Клановые игры - Бронислава Антоновна Вонсович

– Перекидывайся.

– Мне и так хорошо. – Я переступила лапами, а потом демонстративно легла и зевнула. – Я прекрасно спала до вашего прихода и с удовольствием продолжу это делать дальше после вашего ухода.

– Лиза, мне нужно с тобой поговорить. Глядя глаза в глаза.

– Это можно будет сделать завтра, – уперлась я. – После того, как я отдохну и приду в себя.

– Я бы не рекомендовала тебе пока спать в виде рыси, – недовольно заметила княгиня. – Сначала ты должна показать своему зверю, кто у вас главный, иначе возможны серьезные проблемы.

– Неужели?

Я даже пожалела, что не перекинулась, поскольку мои нынешние голосовые связки не позволяли передать все испытываемые эмоции. А их было ой как много! Похоже, зверя мне выдали, а про пользовательскую инструкцию к нему забыли.

– Чем ты меня слушала? – удивилась правильно понявшая меня Рысьина. – Я тебе сразу сказала, что первой задачей у тебя должно быть обуздание собственного зверя. А ты позволяешь ему делать то, что он хочет.

– Ей, – капризно фыркнула я.

– Ему, ей – дела не меняет, – с явным раздражением ответила Рысьина. – Продолжишь в том же духе – и я положительно отнесусь к предложению Волкова.

– А что он предложил? – заинтересовалась я, всей пушистой попой чувствуя, что ничего хорошего и что неприятное предложение связано со мной.

Не отвечая, княгиня прошла к окну и уставилась в него, словно вид был необычайно вдохновляющий. Понятно, намекает, что дальше разговор пойдет только на ее условиях. Можно было покапризничать и дальше, но я уже окончательно проснулась и поняла, что вернуться к досмотру увлекательного сна не получится, зато стало любопытно узнать, ради чего княгиня примчалась с такой скоростью. А примчалась она наверняка сразу после визита Волкова: судя по часам, проспала я всего ничего. Так что я оделась со скоростью, достойной армии: во всяком случае, в нормативы уложилась бы точно, если здесь таковые вдруг есть.

– Итак, что хочет Волков? – спросила я, пристраиваясь рядом с Рысьиной, и на всякий случай выглянула в окно: мало ли, вдруг там действительно происходит что-то интересное.

– О чем вы с ним сегодня разговаривали? – вместо ответа спросила она, не отрываясь от статичной картины сада Владимира Викентьевича, в котором, увы, никакой снежной бабы не было.

– О том, что Рысьины задолжали Волковым и что он хочет взять меня в счет погашения долга, – вспомнила я. – Но предупреждаю сразу: задолжали вы, пусть он вами и берет.

Княгиня насмешливо фыркнула, наверняка представив волковскую физиономию при таком встречном предложении. С другой стороны, возможно, при всестороннем обдумывании этот вариант Волковых устроил бы намного больше: вдруг получится объединить два клана и тем самым добиться значительных преимуществ? В конце концов, личной жизнью отдельного волковского представителя можно пренебречь ради глобальной цели.

– Строго говоря, задолжала не я, а твой отец, – внезапно помрачнев, ответила Рысьина. – Как ты понимаешь, он при всем желании вернуть долг не сможет, так что долг переходит на тебя.

Говорила она, не отрывая взгляда от целительского сада, в котором не происходило ровным счетом ничего. Наверное, стыдно было смотреть мне в глаза.

– Легко внушить нужное тому, кто ничего не помнит, правда? Но Волков четко сказал: долг клана, а не моего отца, так что переложить ответственность у вас не получится. Расплачивайтесь за свои долги сами!

Чуть было не бросила, что могли бы подобрать другого жениха Волковой, если уж мой отец так сильно влюбился в мою маму, что никого больше не хотел видеть рядом с собой. Нет, не могли. Тогда бы не было Оленьки. И Николая. И даже Пети, хоть он и вредный молодой человек, но все же не заслуживает того, чтобы его не было. Нет, что случилось, то случилось.

Княгиня повернулась ко мне. Рот ее зло искривился, а глаза зажглись зеленью, не сулящей мне ничего хорошего.

– Ты словно нарочно выводишь меня из себя! – выпалила она. – Волковы считают это долгом клана, с чем я согласилась, хотя твой отец действовал на свой страх и риск, не согласовывая со мной.

– А если бы согласовывал, вы бы его отговорили?

– Я бы помогла устроить все так, что Волковы никогда не догадались бы. Мало иметь нужную информацию, надо еще уметь ею воспользоваться. Не стоит действовать в одиночку, если можно задействовать силы клана. Но Дмитрий хотел доказать… Впрочем, неважно.

Она недовольно посмотрела, словно я всеми правдами и неправдами пыталась выспросить у нее клановые тайны, лезть в которые у меня не было ни малейшего желания, пусть к ним меня подпихивали, чуть ли не тыкая носом. Пока я успешно уворачивалась, но стоит только проявить заинтересованность или показать слабину – увязну по самые кончики ушей. Вместе с кисточками увязну и уже не вылезу, поскольку Рысьина в плетении паутины куда более натренирована, чем я – в выпутывании из оной. Сейчас явно прозвучал намек, что дело вовсе не в неудачной помолвке отца и Анны Васильевны, Оленькиной мамы. Но Рысьина зря рассчитывала, что я начну расспрашивать.

– В любом случае долги моего отца – не мои долги. Да вы и сами сказали, что приняли их на себя.

– О боги! – Она возвела очи горе. – Что за несносная девчонка? Разве я говорила, что собираюсь заставить тебя выплачивать долги Дмитрия?

– Вы пытаетесь надавить на мою сознательность.

– Нельзя надавить на то, чего нет, – усмехнулась княгиня. – Я просто проясняю ситуацию. Да, у Волковых есть обоснованные требования к нашему роду, но не факт, что мы согласимся с запрашиваемой ценой.

– Я точно не соглашусь. – Я вызывающе прищурилась. – Мне не нравится Волков. Да и наложить лапу он хочет не столько на меня, сколько на артефакт.

– Положим, хотеть он может много чего, – поморщилась княгиня. – И наша задача, чтобы его желания остались при нем.

– Лучше, чтобы он начал желать чего-нибудь другого. Или кого-нибудь, – предложила я.

– Увы, это точно не в моих силах. – Она постучала пальцами по подоконнику, на котором остался ряд неглубоких дырочек. А ведь княгиня взвинчена до предела, если не обращает внимания на такие мелочи. – Видишь ли, Лиза, если я отвечу отказом на поступившее от него предложение, то он вправе тебя похитить и никто его за это не осудит.

– Что? – вытаращилась я на нее. – Я несовершеннолетняя. Я учусь в гимназии. Похищение детей карается по закону.

– Ой, боги, деточка нашлась, – медово протянула княгиня. – То-то в клан женихи зачастили. Одного ты сама успешно за нос водишь, от второго еле избавились, так третий сразу с туза пошел.

– Третий – это Волков, а второй кто? – напряглась я.