Вельяминовы.Дорога на восток.Книга вторая - Нелли Шульман

трехцветное знамя, что развевалось на середине моста.

-За мной! - велел кто-то звонким голосом. «За мной, мои верные солдаты! В атаку!»

-Я из офицеров никого в лицо не знаю, - усмехнулся Иосиф. «Сидим в госпитальных палатках..., -

пуля просвистела рядом с ним. Он, убедившись, что следующий раненый - уже мертв, услышал

ропот: «Австрийцы! Австрийцы атаковали!»

Люди прыгали с моста прямо в болото. Совсем рядом с ним шлепнулся какой-то невысокий,

легкий юноша, с испачканным кровью и грязью лицом. Иосиф увидел вдалеке австрийские

мундиры. Юноша выругался сквозь зубы: «Немедленно всем наверх! Отбить мост сейчас же!»

Юноша поднялся во весь рост, пули захлестали по болоту. Иосиф, сбив его с ног, прикрыл своим

телом. Он ощутил, как течет у него по шее кровь. Заведя руку за спину, Иосиф облегченно понял:

«Ничего страшного, просто царапина».

Юноша кашлял, ругался, и наконец, высвободился из сильных рук Иосифа: «В атаку!»

-Пойдете, - добродушно сказал Иосиф, бесцеремонно вертя его из стороны в сторону. На

измазанном грязью и тиной лице юноши блестели веселые, синие глаза. «Вы вроде не ранены, -

Иосиф отпустил его: «Нигде не болит?»

Молодой человек ощупал себя и помотал головой: «Нет. У вас кровь на воротнике. Вы кто такой?»

-Старший врач тридцать второй гренадерской полубригады, капитан Кардозо, - буркнул Иосиф.

«Пулей чиркнуло, закончу тут все, - он указал на болото, - и перевяжу».

-Medice, cura te ipsum! – усмехнулся юноша. Кивнув: «Спасибо!», он стал быстро карабкаться

наверх, к мосту.

-В атаку! Не останавливаться, ни на шаг, за мной, ребята! - раздался лихой, звонкий голос. Иосиф,

улыбнувшись: «Лейтенант какой-то», - пошел к следующему раненому, по колено, проваливаясь в

болото. Он то и дело падал, выжидая, - рядом все еще проносились пули.

Иосиф вышел из госпитальной палатки. Сняв фартук, бросив его на скамью, он с наслаждением

потянулся. Над лагерем играл закат, ржали лошади, пахло дымом костров. Иосиф подумал:

-Отбили все-таки австрийские атаки, завтра решающий штурм. Возьмем этот городишко, выйдем

во фланг генералу Альвинци и окружим его. Дорога на Венецию будет открыта.

Он похлопал себя по карманам бриджей. Достав портсигар, проводив взглядом санитара, что

выносил из палатки таз с горой израненной, кровоточащей плоти, Иосиф поморщился:

-И вправду - мясники. Как во времена Амбруаза Паре, хотя смолой культи уже не заливаем. Что, же

делать, если все должно быть быстро? В мирное время, конечно, я бы повозился с тем коленом,

попробовал бы достать пулю, восстановить сустав. Хотя как? - он все стоял, вертя в руках сигару.

Заглянув в операционную, Иосиф велел младшему врачу: «Пишите отчет. Я сейчас покурю и вам

помогу. Сколько у нас сегодня операций было?»

-Тридцать две, - отозвался лейтенант. Иосиф спросил: «Вы Сорбонну заканчивали?»

-Так точно! - вытянулся юноша, и покраснел: «Только практики у меня совсем не было, господин

капитан».

-Тут ее больше, чем достаточно, - горько усмехнулся Иосиф. Задернув полог, он пробормотал: «Где

это кресало, когда оно нужно!»

Он увидел маркитанта с лотком на плече, в суконной куртке, что, стоя к нему спиной, болтал с

солдатами. Иосиф свистнул: «Эй, парень, иди сюда».

Это был юноша - с коротко стрижеными, темными, кудрявыми волосами, смуглый, невысокий. Он

блеснул зелеными глазами и зачастил: «Табак, игральные карты, зеркальца, ножи….». Иосиф

прислушался: «Француз».

-Кресало у тебя есть? - спросил Иосиф, роясь в кармане в поисках меди. «Этого добра много, -

юноша отдал ему кресало. Маркитант едва слышно добавил: «Капитан Кардозо».

Иосиф застыл. Молодой человек улыбнулся: «Не бойтесь. Закурите сигару, и пройдите за палатку.

Я вам письма привез».

На задах госпиталя никого не было. Юноша, оглянувшись, вложил ему в руку несколько конвертов:

-Это из Вены и Лондона, - тихо сказал он. «Если хотите написать ответ, - я в лагере буду до

завтрашнего утра. Ночую у кухни, зовут меня Жан-Мари. Заодно купите у меня что-нибудь, -

юноша усмехнулся.

-А потом? - непонятно зачем, спросил Иосиф.

Молодой человек только махнул рукой на север: «Письма сожгите, пожалуйста. Надеюсь, вам

понятно…»

-Понятно, понятно, - вздохнул Иосиф. «Спасибо, я вас утром найду. Вы осторожней, - велел он.

