Диабло для дьявола - Мурат Янг

круга. Я жадно облизнулся от одной только возможности накладывать чары. И тут требовалась магия именно пятого круга.

Сам я владел лишь одним заклинанием четвертого. Мы все скинулись золотом, чтобы собрать эту тысячу. Как итог, теперь я могу заряжать зачарованные предметы. Заряжать, но не зачаровывать, как это может, к примеру, Корвина Ната.

Мы все ругались, кто как умел. Минут через пять начало понемногу отпускать.

— Ну и что теперь? — спросила Вероника.

— Теперь поблагодарим Астралку, — буркнул Центурион. Он все еще не мог унять свое разочарование. — Взяла тупой квест, и мы теперь в ловушке на целые сутки.

Склонив голову, Астралка молчала.

— Да кто ж знал-то? — огрызнулся я в её защиту. — Как можно было предвидеть, что обещанный суперквест объявят, когда мы заперты на этом треклятом острове?

— В итоге, — снова повторила Вероника уже более настойчиво. — Что теперь?

— Мы здесь заперты. Поделать ничего нельзя, но заняться есть чем. У нас все еще есть квест с тюленями.

— Будь они неладны, — не унимался Центурион.

— Астралка, а что там по квесту-то? — спросил я, решив, что проще игнорировать брюзжание Центуриона, чем спорить с ним. — Зачем этому Кирстану тюлений жирок?

— Всё просто. Он поспорил со своим коллегой из другого города, что суп, сваренный на этом жире, поднимает все основные характеристики на два пункта.

— А это так? — насторожилась Вероника.

— Кто знает? Может и нет. Но Кирстан уверен в этом.

— А про тюленей он что-нибудь сказал? Опасны они? — спросил я.

— Про них он ничего не сказал. Но упомянул, что единственный проход к озеру, возле которого те обитают, охраняется свирепыми белыми медведями.

— И ты только сейчас об этом говоришь? — разозлился Центурион.

Я промолчал, хотя теперь был полностью на стороне нашего римского воителя. Торопливо полистав бестиарий, я нашел упомянутых мобов. Нам предстояла непростая задачка.

— Они довольно сильны, выносливы и агрессивны. Опасны в ближнем бою и не любят огонь. К холоду хороший иммунитет. — Я подробно расписал указанные характеристики.

— Сильные, да. Но если их не окажется слишком уж много, то сдюжим, — обрадовалась Астралка.

— Сдююююжим! — передразнил Центурион. — Если бы ты сразу про них сказала, то мы бы набрали кучу огненных свитков и сдюжили бы хоть с целой стаей. А теперь всё упирается в это «если».

Мы дружно проигнорировали нашего ворчливого соратника.

— Пошли уже. — Я повернулся в сторону отвесных белых скал вдали и зашагал. Друзья двинулись следом.

Ледяная гора приближалась, и скоро стало ясно, что она образует круговую гряду в центре острова. По закону жанра, проход сквозь это кольцо был лишь один. Он-то и охранялся полярными мишками.

То, что я издали определил как проход между скал, именно им и оказался. В какой-то момент за ним увиделось замерзшее озеро. Тут-то и появились обещанные белые свирепые медведи.

Они скакали на четырех лапах, скалили зубы и низко рычали. Надвигались группами по три-четыре особи. Я насчитал три такие группы.

Посох уже был в руке. Я мог только порадоваться, что мой прежний — со свирепой вьюгой — остался в доме Центуриона. В последнее время мне нравилось работать с огненными шарами. Жаль, что в нем было лишь десять зарядов. Но разве это проблема, если я и сам мог заряжать их?

«Фьють-фьють-фьють!» — одна за другой полетели стрелы Астралки. Ее новый зачарованный лук взводился очень быстро. Да и ловкость кентавры солидно выросла за эти два месяца.

«Фьють!……. Фьють!……. Фьють!…….» — Орчиха Ника тоже начала стрелять, пока медведи на отдалении. Но ей такая скорость была неподвластна. Не та ловкость, не тот лук.

— Эй! Ты чего уставился? — рыкнул на меня Центурион. Сам он готовился метнуть в ближайшую группу медведей какой-то свиток.

Я опомнился и направил свой посох.

«Вжууух!» — первый шар устремился к кучке из белых шкурок. «Бабааах!!!».

Огненный шар, как и свирепая вьюга, — магия третьего круга. В отличие от своего морозного собрата, он не подбрасывал жертву, но при взрыве создавал такую мощную волну, что те все равно разлетались кто куда. Но тут очень важно было попасть, а не просто в нужную сторону шарахнуть. Зато если попал, то и урон от огненного шара превосходил свирепую вьюгу.

Три медведя разлетелись. Один влево, второй вправо. Последний назад. Ему повезло меньше всех — подняться уже не смог.

Я метнул еще два шара, чтобы разбросать остальные группы. Но к тому моменту появились еще две, в каждой по три медведя. Отделаться дальним боем не удалось. Худо-бедно медведи добрались до нас.

— Получи́те! — Центурион наконец метнул свой свиток.

И он еще попрекал меня в медлительности? Но худшее, что магия свитка оказалась морозной — знобящий ветер. Неплохое заклинание второго круга, отбрасывает врага. Но чем он слушал, когда я зачитывал описание свирепых белых медведей? Сказано же — хороший иммунитет к холоду.

Медведя обдало ветром, но даже не затормозило. Центурион поспешно метнул еще два свитка, но и они оказались тем же самым — знобящим ветром.

— Блин! — воскликнул незадачливый римлянин. В его руке появился меч.

Вот только медведь уже возвышался перед ним и замахивался своей гигантской лапищей. Одна за другой в него врезались стрелы Астралки, та стояла в паре метрах позади Центуриона и пыталась помочь. Но стрелы отнимали слишком мало здоровья у столь бронированного монстра.

— Знойвет! — заорал я во все горло и стрельнул рукой в медведя.

С моего кулака сорвался воздушный поток. Почти такой же, как у Центуриона, с тем отличием, что он из стихии огня.

Медведя обдало жаром, и белая шкурка заметно подпалилась. Это замедлило его, но лишь на три секунды — ровно столько действует эта магия. Центуриону этого не хватило, и он, ошарашенный, не нанес удар.

Зато ударил медведь. Занесенная лапа махнула наотмашь, и Центурион отлетел метров на пять. Он выжил — спасла броня и прокаченная выносливость. В руке сразу появилась целительная скляночка.

— Ой! Мама! — взвизгнула Астралка.

Кентавра оказалась открытой, и медведь, упав на четыре лапы, побежал к ней.

— Знойвет! Знойвет! Знойвет! — орал я. Метнуть огненный шар не рискнул — слишком близко Астралка.

Медведя палило, но уж вовсе не задерживало. Краем глаза я видел, что Ника в одиночку сражается аж с тремя медведями, Центурион только-только начал подниматься, а Астралка, похоже,