Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

как получила ключи от домика, рухнула на кровать и заснула мертвым сном на сутки. Так прошел ее первый день. Второй день она провела более активно – сделала вылазку в кухню, попила кефира и снова легла спать, даже не глядя в сторону чемоданов. Вечером она нашла в себе силы немного прогуляться и посидеть на веранде, а потом приняла душ и снова легла спать. И вот сегодня, проснувшись и стряхнув, наконец, с себя остатки сна, Фатима поняла, что отдохнула. Энергия снова билась в ней, поднимая ее и заставляя выбраться из постели, и Фатима, последний раз потянувшись, быстро спрыгнула с кровати и тут же заправила ее. За окном ярко светило солнце, и возникшее вдруг сильное желание прогуляться очень обрадовало девушку, ведь еще вчера она чуть ли не силой тащила себя на веранду. Значит, она снова вошла в колею, снова стала собой. Что ж, значит и привычный график никто не отменял, подумала Фатима и с улыбкой принялась распихивать чемоданы и горы вещей, расчищая себе место для зарядки. Надо будет немедленно их разобрать, решила она, в ближайшие две недели они мне, надеюсь, не понадобятся.

Когда с зарядкой и душем было покончено, она влезла в джинсы и кофточку Лилии и отправилась на кухню готовить завтрак, так и не надев парик – здесь ее никто увидеть не мог, ведь кухня выходила к лесу, а соседей у нее к счастью не было, поэтому она вполне могла себе позволить хотя бы утром отдохнуть от дополнительной шапки волос на голове. Доставая из холодильника молоко и творог, Фатима еще раз поблагодарила себя за привычку все делать заранее, если бы она не позаботилась о продуктах, документах и гардеробе для новой личности заранее, неизвестно где бы она сейчас спала и что ела.

Залив кашу горячим молоком, она взяла баночку с творогом и отправилась в гостиную, плотно задернув все шторы на окнах – лишние взгляды ей были не нужны. Когда комната погрузилась в приятный полумрак, Фатима уселась на диван и потянулась к пульту телевизора. Она проспала два дня и ничего не слышала об убийстве, которое совершила, а ей надо было знать, как идут дела, просто необходимо было знать, есть ли зацепки и как продвигается расследование. Наверняка об этом трубят все каналы, думала она, а что творилось со СМИ в самый первый день после убийства даже представить невозможно. Что ж, посмотрим на истерику общества, решила она, устраиваясь поудобнее и нажимая кнопку включения на пульте. На удивление все каналы ловились и показывали если и не совсем отлично, то вполне сносно, вот только новостей ни на одном из них не было. Фатима трижды прошлась по всем каналам, но везде показывали либо дневные мыльные оперы, либо какие-то истеричные ток-шоу.

– Дерьмо. – Выругалась девушка и пошла обратно в кухню за своей кашей.

Часы на кухонном шкафчике показывали 14:25. Когда же показывают новости, задумалась Фатима, смотревшая телевизор крайне редко, наверное, в три по какому-нибудь каналу покажут. Не выключая телевизор, она убрала громкость и принялась за свой завтрак. Когда она закончила, до новостей еще оставалось около 15 минут, она вполне успевала еще одно дело. Фатима принесла из спальни свой ноутбук и устроилась с ним на веранде, попутно прислушиваясь к звукам телевизора. Она так устала, что даже не проверяла свою почту и банковские счета, но теперь она отдохнула, поэтому самое время узнать, перевели уже всю сумму на ее счет или нет, и что пишут ей люди.

Открыв свой почтовый ящик, она первым делом вскрыла письмо от заказчиков депутата. Они поздравляли ее, благодарили, засыпали комплиментами и, что самое главное, сообщили о переводе второй полвины ее гонорара на указанные ею счет. Что ж, пора проверить. С улыбкой Фатима углубилась в дебри электронной паутины, действуя так, как научил ее один известный хакер, снабжающий ее – и не только – документами и информацией. Все правильно, она стала богаче еще на несколько миллионов, вот теперь она может расслабиться и принять все сказанные в ее адрес комплименты. Ничто так не льстит женщине, как искренний комплимент, подумала она, а искренним он становиться только тогда, когда имеет под собой солидную материальную основу.

Счастливая и довольная, Фатима захлопнула крышку ноутбука и рассмеялась, откинув голову назад. В данный момент она была абсолютно довольна и счастлива, предвкушая предстоящий отдых в этом тихом и красивом месте, но прежде ей, все же, необходимо было выяснить, как прошло предыдущее дело, и только потом, если все хорошо, полностью окунуться в отдых. Ну а если что-то и пошло не так, ее все равно не поймают, она умна и она умеет заметать следы, так что самое время выкинуть проблемы из головы и развеяться. Как по команде из гостиной до нее долетели звуки заставки трехчасовых новостей.

– Это мой звездный час, – улыбнулась Фатима и зашла в дом.

«Добрый день, в эфире выпуск новостей, – начал диктор, и Фатима с улыбкой устроилась на диванчике поудобнее. – Главные темы дня: президент Путин поддерживает национальный проект по обеспечению жильем военных и их семей; в Дагестане на заложенном террористами фугасе подорвался грузовик с российскими военными, погибло 10 человек, ранено 17; а так же: предвыборная гонка за кресло мэра самого главного города страны, дерзкое убийство кандидата в мэры столицы Юрия Долгова рискует остаться так и не раскрытым. А теперь эти и другие темы подробнее».

Фатиму мало интересовал национальный проект и мнение президента по этому поводу, так же мимо ушей она пропустила события в Дагестане, все ее внимание было направлено на репортаж об убийстве кандидата, и она с нетерпением ждала его, покусывая губы и еле заметно улыбаясь. Как назло время тянулось медленно, и каждый сюжет ей казался длиннее, чем какой-нибудь полнометражный фильм. Но вот, наконец, на экране мелькнул последний кадр с кавказскими пейзажами, и она вновь увидела строго одетого диктора, смотрящего в камеру жестким взглядом. Не иначе, всем видом хочет показать, как страну в его лице возмутило убийство кандидата в мэры, подумала Фатима. Цирк, да и только. Ничего своего, всё наносное, всё искусственное, всё навязанное со стороны. Когда надо улыбаться – они улыбаются, даже если им не весело, когда надо пролить слезу – они прольют, опуская глаза, чтобы никто не видел их истинного выражения, когда надо скорбеть – они будут говорить громкие и такие же пустые, как и их души, слова, но никогда люди не покажут истинных себя. Может, потому, предположила Фатима, что внутри они все пустые, внутри их просто нет?