История Первой мировой войны - Бэзил Гарт

Теперь наконец фронт британцев выправился и тянулся на 70 миль на северо-запад от леса Лейзе-Вуд, господствовавшего над Комбле, и затем соединялся с французским фронтом. Британцы распространили фронт своих атак южнее Соммы и дальше на юг; они атаковали три мили старого германского фронта близ Шольна, захватив при этом 7000 пленных.

30 августа Раулинсон записал в своем дневнике:

«Шеф во что бы то ни стало хочет затеять примерно 15 сентября рискованную игру всеми имеющимися силами, поставив себе целью сломить сопротивление германцев и пройти насквозь до Бапома».

И несколько нелогично добавил:

«У нас не будет резервов, за исключением усталых частей, но на этот раз успех… может привести бошей к концу».

Несмотря на проповедуемую им «стратегию измора», Хейг вынужден был теперь играть на сокрушение.

Осью атаки должен был стать левый фланг — армия Гауфа. Основная цель главного удара, проводимого Раулинсоном, должна была заключаться в прорыве того, что первоначально было последней германской линией между пунктами Морваль и Ле-Сар. Одновременно французами должен был проводиться удар к югу, между Комблем и Соммой, изолируя таким образом Комбль, Курселетт и расширив фронт. Если бы первоначальная попытка увенчалась успехом, то атака британцев должна была развернуться к северу, чтобы овладеть Курселетт и Мартепюиш.

Для первоначальной атаки намечали 8 дивизий, а 2 выделяли для «расширения». Характерной особенностью явилось первое применение здесь танков — бронированных машин повышенной проходимости, которые были изобретены как средство против препятствий обороны — пулеметов и проволоки. Вопреки мнению изобретателей танка и несмотря на первоначальное согласие с этим мнением, британское главное командование решило использовать столько машин, сколько есть, видя в этом средство улучшить начавшие уже меркнуть перспективы наступления на Сомме.

Во Францию было доставлено только 60 из построенных 150 машин. Фактически было использовано лишь 49, и вводились в дело они небольшими группами по 2–3 машины, что явилось новым противоречием принципам, установленным полковником Суинтоном.

Недостаточная и слишком торопливая подготовка танков привела к уменьшению и этого числа из-за механических дефектов этих первых образцов. На исходную позицию прибыло только 32 танка; из них 9 пошли в атаку впереди пехоты, 9 не поспели за пехотой, но помогали в очистке захваченной местности, 9 сломались, а 5 застряли в воронках, усеивавших поле боя. Первые 9 танков оказали пехоте эффективную поддержку, особенно при захвате Флера — но дорогая цена, отказ от большой внезапности, явилась тяжелой пошлиной, которую пришлось заплатить за незначительное уменьшение неудачи наступления на Сомме.

После трех дней бомбардировки атака началась на рассвете 15-го числа при легком тумане. Этот туман помешал германским артиллеристам вести прицельный огонь и в какой-то мере облегчил задачу британцев. XV корпус, наступавший в центре, быстро достиг хороших результатов: в 10 часов утра левофланговая дивизия корпуса была уже за Флером. Этот успех, в немалой степени достигнутый благодаря применению танков, так описывается в одной германской полковой истории:

«Появление на сцене танков оказало потрясающее воздействие на людей. Они ощутили свое бессилие перед этими монстрами, которые самым малым ходом двигались вдоль траншей, прочесывая их непрерывным пулеметным огнем. Танки сопровождались небольшими группами пехотинцев, забрасывавших ручными гранатами всех, кто остался в живых».

Но справа XIV корпус нес тяжелые потери и долго задерживался противником, пока удалось подойти к Морвалю и Лебефу. III корпус слева также не достиг поставленных ему целей наступления, хотя 47-я дивизия корпуса все же очистила от противника так давно желанный лес Хай-Вуд. На крайнем левом фланге было проведено в жизнь заранее намеченное расширение атаки и были захвачены как Мартеипьюш, так и Сурселет.

В результате этого боевого дня везде, за исключением правого фланга, войска овладели хребтом, т. е. господством над местностью и удобством обзора, которыми так долго пользовались германцы.

Неудача на правом фланге была исправлена 25 сентября второй крупной атакой, которая в связи с одновременной атакой французов заставила германцев эвакуировать Комбль. На следующий день Тьепваль наконец-то был захвачен атакой четырех дивизий армии Гауфа. Германские донесения объясняют, что это произошло главным образом «по причине появления трех британских танков… на окраине деревни Тьепваль».

