На острие жизненных принципов - Святослав Феоктистович Моисеенко

твоего благополучия.

***

У большинства людей есть потрясающая особенность.

Они никогда не готовы следовать тем путём, на который указывают другим.

***

Самый пугающий принцип Вселенной – это Закон Воздаяния.

Потому что он действует всегда, независимо от обстоятельств и не взирая ни на что.

Воздаётся добром за добро и злом за зло.

Воздаётся злом за добро и добром за зло.

Очень часто не тогда, когда мы этого ожидаем.

И почти всегда не так, как нам представлялось.

Но воздаётся обязательно.

Ибо это единственный закон, принципы которого сами по себе вплетены в структуру Вселенной. И даже если вы прощены – воздаяния не избежать. За добро и за зло, за ложь и за правду, за грех и за святость.

И самое любопытное в том, что совершая любой поступок, где-то очень-очень глубоко в душе, на самом краешке подсознания едва уловимым звуком мы слышим, как приходят в движение шестерёнки этого удивительного Закона.

Но даже понимая это, мы всё равно поступаем так, как нам хочется здесь и сейчас.

***

Сила любви – в готовности пожертвовать собой ради того, кого любишь.

И в этом же, к сожалению, её бесконечная слабость…

***

Мудрость заключается не в количестве накопленных знаний, не в умении систематизировать и анализировать их.

И даже не в умении давать советы. Ибо на такое действие способен даже глупец.

Мудрость заключается в умении научить других правильно распоряжаться знаниями, грамотно систематизировать, анализировать их, и эффективно применять в повседневной жизни, легко объединяя теорию с практикой.

Не зря ведь, во все века, настоящих мудрецов называли Учителями…

***

Люди делятся на две категории.

Участники процесса и наблюдатели. Игроки и зрители.

Первые, даже испытывая периодически горечь разочарования от проигрыша, получают шанс рано или поздно победить, сорвав изрядный куш.

Вторые же оплачивают бесконечную чужую игру, получая возможность испытывать эмоции от чужих побед и чужих поражений.

***

Говорят, иногда лучше промолчать.

Возможно.

Но, вот ведь какая штука.

Именно молчанием укрепляется ложь и попирается правда.

Именно молчание убаюкивает совесть, заставляя её крепко уснуть.

Именно молчание является последней каплей яда, убивающей надежду.

Молчание комфортно. Оно не вызывает раздражения. Впрочем, как не вызывает и интереса.

Молчание удобно, поскольку может трактоваться и как согласие, и как отрицание.

Не зря говорят, что слово – серебро, а молчание – золото.

Но… разве не молчанием предаётся Бог?

***

Жизнь – это всегда ожидание. Любви, чуда, события, награды, расплаты.

И всегда незавершённость. Дел, поступков, мыслей, фраз.

Может быть, именно поэтому она всегда оставляет нам возможность надеяться?

***

Роль искусителя не в том, чтобы соблазнить человека сладостью греха. А в том, чтобы чуть-чуть подтолкнуть человека к греху, совершить который он внутри себя уже давно решил.

Свободу выбора ведь никто не отменял.

Подниматься вверх или опускаться вниз, падать или взлетать – решает исключительно сам человек.

А искуситель – всего лишь катализатор реакции, проявитель, если хотите – лакмусовая бумажка, призванная определять и делать осязаемыми свет и тьму в человеческой душе.

Поверьте, свой выбор человек всегда и везде делает сам. Даже, если ему кажется, что это не так.

***

За вашей спиной всегда шепчутся и сплетничают исключительно те, кто, в силу своей ущербности, не способен честно посмотреть вам в глаза.

***

Наша жизнь состоит из многообразия противоположностей.

И для осознания целостности окружающего мира, образ грешника не менее важен, нежели образ праведника. Без предательства не было бы самоотверженности, а без трусости – героизма.

Именно в единстве и борьбе противоположностей совершенствуется душа человека, закаляется его дух, раскрывается внутренний потенциал и приобретает огранку нравственность.

***

Без надежды – нет жизни.

Тот, кто ни на что не надеется – уже мёртв. Только ещё не понимает и не до конца осознаёт этот прискорбный факт.

***

Европейская цивилизация закончилась ровно тогда, когда хорошим тоном стало тотальное вранье. Когда моральное уродство стало оправдываться толерантностью, а двойные и тройные стандарты стали нормой жизни.

***

Прежде, чем осуждать кого-либо, справедливо будет спросить себя самого, а имеешь ли ты на это право?

Да, ты можешь не принимать позицию или точку зрения. Да, ты можешь рассуждать о том, как поступил бы ты в похожей ситуации. Да, ты можешь заявлять во всеуслышание о своём собственном жизненном кредо и упиваться собственной праведностью.

Но осуждать кого-то?

Дерзаешь примерить на себя мантию судьи?

Тогда будь последовательным – одень костюм палача и приведи свой приговор в исполнение! Собственноручно!

Прежде, чем осуждать кого-либо, спроси себя самого, задай вопрос своей совести, а имеешь ли ты на это право? И готов ли ты пойти в этом вопросе до конца?

***

Можно, сколь угодно долго, словно фиговым листком, прикрываться общечеловеческими ценностями, но…

Демократия – это власть народа, а не кучки олигархов.

Религия денег – это, как ни крути, культ золотого тельца.

Толерантность – это уважение чужого мнения, а не навязывание большинству извращений меньшинства.

А ложь – это ложь. И сколько её не повторяй, правдой от этого она не станет.

***

Мне кажется, что смысл человеческой жизни заключается в созидании.

Не зря ведь в каждой душе изначально присутствует искра Творца.

Но кто-то делает всё для того, чтобы она горела путеводной звездой, а кто-то сознательно гасит её в себе, позволяя тьме заполнить своё сердце, следуя путём порока и разрушения.

***

Я заметил, что в жизни нет неразрешимых ситуаций. Равно, как и нет проблем, у которых отсутствует решение.

Иногда нужно просто посмотреть на всё со стороны.

***

Наши собственные беды и горести всегда нам кажутся намного более значимыми, нежели чьи-то чужие.

К чужому горю мы относимся, как к театральной постановке, которой искренне сопереживаем, которой интересуемся, но в которой не участвуем.

А вот собственные неприятности и проблемы всегда отождествляются нами с катастрофой вселенского масштаба. И нам почему-то кажется абсолютно несправедливым, что другие не воспринимают нашу трагедию в таком же ключе, а всего лишь наблюдают и, может быть, вполне искренне сопереживают, но совершенно не желают участвовать в качестве страдающей стороны.

И мы совершенно не желаем воспринимать и понимать то, что «какою мерою меряете вы, такою отмерено будет и вам».

Ибо нам кажется, что наша собственная мера велика и непомерна, а чужая – мала и ничтожна.

***