Город потерянных душ - Кассандра Клэр

«Клэри, я на ферме. Я вспоминаю о том, как мы были здесь вместе».

День выдался на удивление теплым. Саймон долго размышлял над тем, в чем положено идти на рандеву с ангелом. После празднования помолвки Джослин и Люка у него остался костюм. Но костюм — это уж чересчур. В итоге он надел джинсы и футболку.

С этим местом и с этим домом у него было связано много солнечных воспоминаний. Они с Клэри и Джослин приезжали сюда почти каждое лето, сколько он себя помнил. Плавали в озере, Саймон покрывался коричневым загаром, а светлая кожа Клэри только сгорала и покрывалась новыми веснушками. Играли в «яблочный бейсбол» в саду — веселая игра, но одежду потом приходилось стирать с особой тщательностью! — а еще в «Скрэббл» и покер. Люк всегда выигрывал.

«Клэри, я собираюсь совершить один опасный, глупый и, может быть, даже самоубийственный поступок. Можно мне поговорить с тобой в последний раз? Я иду на это ради твоей безопасности, но даже не знаю, жива ли ты. Если бы ты умерла, я бы знал, да? Я бы почувствовал».

— Ладно, пошли, — услышал он голос Магнуса.

Колдун посмотрел на кольцо, но промолчал.

Саймон встал и провел их по извилистой дорожке через сад. Впереди холодной синей монетой блестело озеро. Когда они вышли на берег, Саймон увидел огромный камень, торчащий из воды. Они с Клэри ныряли с него. Ему показалось, что он слышит, как лениво жужжат летние пчелы. Он обернулся и посмотрел на ферму — самый обычный белый домик с зелеными жалюзи; на крыльце стояла ветхая плетеная мебель.

— Тебе здесь нравилось, да? — спросила Изабель. С озера дул легкий ветерок, и ее черные волосы развевались, как знамя.

— Откуда ты знаешь?

— Поняла по выражению лица. Ты как будто вспомнил что-то хорошее.

— Да, здесь было хорошо, — кивнул Саймон.

Он потянулся к носу, чтобы поправить очки, но вспомнил, что больше не носит их, и опустил руку. В волосах Изабель запутались маленькие золотые сережки в форме колец, и ему хотелось высвободить их.

Магнус что-то рисовал на мокром песке длинной гибкой палочкой. Потом открыл книгу заклинаний и стал читать вслух заклятие. Алек смотрел на него как на незнакомца.

— Ты боишься? — спросила Изабель и подошла поближе к Саймону. Теперь он чувствовал исходящее от нее тепло.

— Я не знаю. Страх — это ведь физическое ощущение, да? Сердце стучит, потеешь и все такое прочее. Это не мой случай.

— Жаль, — пробормотала Изабель, глядя на воду. — Когда мужчины потеют — это так сексуально!

Он грустно улыбнулся. Все оказалось гораздо сложнее, чем он думал. Может, он и вправду боялся.

— Попридержите язык, мисс.

Изабель захихикала:

— Знаешь, я всегда мечтала о парне, который мог бы меня рассмешить.

Саймон потянулся к ее руке, забыв, что их видит ее брат:

— Иззи…

— Эй, — крикнул Магнус, — я закончил. Саймон, иди сюда.

Колдун стоял внутри едва заметно светящегося круга. На самом деле кругов было два, меньший внутри большего, а меж ними было начертано несколько дюжин символов. Они тоже светились холодным бело-голубым светом.

Саймон услышал вздох Изабель, но даже не взглянул на нее. Стало бы только хуже. Переступив границу круга, он прошел к его центру и встал рядом с Магнусом. Все вокруг колыхалось и расплывалось.

— Вот. — Магнус всучил ему в руки книгу.

Тонкая бумага была испещрена рунами, над строками заклятия Магнус наклеил указания, как его нужно произносить.

— Должно сработать, — пробормотал он.

Прижав книгу к груди, Саймон снял с пальца кольцо и протянул Магнусу:

— Если не сработает, кто-то должен забрать вот это. Это единственная связь с Клэри. — Его удивило собственное спокойствие.

Магнус кивнул и надел кольцо на палец:

— Готов, Саймон?

— Вау! Ты вспомнил, как меня зовут!

Магнус бросил на него быстрый взгляд, шагнул за пределы круга и тут же утратил четкость. Алек стоял по одну сторону от него, Изабель — по другую. Изабель сложила руки на груди. Даже сквозь колышущуюся толщу Саймон видел, что она недовольна.

— Думаю, вам лучше уйти, ребята, — крикнул он.

Но никто не шелохнулся. Кажется, они ждали от него чего-то еще.

— Спасибо за то, что пришли сюда со мной, — неуверенно произнес он. — Э-э-э… Алек. Ты всегда нравился мне больше, чем Джейс. — Потом обернулся к Магнусу: — Магнус, мне никогда не хватало смелости носить такие штаны, как у тебя.

Иззи… Он видел, что она смотрит на него темными, как обсидиан, глазами.

— Изабель… — Он так и не смог найти слова, которые мог бы сказать ей в присутствии Алека и Магнуса.

Шагнув назад, к центру круга, он махнул рукой:

— Ну чего, пока?

Ему показалось, что друзья ответили ему, но не смог разобрать слов. Они повернулись и пошли к дому.

Саймон не мог представить, что не поговорит с Клэри перед смертью, но, стоя с закрытыми глазами в центре круга, он слышал, как сад оглашается ее смехом, и видел свою прежнюю жизнь. Он вырос, и все изменилось. Может быть, ему стоит умереть? Лучшие его воспоминания были связаны с этим местом. Если ангел поразит его Небесным огнем, прах его развеется над яблоневым садом. Мысль об этом показалась ему примиряющей.

Он снова подумал об Изабель. Потом о семье — об отце, маме и Бекки.

Клэри, где бы ты ни была, ты всегда будешь моей лучшей подругой.

Он поднял книгу и принялся читать заклятие.

— Нет! — вскочила Клэри. — Ты не можешь этого сделать, Джейс! Они и вправду убьют тебя.

Он потянулся за рубашкой, надел ее и застегнул на все пуговицы.

— Сначала они попытаются отделить меня от Себастьяна, — сказал он так, будто сам не верил в это. — И если у них не получится, то да, они меня убьют.

Клэри потянулась к нему, но он отвернулся от нее и просунул ноги в ботинки.

— У меня нет выбора, Клэри, — сказал он, поднимая голову. — Это правильное решение.

— Это безумие! Здесь ты в безопасности. Ты не можешь жертвовать своей жизнью…

— Беречь себя — это предательство. Я стану оружием в руках врага.

— Плевать на предательство. Плевать на закон. Мне важен ты. Мы сами со всем разберемся.

— Мы не сможем с этим разобраться. — Джейс положил в карман стилус, а потом взял Чашу смерти. — Я скоро снова перестану быть собой. Я люблю тебя, Клэри. — Он встал и поцеловал ее. — Согласись с моим выбором, — прошептал он.

— Я отказываюсь, — решительно произнесла она. — Отказываюсь помогать тебе совершить самоубийство.

Но он уже шагал к двери, потянув ее за собой. Перешептываясь, они пошли по коридору.