Агентство "Аргентина" - Алла Рут

- Но, - начал он, помедлив. – В Своре, я гляжу, они уживаются? Трефалониус – вампир, а Мунго-лис – оборотень.

- Проклятый оборотень, - поправил Цолери. – Думаю, что оборотни изгнали его: никто не станет терпеть в стае проклятого. Он оказался в Своре и быстро смекнул, что враждовать с Трефалониусом – себе дороже.

- Вот оно как… - задумчиво протянул Ява.

Они помолчали.

- А я ведь тебя не просто так попросил заглянуть, - хозяин «Бродяги» перевел разговор на другую тему. – Я тут пару книг раздобыл, - он поднялся из-за стола и направился к шкафу, что стоял в углу «логова». - Передай Ньялсге, да и сам прочти. Книги толстые, изучать времени нет, так что начинайте сразу с разделов про амулеты.

Как всегда, беседуя о книгах, Цолери преображался: пропадал, хоть и ненадолго, его суровый вид, исчезал хмурый взгляд, а иной раз на губах даже мелькала сдержанная улыбка.

Он отворил скрипучую дверцу шкафа и вынул два толстых фолианта, обтянутых потертой коричневой кожей.

- Человеческая? – не удержался Ява, кивнув на книги.

- Кожа? - хозяин «Бродяги» усмехнулся. – Нет, самая обыкновенная, - он пригляделся к обложке. - Похоже, выделывали ее горные гоблины, знакомые с магией. Они же и застежки делали.

Он снова уселся за стол.

- Видишь? - Цолери указал на серебряные книжные застежки, похожие на львиные лапы.

- Не всякий такую книгу не откроет, тут особые заклинания нужны или еще кое-чего…

- Тогда как же… - заикнулся было Ява.

Цолери, словно не слыша его, спокойно осмотрел застежки, кивнул сам себе и разомкнул львиные лапы.

- Мне эти книги только-только доставили. Вы уж поаккуратней с ними! Хозяин библиотеки, откуда эту редкость умыкнули, существо крайне недружелюбное, если книгу попортите, может и обидеться! Расхлебывай потом…

Ява нетерпеливо посмотрел на книги.

- Что здесь?

- Сдается мне, существует способ захлопнуть дверь между мирами, - многозначительно ответил Цолери. – Раз и навсегда! Вот, почитай.

Он пододвинул книгу, открытую на нужной странице.

Ява углубился в чтение.

Цолери терпеливо ждал, откинувшись на спинку стула, посматривая время от времени через открытую дверь на безмолвных посетителей книжной лавки, бродивших между стеллажами.

Наконец, Ява поднял голову.

- Фарфоровый медальон Гинзоги! Это он дает ей возможность скользить между мирами!

Хозяин «Бродяги» кивнул.

- Завладей им – и дорога ведьме будет закрыта, - проговорил он. – И не только ей. Конечно, по доброй воле она с ним не расстанется, но…

Ява выхватил из кармана телефон и торопливо набрал номер.

- Не отвечает… наверное, Ньялсага все еще с Кеменом разговаривает.

Он вскочил на ноги.

- Спасибо. Поеду я, а по пути попробую еще раз дозвониться до Ньялсаги. Надо подумать, как заполучить медальон Гинзоги!

- Легко сказать, - вздохнул Цолери.

Ява прищурил глаза.

- А мы ее хорошо попросим!

Он направился к выходу и Цолери, против обыкновения, проводил его до самой двери.

- Будьте очень осторожны, - сказал он напоследок. – Скорее всего, медальон защищен заклятьем, не хуже, чем арбалет, что висит у ведьмы на поясе. Удачи!

Ява кивнул и исчез.

Цолери вышел в лавку, где, прижимая к груди счастливо найденный томик какого-то редкого издания, поджидал его постоянный покупатель: старичок-букинист.

Расплатившись за покупку, букинист ушел, а хозяин «Бродяги» запер дверь, прошелся между книжных стеллажей, внимательно посматривая на картины с нарисованными чудовищами, и вернулся в «логово». Усевшись на свое обычное место, Цолери звякнул ключами и выдвинул ящик стола. Дубовые шкафы, что стояли у стен, были битком набиты редкими вещами и драгоценными книгами – и ни один из них не запирался. Под замком находился один-единственный ящик стола и здесь Цолери хранил то, что к торговле старинными книгами не имело никакого отношения.

Вначале в его руках оказалась что-то вроде серебряной подвески, висевшей на потертом кожаном шнуре. Случайному человеку эта вещь не сообщила бы почти ничего, но человек бывалый сразу признал бы воинский амулет, без которого ни один воин не выходил на битву. Цолери повернул амулет. Тускло блеснуло старинное серебро, мелькнул какой-то знак, оттиснутый на серебре, но разглядеть его в полутьме смогли бы разве что зоркие глаза Дэберхема.

Цолери бережно положил амулет на прежнее место и вынул другой предмет. Когда-то неизвестные мастера срезали ивовый прут, согнули в кольцо, оплели кожаной полосой, на витых шелковых шнурах прикрепили к кольцу связку пестрых птичьих перышек, добавили несколько крохотных, с человеческий ноготь, бронзовых колокольчиков - и появился талисман, приносящий удачу, отгоняющий беды и несчастья. Долгий путь проделал он, прежде чем попасть в руки хозяина «Бродяги» и много лет лежал в книжной лавке, запертый в столе стола, словно никому на свете не нужны были больше ни счастье, ни удача.

Цолери приподнял амулет повыше, рассматривая яркие перышки.

Мало кому доводилось встречать птиц со столь необычным оперением, но хозяин «Бродяги» хорошо знал, где они водятся.

Он встал из-за стола, подошел к окну и поднял бамбуковую штору.

Морщась от вечернего неяркого света, Цолери посмотрел на серое небо, нависшее над заливом, на клубившиеся вдали темные тучи и щелкнул тугим шпингалетом.

В лицо пахнуло морским ветром, свежестью, близким дождем.

Цолери повесил на оконную створку амулет и пробормотал несколько слов на древнем языке, когда-то живом, а ныне - мертвом, давно и прочно всеми забытом. Теперь пестрая птица, на чьих крыльях прилетают счастье и везение, непременно заметит знак и принесет удачу тем, кто в ней сейчас отчаянно нуждался.

Потом хозяин «Бродяги» опустил штору и отошел от окна.

Ветерок колыхнул амулет. Перышки затрепетали на ветру, бронзовые колокольчики звякнули. Черный ворон, сидевший на спинке стула, прикрыл глаза и погрузился в раздумья.

…Алина частенько размышляла, что если бы не нарушили они в свое время границы между мирами, если бы не приходилось тратить кучу времени и сил на «попаданцев», она посвятила бы свою жизнь исключительно приятным занятиям: запугиванию пятиклассника Соловьева и кулинарии.

Это была бы поистине прекрасная жизнь!

Но, к сожалению, действительность не имеет ничего общего с мечтами. Помимо мирного увлечения кулинарией, Алине частенько приходилось сталкиваться с самыми разными существами, и опыт научил ее чрезвычайно эффективному способу общения с ними: в случае опасности бежать со всех ног.

Трудно устоять на месте, когда навстречу тебе несутся разъяренные Стражи кладбища, а ты твердо знаешь, что на охранные заклятья рассчитывать уже не приходится.В этот раз поступить так Алина, к сожалению, не могла: ее спутник бежать не собирался, а бросить Лютера она не могла.