Хейг не переставал требовать нажима «без перерыва», и в результате дальнейших небольших успехов германцы в первую неделю октября отошли уже на свою последнюю линию обороны, которая проходила от Сайли-Сейлиосель направо через Ле-Транслуа и перед Бапомом. Они поспешно строили новые линии обороны в тылу, но пока эти линии еще не были готовы.

С другой стороны, в течение тех же дней выявился непрестанный рост сопротивления немцев, а достигнутый ограниченный успех давал мало надежд на возможность действительного прорыва или его развития. Дожди и артиллерийские обстрелы превратили грунт в болото, в котором увязали орудия и обозы. Даже легко снаряженная пехота с большим трудом и крайне медленно пробиралась вперед. Атаки крайне затруднялись, а если какой-нибудь окоп и захватывался, то трудности, связанные с закреплением успеха, сводили на нет выигрыш местности.

12 октября Хейг, видимо, наконец, убедился, что ему не удастся в этом году прорвать германскую оборону. Но Жоффр и Фош продолжали его подстегивать, и Хейг продолжал развивать по грязи новые атаки в направлении на Ле-Транслуа, пока против этого не стал резко возражать лорд Каван, командир XIV корпуса, который поинтересовался, не собираются ли просто пожертвовать правым флангом британцев для поддержки левого фланга — французов, и едко добавлял: «Тот, кто не был на фронте, не может себе представить степень истощения, до которого доведены войска».

Но другие командиры корпусов обладали меньшим гражданским мужеством, и Раулинсон уступил настояниям командования вопреки своим более здравым рассуждениям. В результате оба корпуса — III и АНЗАК — продолжали серию безнадежных мелких атак вплоть до 16 ноября. Безрезультатность этих атак несколько была сглажена, а их неуместность и абсурдность затушеваны удачными действиями армии Гауфа, которая в последнюю минуту достигла столь желанного успеха. Но и тут была обратная сторона медали — этот успех, подняв репутацию Гауфа, в то же время подготовил почву для новых жертв под Ипром в следующем году.

Клин медленно вбивался в восточном направлении между реками Анкр и Сомма, превратив первоначальные германские позиции севернее реки Анкр в ясно выраженный выступ. Некоторое время армия Гауфа готовила атаку против этого выступа, а временное улучшение погоды позволило начать эту атаку 13 ноября, причем в дело были введены 7 дивизий. Были захвачены Бомон-Гамель и Бокур-сюр-Анкр, причем взято 7000 пленных — но слева местечко Серр еще раз оказалось неприступным. Хейг был доволен, так как это «развязывало руки британским представителям» на приближавшемся военном совещании союзников в Шантильи. Поэтому наступление на Сомме можно было наконец-то остановить. Честь была спасена.

Бессмысленность последней фазы действий — после 25 сентября — заключалась в том, что захватив наконец хребет и получив господство над прилегающей местностью, британцы затем отказались от всех связанных с этим преимуществ, пробивая себе дорогу в долине за этим хребтом. Из-за этого войска были вынуждены провести всю зиму в окопах, затопленных водой. «Грязь Соммы» вскоре стала общеизвестна.

Таким образом, бездарно задуманная и так же проведенная операция на Сомме закончилась в атмосфере отчаяния и привела к такому истощению британских сил, что это затушевало даже аналогичное перенапряжение, которое эти бои вызвали у немцев. Истощение германских сил в большой степени зависело от негибкости и упрямства старшего германского командования — в частности, генерала фон Белова, командовавшего 1-й армией. Он отдал приказ, что каждый офицер, уступивший врагу хотя бы один сантиметр окопа, будет предан военному суду, а всякий потерянный метр окопа должен быть возвращен контратакой.

Если ошибки германцев и не превысили ошибок британцев, то все же они привели к бесцельному расходу жизней и, что еще хуже, к подрыву боевого духа войск. Это уравновешивало потери британцев. В итоге 23 августа Белов был вынужден отменить свой приказ и изменить тактику обороны с приходом к власти новых людей — Гинденбурга и Людендорфа.

Сцена 4. Трудное детство танка

15 сентября 1916 года получил свое боевое крещение новый инструмент войны. Данным событием британская атака в этот день выделилась из общего наступления на Сомме, став одной из исторических вех войны 1914–1918 годов.