Стеклянный трон - Сара Дж. Маас

У Селены слезились глаза — конечно же, от ветра, нещадно дувшего ей в лицо.

— За то, что я буду биться не только за свою свободу.

Шаол молча сжал ее ладонь, проведя большим пальцем по подаренному ей кольцу.

— Начинаем второй поединок! — зычно крикнул король.

Капитан еще раз сжал ей руку. Его пальцы были удивительно теплыми.

— Устрой ему тьму кромешную.

Могила вошел внутрь круга и неспешно вытащил меч из ножен. Селена распрямила плечи и тоже шагнула внутрь. Она торопливо поклонилась королю и своему противнику.

Он ухмылялся, глядя, как она слегка согнула колени, сжимая обеими руками красивую, но явно бесполезную чужеземную палку.

«Рано улыбаешься, коротышка. Скоро от твоей ухмылки не останется и следа».

ГЛАВА 48

Как Селена и ожидала, Могила бросился к ней, надеясь ударить мечом в середину посоха и сломать ее оружие. Но Селена успела отскочить, и меч Могилы рассек воздух. В это время она другим концом посоха ударила противника в спину. Могила зашатался, однако устоял на ногах. Резко повернувшись, он приготовился к новой атаке.

На этот раз Селена приняла удар, наклонив посох так, чтобы меч соприкоснулся с его нижней половиной. Крепкое дерево посоха защемило лезвие, и тогда Селена прыгнула к противнику. Могила забыл, что у посоха есть еще и верхняя половина, и когда он ударил по нижней, верхняя с той же силой въехала ему по лицу. Могила попятился назад, но тут его уже ждал кулак Селены. От боли у нее заныли костяшки пальцев. Судя по хрусту, она сломала Могиле нос. Не желая, чтобы ее забрызгало кровью, Селена проворно отскочила. Могила превратился в разъяренное животное, начисто утратив способность думать.

— Ах ты, дрянь! — прошипел он и вновь кинулся к Селене.

Она встретила его удар, держа посох обеими руками. Дерево было крепким, но все же не крепче металла, и посох издал жалобный, похожий на стон, звук.

Селена толкнула Могилу и стремительно повернулась, ударив его по голове металлическим наконечником. Могила и на этот раз устоял на ногах, хотя казалось, он вот-вот свалится. Он тяжело дышал, вытирая рукавом окровавленный нос. Глаза злобно сверкали. Его конопатое лицо сейчас напоминало звериную морду. Он и вел себя как зверь, которому нечего терять. Собрав все силы, Могила бросился к ней, целя мечом прямо в сердце. Он был слишком быстр и разъярен, и прямое столкновение не сулило Селене ничего хорошего.

И тогда она припала к плитам веранды. Меч просвистел у нее над головой, и в это время Селена что есть силы ударила Могилу по ногам. Он не успел даже вскрикнуть, как уже валялся на полу. Селена ногой придавила ему руку, сжимавшую меч, а сама склонилась над ним, держа металлический конец посоха возле самого его горла.

— Меня зовут Селена Сардотин, — прошептала она, наклоняясь к уху Могилы. — Но это дела не меняет. Я все равно разделаюсь с тобой, как бы ты меня ни называл — Селеной, Лилианой или даже дрянью.

Улыбаясь, Селена выпрямилась. Могила очумело смотрел на нее. Кровь из сломанного носа текла по щеке. Селена достала из кармана носовой платок и бросила ему.

— Это тебе мой прощальный подарок, — сказала она, покидая веранду.

Выйдя за пределы круга, Селена вернулась туда, где стоял Шаол.

— Сколько времени длился поединок? — спросила она и заметила улыбающуюся Нехемию.

— Минуты две.

Селена улыбнулась Нехемии, слегка качнув посохом, и кивнула капитану. Она ничуть не устала.

— Я справилась быстрее, чем Кэйн.

— И Могиле досталось сильнее, чем Ренальту, — улыбнулся Шаол. — А что это тебя потянуло бросить ему платок?

Селена уже собиралась ответить, но король поднялся с трона, и все замолчали.

— Вина победителям! — приказал король.

Кэйн приблизился к столу. Селена не шевельнулась, продолжая стоять рядом с Шаолом.

Король махнул рукой Кальтене, и та взяла серебряный поднос с двумя чашами. Одну она подала Кэйну, другую поднесла Селене. Затем Кальтена вернулась к столу и, драматично воздев руки, произнесла:

— В знак доброй веры и в честь великой Богини. Пусть вино в этих чашах станет вашим приношением Матери, от которой мы все родились. Пейте, и да пребудет на вас ее благословение, и да умножит она вашу силу.

Селене захотелось пихнуть ее в бок. И кто только сочинял для нее эту глупейшую речь?

