Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

Тяжело дышавший, боярин медленно кивнул. Естественно, это ничего не меняло. Даже если у его сына не было умысла убить цесаревича, все равно он создал прямую угрозу жизни члена императорской фамилии. Словом, картина все равно была однозначной. Его сын покушался на жизнь цесаревича, наследника Российской империи. А это смертная казнь при любых раскладах.

Скуратов, уставившись в одну точку, мучительно размышлял, что ему теперь делать. Отдать единственного наследника под суд, чтобы его приговорили к смерти, было нельзя. Это не просто потеря для семьи, а фактическая смерть всего рода. Этот факт вызовет такой резонанс, что на влиянии Скуратовых можно смело ставить огромный и жирный крест. От них сразу же отвернется большая часть сторонников и союзников. Никто в здравом уме не станет дальше поддерживать отношения с тем, кто покушался на жизнь члена императорской фамилии. Война никому не была нужна.

— Тогда что? — боярин хриплым голосом озвучил вопрос, к которому сейчас пришел. — Ведь, это все и сам разговор не просто так, — мужчина обвел взглядом помещение. Мол, если все ясно и понятно, к чему тогда разводить все эти церемонии, к чему этот цирк с захватом и доставкой сюда? Ведь, можно было поступить гораздо проще. Просто придать все огласке и позволить действовать бюрократической машине, которая постепенно вытащит наружу все грязное белье. — Что ты предлагаешь? — от волнения он перешел на «ты».

Император вытащил из внутреннего кармана небольшое устройство, темную коробочку с сенсором для считывания отпечатка большого пальца. Активировал, и вокруг них образовалось силовое поле, не пропускавшее наружу ни единого звука. Значит, ему было что предложить. И предложение, по всей видимости, было особым, догадался Скуратов.

— Происшествие спишем на несчастный случай — взрыв силового блока в автомобиле, в результат чего пострадали наши дети. С твоим сыном поработает психолог безов, чтобы лишняя информация не ушла на сторону, — начал говорит император. — С цесаревичем после его выздоровления я сам поговорю. Никаких претензий у меня не будет…

Напрягшийся Скуратов слушал это и никак не мог поверить своим ушам. КАК? Император, о жесткости которого он был немало наслышан, мог предлагать такое. Ведь, он фактически, все спускал с рук. Разве такое может быть?

— Твое задержание, Еремей, в СМИ объясним спецоперацией. Аналитики поработают и выдадут красивую и правдоподобную версию, в которой ты останешься верным слугой императора…

Скуратов облизнул высохшие губы. Он, по-прежнему, не мог понять, к чему клонит император. Пока все, что он слышал, выглядело сплошной уступкой.

— Но за это, Еремей…

Похоже, сейчас, будет озвучено такое условие, что легче будет застрелиться. Боярин затаил дыхание. Что мог потребовать император? Его смерть за жизнь сына?! Его влияние в Боярской Думе? Долю в мегакорпорациях? Что?

— …Ты должен будешь завтра же…

???

Кодекс Ла Турна, первого интела человечества

Правило 98. Грамотно сформулированная проблема уже содержит в себе часть решения. В противном случае проблема сформулирована неверно или неточно.

Комментарий эксперта (почетный доктор физики, профессор Г.Н. Тармен). Содержание постулата не вызывает никаких сомнений, о чем свидетельствуют следующие аргументы. Во-первых, верная формулировка проблемы сразу же указывает на определенную сферу теоретического знания, что представляет собой сужение поля научного поиска. Во-вторых, использование специального научного языка при определение проблемы говорит, как минимум, на проработанность указанного вопроса на определенно уровне. Как говориться, чтобы что-то спросить, надо иметь минимальное представление о предмете твоего интереса. В-третьих, научная проблема, как теоретически значимый вопрос, а-априори основывается на достоверных предпосылках. То есть надежно установленных фактах и принятых теоретических положениях.

В полной мере согласен и со второй частью постулата о невозможности решения грамотно сформулированной проблемы. Невозможность решения возможна лишь тогда, когда проблема является мнимой (ложной, ненаучной, отвергнутой ходом науки) или сформулирована в неадекватной форме (форма представления проблемы, непригодная по каким-либо причинам для дальнейшего развертывания, обсуждения и решения).

— //-//-

Из полевого госпиталя Александра вновь повели в тюремный отсек фургона, где держали до всего этого. Усадили на специальное место и оставили одного. Хорошо, снова пристегивать наручниками не стали и рядом бутылку с обычной водой оставили. Хотя на выражение благодарности за спасение цесаревича это мало походило.

— …Странно, сыворотка подействовала на все 200 процентов. Когда я уходил, шло активное формирование нового кожного покроя. Тогда почему я снова здесь? — недоумевал он, время от времени с ожиданием поглядывая на дверь фургона. Такого затишья парень никак не ожидал. Все его расчеты говорили о том, что он, как минимум, должен был быть освобожден. — Ничего не понимаю. Очень странная благодарность…

Однако объяснение было довольно прозаическим. Просто за всеми событиями, последовавшими за резким восстановлением цесаревича, поднялся такой шум, что о виновнике этого неожиданного исцеления на какое-то время забыли. После же, когда вспомнили, стал решаться вопрос о том, что теперь делать. Естественно, отпускать на волю столь странную фигуру пока нельзя было в принципе.

— Ну, наконец-то, — обрадовано встал с места парень, когда сработал электронный замок двери и она мягко ушла в сторону. — Вспомнили о том, кому обязаны сегодняшним чудом? — усмехнулся он. — Теперь-то я точно свободен?

Оказалось, не все было так просто. Из тюремного фургона его под плотной опекой четырех агентов в штурмовом обвесе пересадили в наглухо затонированных внедорожник, который тут же рванул с места. Молчаливая охрана села рядом, прикрыв его со всех сторон. Похоже, его уже не сторожили, с охраняли, что об очень многом говорило. Его статус явно изменился с потенциального преступника на важную опекаемую особу.

— Это уже лучше, — лёгкая улыбка тронула его губы. Значит, его прогноз был верен: император демонстрирует свою заинтересованность. В противном случае, его бы уже давно «крутили», а может и потрошили безы. — Будем посмотреть, что произойдет дальше. Может я и ошибаюсь…

Произошедшие следом события, к счастью, ещё больше развеяли опасения Александра. Внедорожник привез его не в подземные казематы очередной спецтюрьмы имперской безопасности, а в небольшую частную гостиницу. Видимо, здесь привечали особых гостей.

Александра сразу же осмотрел весьма предупредительный врач. Тихий мягкий голос, участливый взгляд и сквозивший буквально из каждого движения специфический опыт. Его моментально просканировали с помощью многофункционального медкомплекса, проверив едва ли не каждую клетку. Нежные женские пальчики обработали все ранки и царапины, которые только нашлись на его теле. Пропальпировали все выпуклости и впуклости, что тоже говорили об