Русские разборки - Джеки Коллинз

Едва переступив порог, она ощутила приступ неуверенности: девушки на обложках такие изящные и холеные, а она? Хорошенькая? Да, хорошенькая, но, с ее точки зрения, ничего особенного.

«Брось эти мысли! — предостерег внутренний голос. — Ты не такая, как все, ты можешь добиться всего, что пожелаешь. Будь поуверенней, девочка!»

Она решительно шагнула к стойке.

— У меня встреча… с Брюсом.

Секретарша-азиатка, увлеченная телефонным разговором, скользнула по ней взглядом.

— А вы… ?

— Либерти. О встрече договаривалась Беверли.

— Я доложу, что вы пришли, — пообещала секретарша. — Присядьте.

Либерти села и взяла в руки журнал с Тайрой Бэнкс на обложке. Она принялась разглядывать экзотические черты известной манекенщицы. Вот это была красотка — не такая, как все!

Минут через десять секретарша указала ей, куда пройти.

Брюс сидел за большим, заваленным бумагами столом. Это был белый мужчина средних лет, заядлый курильщик. Лицо у него было мясистое, с очень густыми бровями, а волосы зачесаны так, чтобы скрыть лысину.

— Либерти, — сказал он, и прилипшая к нижней губе сигарета дрогнула. — Входи. Садись. Беверли тебя очень хвалит.

— У меня не было времени подготовиться, — бросилась оправдываться она, чувствуя неловкость из-за своего простенького наряда.

— Подготовиться к чему? — удивился Брюс, роясь в пачке бумаг на столе. — Идеальная фотомодель — это чистый холст. Дело фотографа и заказчика — создать нужный образ. А мнению Беверли я доверяю. Она, похоже, считает, в тебе что-то есть. Неважно, что именно.

— Вы мне льстите, спасибо!

— Брось! Ничего личного. — Он глотнул из банки диетической колы. — Где твой альбом?

— Альбом? — тупо переспросила Либерти.

— Ну, фотографии, дорогуша, — пояснил Брюс, роняя пепел на стол. — Портфолио.

— У меня его нет, — пояснила она. — Понимаете, я вообще-то не думала стать моделью — это Беверли предложила мне попробовать. На самом деле я певица.

— Какой у тебя рост? — спросил он. Его совсем не интересовало, кем она хочет стать.

— Сто семьдесят пять.

— Для подиума маловато.

— А-а… — У нее мелькнула мысль, что собеседование окончено.

— А мерки?

— Я… я не знаю, — сказала она, чувствуя себя полной идиоткой.

— Понятно. — Он стал барабанить пальцами по столу. — Ни альбома, ни фотографий, размеров своих она не знает, ростом маловата, но лицо так к себе и приковывает, с этим не поспоришь. Так что сегодня же отправлю тебя на парочку просмотров.

— Это что значит?

— А то и значит, — сказал он, выпустив ей в лицо табачный дым. — Заказчик или фотограф смотрит и решает, нужна ты ему или нет.

— Ясно.

— Если все пройдет как надо и мы решим тебя взять, фотографии будут необходимы. Мы сведем тебя с фотографом, который сделает тебе альбом бесплатно — в обмен на то, что твои снимки появятся в его альбоме. И все будут довольны. Он получает красивую девушку для съемок, а ты — фотографии, без которых никак.

Либерти кивнула. Он назвал ее красивой — это, наверное, хороший знак?

— Ну что ж, — деловито произнес Брюс. — Первый просмотр в два, второй — в три. Смотри, не опаздывай! Да, когда все сделаешь — нам не звони, мы с тобой сами свяжемся.

Покинув офис Брюса, Либерти схватила сандвич с тунцом в ближайшем ларьке и села на автобус до Трайбеки — студия находилась там.

Она долго искала нужный адрес и в результате опоздала, а следующая встреча была назначена на 83-й улице. О трех часах не было и речи. В лучшем случае, учитывая пробки, она доберется к четырем. А потом ее ждет самая главная встреча сегодняшнего дня — она показывает Деймону свои песни, — и уж туда она опоздать никак не может.

Первый просмотр был смехотворным. В приемной сидело не меньше двадцати девушек, все с портфолио и красиво одетые, короче — в наилучшем виде. Оказалось, это не просмотр, а прослушивание.

Либерти решила, что нет смысла тут торчать и тем самым ставить под угрозу вторую встречу, развернулась и ушла. В лифте она оказалась с высоким, тощим молодым человеком в комбинезоне и бейсболке. В одной рукой он держал большую коробку с пиццей.

— Дать кусочек? — предложил он, открывая крышку.

— А вы разве ее не на заказ привезли? — удивилась Либерти.

— Не-а. Я ее привез для себя. — Он улыбнулся. — Не стесняйся, бери.

— Нет, спасибо, я только что сандвич съела.

— Ты тут на прослушивании? — спросил он, с аппетитом наворачивая пиццу.

— Была, но очередь слишком большая.

— Ты притащилась в такую даль и даже ни с кем не встретилась? — спросил он.

— Я не могу тут торчать — меня в три часа в другом месте ждут. А ты здесь работаешь?

— Ну, точнее сказать — подменяю.

— А для чего тут отбирают? — с любопытством спросила она.

— Для рекламы купальников.

— Типа «Спорте иллюстрейтед»?

— Скорее, типа «Максима», — ответил он и взял себе еще кусок. — Знаешь такой журнал?

— Видела.

— Пожалуй, ты не тот тип, — проговорил он, подбирая языком томатный соус с губ.

— А для таких журналов надо быть каким-то определенным типом?

— Надо быть немного более сексуальной.

— Ну, спасибо.

— Вообще-то внешность у тебя классная, — приободрил он. — Ты бы вполне могла сниматься в рекламе.

От его комплимента у нее потеплело на душе.

— Сегодня я виделась с первым в моей жизни агентом, — сказала она, горя желанием с кем-нибудь поделиться. — Он меня отправил на два просмотра, первый — здесь. Но он мне ничего не объяснил.

— Оставь свое имя и название агентства, я передам, что ты приезжала, но не могла ждать.

— Либерти. Модельное агентство «Мэдисон». А они не решат, что я поступила невежливо?

— А я скажу, что ты сделала все возможное.

— Спасибо. И приятного аппетита. — Лифт прибыл на первый этаж.

— Угу! — Он энергично жевал. — Удачи тебе во второй попытке!

На второй просмотр она успела только-только. Здесь не было никаких других девушек, была только мужеподобная дама, она сидела одна в расположенной на чердаке фотостудии.

Женщина оглядела Либерти, задала несколько вопросов, сделала пару снимков «Полароидом» и попрощалась.

У Либерти немного кружилась голова. Она была полна надежд. Вдруг — ну, вдруг? — ей наконец улыбнется удача, которую она так упрямо ждала?

Глава 44

— Куда едем? — спросила Соня. Она сидела на заднем сиденье «Роллс-Ройса» Реда Даймонда и любовалась своим отражением в зеркальце золоченой пудреницы — она стащила ее с туалетного столика женщины, чей муж прибегал к ее услугам, когда жена была в отъезде.