Даггер: Инициация - Денис Александрович Агеев

Больше не думая ни секунды, я активировал улучшение.

Начата активация нейроактивации «Улучшенная регенерация тканей — 1»

Время до завершения: 3:59

Вот и все. Баланс энергопотенциала снова вернулся к прежнему значению, а возможности моего напичканного наноботами тела стали стремительно расти. Через четыре часа я стану куда лучше себя прежнего. Усталость снова надавила на меня многотонной глыбой, и я не стал противиться подступающей дреме. Нужно было как следует отдохнуть, потому что завтра меня ожидало серьезное испытание.

***

Как обычно это бывает во сне — я просто оказался в этом месте. Не пришел, не упал откуда-нибудь сверху, а просто появился. В уже знакомой комнате, обшитой стальными пластинами с заклепками и с окнами, за которыми был изображен унылый пейзаж песчаной планеты Руфус.

— Приветствую, Алекс, — произнес тип в светлом балахоне с накинутым капюшоном. Лица было скрыто, как и в прошлый раз. Он стоял в паре метров от меня, скрестив руки у груди. Ладоней тоже видно не было — он их спрятал в широких рукавах, с замысловатыми угловатыми украшениями на оторочке.

— Опять ты? — хмыкнул я, оглядываясь. — Мог бы и обстановку немного поменять.

Тип в балахоне не ответил. Он изучал меня взглядом, хотя я и не видел его глаз. Он словно был повсюду.

— Ты справился с поручением и получил награду, — констатировал он.

Я кивнул. Говорить о том, что не все прошло гладко, мне не хотелось, но слова полились сами, будто кто-то внутри меня открыл невидимый клапан. Видимо, так работало пси-принуждение или еще что-то в этом роде.

— Генералу Торну все же удалось получить одну ампулу с тем… веществом. Он забрал ее с собой для изучения.

— Я знаю. Но он будет молчать. Пока.

— Неужели?

— Да. Потому что он должен получить и другие улики.

— Улики чего?

— Причастности Девяносто Девятого к налетчикам.

— Все-таки он причастен к инциденту? Напрямую? — осторожно спросил я, в душе надеясь на отрицательный ответ.

— Не совсем, — покачал головой незнакомец и добавил: — Хотя ответ скорее «да», чем «нет».

— Что это значит? — нахмурился я.

Тип в балахоне снова замолчал. Опять стал пристально меня разглядывать, хотя я по-прежнему не видел и сантиметра его лица.

— Я хочу тебя отблагодарить за выполнение задания, — спустя время сказал он.

— Профессор уже отблагодарил.

— Я знаю. Но — только профессор. А теперь позволь это сделать мне.

Я опять недоверчиво нахмурился. Шизофреническая часть личности профессора начала меня раздражать. Все эти его игры со скрытностью и недоговоренностью мне совсем не нравились.

— И что дальше? — спросил я.

Незнакомец тянул время. Как будто оно было бесконечным.

— Ты уже знаешь, что в твоем нейроинтерфейсе есть множество скрытых протоколов, которые могут быть активированы в любое время по прихоти некоторых лиц. И ты никак не сможешь противостоять их действию.

Я кивнул.

— Это было сделано для контроля над участниками проекта. Это — необходимая мера безопасности, — добавил он.

— Я понимаю, хоть мне это и не нравится, — сказал я.

— Так вот, у меня, как у создателя этой системы, есть антиблокиратор. Знаешь ли, такие как я всегда любят подстраховываться. Как у строителей домов в планировке всегда есть запасные ходы, так же и у нас всегда имеется под рукой антидот от нами же изобретенных ядов.

— Ты хочешь выдать мне антиблокиратор, чтобы я смог в случае чего отменить скрытые протоколы?

Незнакомец кивнул.

— Но… зачем?

— Твоя миссия… Кто знает, с чем ты можешь встретиться по ту сторону портала. Налетчики похитили много данных, возможно, они уже смогли разобраться в устройстве нейроинтерфейсов, а значит, есть вероятность, что они смогут с легкостью остановить тебя, как только ты появишься у них на пути.

Я задумался. В словах незнакомца был немалый резон.

— Логично, — кивнул я.

— Чтобы запустить протокол, тебе нужно ввести контрольную фразу в командной строке инфолинка. Она звучит так: «Кронос, гори в аду!». После этого все блокирующие твои действия скрытые протоколы отменятся.

— Кронос — это чье-то имя?

— Это не имеет значения. Тебе только нужно ввести эту фразу. И все.

Странно, и почему сам профессор не сказал мне об этом, а послал своего ментального двойника, окутав все происходящее туманом загадочности? Может, потому что и не знал о том, чем занята теневая сторона его личности? Но ведь тогда, при передаче блоков с энергопотенциалом, он даже не спросил, зачем я пришел, а сразу передал награду, а значит, знал, что к выведению его из комы я причастен более чем полностью.

Ничего не пойму…

— Все-таки, кто же ты такой? — спросил я. Мне начало казаться, что незнакомец в балахоне — вовсе не теневая сторона личности Шоя, и не его альтер-эго, по непонятным причинам отсоединившееся от хозяина. Но тогда кто он?

Тип в балахоне опять принялся тянуть время. Он словно издевался надо мной. Я почти чувствовал, как она наслаждается моей беспомощностью и непониманием.

— Я тот, кто тебе помогает. Тебе же нужно только принять эту помощь. А теперь… прощай.

Спустя миг комната с окнами, выходящими в пустынный иллюзорный мир, накрылась тьмой, а вместе с ней и я.

Глава 29

Глаза открылись, словно по чьей-то ментальной команде. Мутные хвосты сонливости все еще обволакивали сознание, но я понимал, что пора просыпаться. Обычно перед сложными заданиями спалось плохо, но я же вопреки всему беззаботно провалялся в отключке несколько часов. Мне даже казалось, что единственным сном было только пси-вмешательство таинственного незнакомца, передавшего код по отключению активных скрытых протоколов. Удивительно, но фразу я помнил четко. «Кронос, гори в аду!» Кто этот Кронос и почему теневая сторона личности профессора желает ему столь незавидной участи, я, похоже, так никогда и не узнаю. Впрочем, это и неважно. Главное — чтобы эта кодовая фраза выполняла свою функцию.

Тело еще помнило вчерашние тренировки, хотя усталости и вялости в мышцах я почти не чувствовал. Если оценивать себя по десятибалльной шкале, то своему состоянию я бы выдал восемь пунктов.

Пролежав с четверть минуты, я встал с койки и аккуратно стянул с живота повязки. Боли не было уже вчера, но легкую скованность в местах ранений я пока что чувствовал. Но вот сегодня от былых ощущений не осталось и следа. Ожоги были плотно покрыты тонкой коркой, которую я с легкостью отодрал. Под ней же теперь темнели пятна полностью зажившей кожи. Я снял повязки с ноги и плеча и обнаружил под ними ту же картину. Похоже, нейроактивация «Улучшенная регенерация тканей» принялась за свою работу сразу после активации,