-Буду, - юноша подхватил лоток, исчезая в сумерках.

-Сразу его увидела, - довольно подумала Мэри. Она весело затянула: «Ножи, табак, зеркала…».

-Джон мне его хорошо описал. Больше мне здесь делать нечего. Надо переходить линию фронта и

являться в штаб к Альвинци. Пусть отступает, пока не поздно, иначе его отсюда на телеге с трупами

вывезут. Его и всю армию австрийцев. А потом - в Вену. К Рождеству я в Лондон не успею, но все

равно, - подарки привезу. Мартину как раз годик будет, - она улыбнулась, вспомнив

темноволосого, синеглазого мальчика, что сидел на расстеленной по траве шали.

-У! - сказал ребенок. Взяв в каждую ручку по деревянной погремушке, Мартин затряс ими.

-А мне дашь? - Мэри склонила голову набок.

-У! - Мартин прижал погремушки поближе и недоверчиво посмотрел на нее. «Он очень жадный, -

рассеянно отозвалась Марта, просматривая папку с бумагами. В саду было тихо, пахло розами,

томно жужжали пчелы. Она покачала носком замшевой туфли:

-Что я тебе могу сказать? Пусть Джон тебя за линию фронта посылает, потому что это, - она

похлопала рукой по папке, - сведения не то что из третьих, а из тридцатых рук. Пока своими

глазами на французскую армию не посмотришь - ничего не поймете.

-У! - Мартин, бросив погремушку, потянулся к матери. Марта подхватила его на руки. Спустив с

плеча легкое, отделанное кружевами домашнее платье, она дала ребенку грудь.

-У нас есть человек во французской армии, - задумчиво сказала Мэри.

-Не человек, а капитан Иосиф Мендес де Кардозо. Шурин нашего общего знакомого, - отрезала

Марта. «Он не станет поставлять никаких сведений, - женщина поморщилась, - это бесчестно».

Мэри подперла подбородок кулаком и задумчиво спросила: «А если он меня рассекретит? Наш

общий знакомый, наверняка, захочет письма передать, для семьи. Мне придется встречаться с

капитаном Кардозо».

-Придется, - согласилась Марта. «Не волнуйся, Иосиф тебя не выдаст, он понимает, что такое

честь».

Мэри грустно накрутила на палец темную прядь: «Волосы стричь надо…, А как же я потом?»

-Пусть тебе Мадлен париков купит, - посоветовала Марта. «Как там девчонки? Наверное, пошли

уже?»

-Джоанна пошла, - Мэри перевернулась на спину и посмотрела в спокойное, летнее небо, на

белые, пушистые облака. «Вероника опасается еще, она осторожная. Когда я туда вернусь, уже и

она пойдет. Спасибо, тетя, - девушка вскочила. «Пойду, оторву Майкла от чертежей. Прокатимся на

лодке, посмотрим, как там речной дом строится».

-Ну-ну, - только и сказала Марта, гладя заснувшего сына по каштановым локонам.

Мэри дошла до кухонных палаток. Устроившись под телегой, она вынула из кармана куртки краюху

хлеба и кусок старого, твердого сыра:

-В Вене первым делом запрусь в умывальной у Мадлен. Буду лежать в ванне с ароматической

эссенцией. Долго. Потом пусть придет дама, что за волосами и ногтями ухаживает. Надо еще

купить саквояж кожаный, что я видела, перчатки, в Zur Schwäbischen Jungfrau - скатерть и салфетки,

для тети Марты, у Албина Денка - фарфор….- Мэри зевнула и вспомнила свои платья, что висели в

гардеробной у Мадлен.

-Новое сошью, - решила Мэри, переворачиваясь на бок, жуя хлеб. «В Вене в оперу схожу, с

Джоном и Мадлен, а в Лондоне меня Майкл в театр поведет». Она зевнула и почесалась:

-Зима на дворе, угомонились бы. Хотя здесь лошади вокруг, а где лошади, там и блохи.

Мэри доела сыр, и заснула. Она спокойно, размеренно дышала, не обращая внимания на грохот

канонады - французская артиллерия обстреливала Арколе.

Иосиф сжег письма: «Сын у Марты. Наконец-то, дождался Питер. Подарок бы им послать, да

откуда тут его взять? - он оглядел простую, заправленную тонким, шерстяным одеялом, койку, и

холщовый вещевой мешок в углу.

Он, было, достал походную чернильницу. Взяв тетрадь, Иосиф раскрыл ее на колене. «Мартина

они привили от оспы, - вспомнил Иосиф строки из письма Джона, - и мы наших девочек - тоже.

Доктор Дженнер в Англии, в мае, провел новую операцию. Она называется «вакцинацией».

Посылаю тебе полный отчет о ней, вряд ли до тебя доходят научные журналы».

-Это точно, - пробормотал Иосиф. Он уже взял перо, как на пороге раздался кашель.

-Вам пакет, капитан Кардозо, - вытянулся вестовой. Иосиф взломал печать. Пробежав глазами

несколько строк, он потянулся к мундиру, что был брошен на койку. «Наверняка, у кого-то зуб