

— Шторм!

Ударный поток ветра ударил незримым, но очень ощутимым тараном по всем и каждому. Задние ряды были отброшены, кто-то споткнулся, кто-то стоял на коленях, а кто-то еще сильнее начал закрываться щитом, опасаясь чего-то нового. Между мной и третьеранговым тысячником осталось буквально два метра, в то время как все остальные были где-то там, метрах в 10-15. Я достал свой меч, направил четко по курсу стоящего напротив. Смотря со стороны, эта ситуация казалась какой-то эпичной, легендарной. Не хватало только имбовой музыки, которая нагнетала с каждым разом, становясь сильнее и интенсивнее. Я создал на своем лице угрюмую ухмылку, такую серьезную и устрашающую, а затем произнес.

Даю последний шанс. Не надо связываться со мной. Я никому не подчиняюсь, не беру ни у кого в долг. Я поступаю так, как велит мое сердце, и делаю все на совесть. Не нужно вступать со мной в битву. Знаю, что все твои воины добры и справедливы. Я не хочу убивать вас, но сделаю это без промедления с началом схватки.

— Да кто ты такой? — сказал абсолютно эпичную, но максимально клишированную фразу тысячник Баркера.

Я чуть ли не заржал, смотря на эту очередную сцену, когда у главного героя спрашивали: «Кто ты такой?». Все они отвечали что-то вроде: «Я ужас, летящий на крыльях ночи» или «Я тот, кто положит всему этому конец». Однако, оказавшись на месте этих главных героев, не нашел вообще ничего, что я бы мог сказать. Кто я вообще такой? Да я и сам не знаю. Пару секунд между нами длилось тянущееся молчание, и я наконец, собрав слова, произнес.

— Я ничтожество, жалкое создание, спаситель, гладиатор. Я тот, кто не подчиняется законам этого мира, кто не видит в них никакого смысла. Я герой со множеством лиц, и в разное время, в разном месте для каждого я кто-то иной. У меня нет ни настоящего, ни ложного тела. Я тот, кем я являюсь сейчас. Я не играю на публику. Я создаю новых людей и притворяюсь ими, буквально становясь кем-то другим, ровно до того момента, пока не придет время вновь перевоплотиться. Мое имя — Арт Непокоренный, и я странствующее по миру существо, помогающее тем, кому считаю нужным, и несущий смерть тем, кому не улыбнулась в этот момент удача.

***

Выйдя из той погони, я скрылся с места и передвигался на коне достаточно долго. Забавно, но боя избежать удалось. К тому же никто меня в розыск почему-то не объявлял. Королевство до сих пор было мне открыто. Однако, путь мой лежал далеко на запад, на другой материк. Пропутешествовав по всей стране, потратил практически две недели, после чего сел на корабль и поплыл. Спустя полтора месяца показалась заветная земля, сияющая на солнце рыжевато-желтым цветом. Это была великая пустыня, которую все называли краем мира, поскольку ни конца, ни края этой пустыни еще никто не встретил. Мое путешествие было, возможно, слишком быстрым, а может, для кого-то оно показалось долгим. Я много где побывал, много кого встретил и просто жил так, как