Кальтена поклонилась обоим претендентам. Селена поднесла чашу к губам. Видя, как она пьет, король почему-то улыбался. Затем Кальтена взяла у нее опустевшую чашу, подошла к Кэйну, взяла его чашу, сделала реверанс и удалилась.

«Победи. Победи. Победи. Расправься с ним как можно быстрее», — твердила себе Селена.

— Приготовиться! — рявкнул король. — По моему знаку начнете поединок.

Селена вопросительно посмотрела на Шаола. Неужели ей не позволят хотя бы немного отдохнуть? Дорин удивленно изогнул брови, обратившись к отцу с немым вопросом. Однако король ничего не желал замечать.

Кэйн вынул меч и, криво усмехаясь, вышел на середину круга, где занял оборонительную позицию.

Если бы сейчас Шаол не коснулся ее плеча, Селена бы точно наговорила ему гадостей. Но он только провел рукой по плечу. Селена впервые увидела в его золотисто-карих глазах тревогу и надежду. Его грубоватое лицо излучало силу, и Селена невольно залюбовалась знакомыми чертами.

— Не проиграй, — совсем тихо прошептал он. — Мне вовсе не хочется сопровождать тебя обратно в Эндовьер.

Мир по краям подернулся туманом. Шаол отошел с высоко поднятой головой, не обращая внимания на ослепительное сияние, исходящее от короля. Селену удивили непривычные ощущения, и она отнесла их на счет выпитого вина.

Кэйн сделал несколько шагов в ее направлении. Широкое лезвие его меча сверкало, отражая солнечный свет. Селена глубоко вздохнула и вошла в круг.

— Начинайте! — прорычал покоритель Эрилеи.

Селена встряхнула головой, прогоняя туман перед глазами. Она держала посох, как меч, и следила за Кэйном. Тот начал ходить кругами. Ей до тошноты был противен вид его мускулов. Что такое? Дымка перед глазами никак не желала рассеиваться. Селена стиснула зубы и снова встряхнула головой. Пусть Кэйн и сильнее ее, она сумеет обратить против него его же силу.

Кэйн атаковал быстрее, чем она ожидала. Понимая, что меч Кэйна может перерубить посох, Селена старалась избрать как можно более щадящий угол, готовясь отскочить сразу же, как услышит треск дерева.

Но Кэйн ударил слишком быстро, не оставив ей времени для маневра. Лезвие глубоко впилось в дерево. У Селены заныли руки. Не дав ей опомниться, Кэйн выдернул меч и вновь двинулся в атаку. Селена была вынуждена отступать, отражая удары металлическим наконечником посоха. Во всем ее теле ощущалась непонятная тяжесть и медлительность. Голова кружилась. Неужели она заболела? Ощущение тошноты тоже никак не исчезало.

Призвав на помощь всю силу и умение, Селена оторвалась от Кэйна. Если она и вправду заболела, нужно закончить поединок как можно быстрее. Нечего красоваться и хвастать своими навыками. Если та книга не лжет, Кэйн забрал себе силу всех убитых претендентов.

Нельзя без конца отступать. Так недолго оказаться и за меловой чертой. Селена перешла в наступление. Без стремительности, спокойно и последовательно. И так же спокойно и последовательно Кэйн парировал все ее атаки. Каждое соприкосновение меча с посохом срезало все новые и новые стружки, пахнущие лотосом.

Ее уши глохли от ударов собственного сердца. Треск посоха становился все невыносимее. И откуда эта противная вязкость, как будто она сражается не на воздухе, а в густом киселе?

На какое-то время Селене стало легче. Ее атаки снова обрели скорость и силу. И все напрасно. Кэйн смеялся ей в лицо, а она едва не кричала от злости. Несколько раз Селена оказывалась в очень выгодном положении, чтобы подножкой опрокинуть его на пол, но по непонятной причине ее движения теряли быстроту и ловкость. Если же она подбиралась к Кэйну совсем близко для непосредственной атаки, он вдруг с усмешкой ускользал, будто наперед знал ее замыслы. Она чувствовала себя мышью, с которой играет кот. Спешить ему некуда. Игра его пока развлекает, а когда надоест, он прикончит мышь одним ударом лапы.

Селена взмахнула посохом в воздухе, надеясь ударить по незащищенной шее Кэйна. Но он в последний момент парировал удар, отщепив еще кусочек от ее оружия. Она попыталась нанести удар в живот — Кэйн снова увернулся.

— Мы плохо себя чувствуем? — язвительно спросил Кэйн, сверкая белоснежными зубами. — Может, это наказание за излишнее любопытство?

БУМММ!

Нижний конец ее посоха ударил Кэйна в бок. Противник скрючился, и тотчас же Селена добавила удар ногой, опрокинув его. Кэйн шумно рухнул на пол. Улыбаясь, она замахнулась посохом, но чуть не взвыла от судороги, охватившей все тело. Когда судорога ушла, ушли и силы.