Хелл. Обещанная усем любоффф. - Елена Звёздная

— Вот не надо, — Хелл внезапно улыбнулась, — на меня глянь, а я тоже Землянка.

— Ты уникальная землянка, — весомо произнес Стилет. — Только если ты и дальше так есть будешь, то, что от тебя останется?

Хелл сникла, тошнота не отступала, на запахи она реагировала слишком сильно, голова часто кружилась, тело стало непривычно слабым.

— Не знаю, — она подошла к наемнику, обняла, прижалась, — и Дейв ничего не говорит…

— Я бы сказал, что беременность, но какая-то слишком уж сильная реакция с первых дней, — прошептал Стилет, ласково поглаживая ее спину, — у тебя на совете министров, когда выступление?

— Сейчас, — тихо ответила Хелл, прижавшись к нему сильнее. — Иду я, короче, приглядывай за этим котом!

Наемница потянулась, поцеловала его в щеку, комично всхлипнув, подхватила папку со стола и покинула кабинет уже с веселой улыбкой на губах.

«Эх, Хелли, — подумал Стилет, — ты даже тонуть, наверное, будешь с улыбкой, чтобы никто не догадался.»

В пять часов четыре командира собрались в кабинете Хелл. Ждали знакомства с демоном, напряженно переговариваясь и сдержанно поглядывая на наемницу.

— Ребят, — не выдержала Хелл, — ну хватит. Да я скарити, даже не спорю, но ситуацию я пока контролирую.

— Хелл, — Неврос тяжело вздохнул, — понимаем мы все, но он из этих… мозгоправов, тахешесс!

— Я это уже поняла, — она виновато посмотрела на наемников, — но поздно я поняла. Главное Тайрона держим подальше, с остальным я разберусь.

Хелл положила руки на стол, потом положила и голову, закрыв глаза. Она так сильно устала вынужденная объяснять все министрам, а теперь еще и этот… демон. Хотелось спать… ей постоянно хотелось спать. И вдруг в кабинете стало тихо. Очень-очень тихо. Хелл напряглась, подняла голову и встретилась взглядом с прекрасной седовласой деймосянкой.

Минута молчания затягивалась, а Хелл все так же не знала что сказать.

— Именно эта деймосянка преградила ей путь, когда она… Тошнота подкатила к горлу с новой силой. Голова закружилась, сердце вновь начало отдавать болью. Хелл посмотрела на бледнеющую женщину и вспомнила, что не выставила ментальный блок.

— Он теперь действительно так противен тебе? — с отчаяньем в голосе спросила та, что принадлежала к дому Азгарт.

Спросила она на языке деймасов, поэтому кроме Хелл никто ничего не понял. Наемница встала, холодно посмотрела на прекрасное лицо полубогини:

— Я не знаю кто вы, но видно, что вы из дома Азгарт. Уходите, мне не о чем с вами разговаривать, и у меня нет на это времени!

— Я Миарни, я воспитала Сианара… Он так страдает… — почему-то Хелл верила ей, сразу и безоговорочно.

— Мне все равно! У меня своя жизнь, и мне плевать на все, что он чувствует! — Хелл говорила зло, отрывисто, стараясь вложить ненависть в каждое слово, потому что деймосянка считывала эмоции.

Очень медленно Миарни подошла к ней, прикоснулась к волосам, заглянула в глаза:

— Если бы, тебе было все равно, я бы не пришла… Твой Хранитель мой очень давний друг… Ты плачешь по ночам…

Хелл дернулась, отступила на шаг, бросила взгляд на Стилета. Наемник среагировал мгновенно, вскочив, недвусмысленно обнял ее, с угрозой посмотрел на Миарни.

— Так вот о ком говорил Сианар… — грустно прошептала деймосянка, — Да… вы похожи… вам будет хорошо вместе… Прости меня, девочка…

— Просто уходите… — прошептала Хелл, и закрыла глаза, уже чувствуя знакомый запах озона.

Стилет сжал ее плечи чуть сильнее, и она улыбнулась, чувствуя его поддержку. Снова села на свое место, удерживая улыбку на лице, хоть это и стоило титанических усилий.

— И я нидерсенга не понял, — возмутился Саерз.

— Даа, странный язык, — Рогер пристально посмотрел на Хелл, — деймасы?

— Да.

— И что она сказала? — мягко спросил Неврос.

— Ну, намекнула что у одной чешуйчатой морды, будут большие неприятности! — мрачно ответила Хелл.

— Хелл, я… — начал Рогер.

— Заткнись, — резко перебил его Стилет, — тема закрыта. Мы все всё понимаем, и оставляем свое мнение при себе!

Арсианар просматривал воспоминание служанки: Хелл, смеющаяся и довольная и демон с серебряными волосами… Демон из самой опасной ветви… Он видел, как демон обхватывает тонкую талию его саити, как опускает девушку на землю… Как она радостно ему улыбается. Хелл всегда радостно улыбалась, смеялась, шутила… Пять земных дней он видел лишь радость на ее лице… Ей было хорошо… без него…

Стон раненного животного и он отводит свое сознание от маленькой голубой планеты, чтобы попытаться работать, но уже знает, что вскоре будет наблюдать за ней вновь… Как и все эти дни… Потому что не может без этого… Ригер жалобно вспыхнул фиолетовым, когда он ударил по нему, не сдержав злости на самого себя… Бросив последний взгляд на Землю, Арсианар с удивлением уловил сворачивающийся Путь.

— Миарни! — он не узнал собственного крика, так до конца и не осознав что одновременно послал зов и по ментальной связи.

Руки и спина взмокли мгновенно, хотя он поддерживал в АшенАшран низкую температуру. С яростью деймас чувствовал переход, яростно взглянул на прекрасную Миарни.

— ЗАЧЕМ?

— Сианар… ты так страдаешь. Ты был так счастлив с ней, а сейчас от тебя осталась лишь тень. — Миарни не оправдывалась, она говорила то, что видела.

Арсианар снова сел, темными, почти черными глазами взглянул на мать своего отца, с горечью ответил:

— Она счастлива без меня. Ей хорошо там, где она сейчас и это главное для меня. Пойми, если бы она злилась, если бы ненавидела, если была ко мне неравнодушна… я бы попытался. А я ей противен! Я сам виноват… во всем! Не хочу делать ее несчастной, она такая светлая… Зачем ты к ней ходила?

Мать его отца не ответила, мягко обошла стол, просмотрела последние воспоминания, которые смотрел он:

— Сианар, ты наблюдаешь за ней только на этой планете, где она дни проводит?

— Планета, которую она называет Раем, она не просматривается… Эта живая планета, она охраняется по нашим законам, поэтому я не имею права причинять вред ее создателю.

— Я так и поняла, — Миарни перенесла воспоминание, переданное ей Хранителем на ригер, и сделала шаг в сторону, позволяя ему увидеть.

Сиан вздрогнул, приблизил лицо к изображению, направляя все свои чувства к ней — потому что Хелл плакала! Включив воду, которая тонкими струями срывалась из-под потолка, сидя на полу и обняв колени руками. Она плакала тихо, когда срывалась, зажимала рот рукой… Она плакала долго… Потом встала, подставила лицо воде, словно пытаясь смыть слезы… Затем вышла из маленькой белой комнаты, одела халатик, и улыбнулась. Улыбка несколько мгновений как приклеенная держалась на ее лице, но наемница добилась того, что улыбка стала выглядеть натурально, и только после этого вышла из своей спальни…