Румо и чудеса в темноте. Книга II - Вальтер Моэрс

Гаунаб всё время проводил в своём шатре, где группа придворных шутов усердно поддерживала его настроение, когда он не находился в наркотическом сне, вызываемом лекарствами Фрифтара.

Когда поход начался, то шатёр короля привязали на самого большого врахока, а в шатре на специальной платформе прикрепили трон, на котором сидел пристёгнутый Гаунаб. Он постоянно находился между эйфорией и истерическим страхом. То он хотел кричать от ужаса, то у него начинались приступы смеха – так воздействовали различные медикаменты на его нервную систему.

Вид с врахока на подземный мир был восхитительным, а животное двигалось на своих двенадцати ногах так спокойно и плавно, что наверху этого почти не чувствовалось. Через несколько часов Гаунаб привык и почувствовал себя неуязвимым, могущественным, как никогда: властелин врахоков, руководитель самой страшной армии Гела. Когда он оглядывался назад, то видел всех врахоков Гела, сотни, различной величины, послушно идущие за ним. На врахоках сидели его солдаты, а вокруг парили большие летучие собаки. Так выглядела непобедимая армия! Это намного лучше Театра красивых смертей! Даже вонь врахоков стала казаться ему приятной, а пугающие звуки, которые они издавали, звучали в ушах Гаунаба прекрасной музыкой.

Караван быстро добрался до Зала Гаунаба. Здесь, внизу пещеры были такими огромными, что даже врахоки казались в них мелкими насекомыми, ползающими по полу грота. В зависимости от их размера на них сидели от десяти до ста солдат. В качестве освещения служили сами врахоки, чьи внутренности в тёмных пещерах начинали светиться ещё ярче. Для дополнительного света на спинах самых крупных экземпляров зажгли факелы и разожгли костры в металлических чашах.

Царство гаунаба

С каждым шагом врахоки быстро продвигались вперёд. Гаунаб не мог наглядеться на болезненную красоту своего тёмного царства. Чудесно! Пугающие тени чудовищ скользят по стенам, толпы испуганных пещерных сосальщиков скрываются в тени. Он даже не представлял, какое у него огромное королевство. Гаунабы – великие правители! Их голоса проснулись и начали его подзадоривать:

Дальше!Дальше!Властелин врахоков!Исполни красное пророчество!Король Гела!Кровь нашей крови!Мозг нашего мозга!Наш сын!Наша гордость!

Всё, что освещал свет факелов, было чудом. Огромные сталактиты и сталагмиты, выше врахоков, движущихся в сумраке, как сонные гиганты. Мотыльки с огромными металлически поблескивающими крыльями, порхающие вокруг трона Гаунаба. Захватывающий дух вид каскадов из цветных сверкающих камней, спускающихся с высоких скал и похожих на огромные водопады – весь подземный мир пытался сиять для своего властелина!

Гаунаб смеялся и кричал на своём троне. Красное пророчество исполнялось! Это был триумфальный марш, и он не будет последним. Низ – это верх, право – это лево, война – это хорошо, а мир – плохо. Гаунаб ещё никогда не чувствовал себя так чудесно.

Дорога Шторра

Рибезел и Укобах предупредили вольпертингеров, что гелцы, скорее всего, пустятся за ними в погоню на врахоках. Так как Шторр-жнец лучше всех ориентировался в подземном мире, то он был единодушно назначен проводником.

Чтобы врахоки не смогли их преследовать, он вёл их по узким шахтам, кривым закоулкам и тоннелям с низкими потолками. Они шли по миру, где обитали слепые и глухие существа, насекомые, ориентирующиеся с помощью щупалец и не пугающиеся звуков. Это приводило порой к необычным встречам в темноте. Пещеры были влажными, камни неровными и скользкими. Часто между ними были большие глубокие трещины, так что приходилось следить за каждым шагом. В некоторых местах приходилось идти в абсолютной темноте, так как там не росли светящиеся мхи, а резкий запах нефти не позволял зажигать факелы. Чаще всего было очень холодно, и замёрзшая влага делала дорогу ещё сложнее.

Рала, с тех пор как она вернулась из царства смерти, становилась беспокойнее с каждым часом, как будто она хотела наверстать упущенное в медной деве время. Она постоянно двигалась, то бежала впереди с йети, то позади вольпертингеров. Всегда наготове со своим луком, если где-то появлялось опасное насекомое или зверь. Было видно, как жизнь возвращается в её тело, как её движения становятся плавными, а хватка сильной.

Румо с Урсом, Рольфом, Таско и Биалой создали арьергард, для защиты от нападения сзади. К ним присоединились Укобах и Рибезел, в то время как Смайк и Колибрил шли с пожилыми вольпертингерами.

Но всё же в этом марше из темноты в темноту никто не мог рассчитывать на помощь со стороны. Если в Геле они было заточены в сердце зла, то теперь они пробирались по его органам. И никто не мог сказать, что было хуже.

Только на третий день они сделали первый привал. Йети не нуждались в отдыхе и сне, но вольпертингеры, в особенности старые, несмотря на выдержку, не обладали бесконечной энергией.

Они разожгли в небольшой пещере огонь. Большинство сразу же уснули, но некоторые, включая Румо, Урса, Рольфа и его друзей, Ралу, Укобаха и Рибезела, бургомистра, Шторра, Смайка и доктора Колибрила, собрались вокруг костра, чтобы рассказать обо всём, что с ними произошло.

История из множества историй

Во время этого привала было рассказано множество историй и можно с уверенностью сказать, что не было и не будет такого костра, вокруг которого рассказали бы столько невероятного.

Рала рассказывала о заключении в собственном теле, о Талоне-медведе и гримасе ужаса, о побеге в собственной крови и об ужасных солдатах смерти, которых она там встретила.

Рибезел описал героическую битву йети с медными парнями, рассказал о безглавых воинах, продолжавших дальше сражаться, о титанической силе Шторра-жнеца и губительной мощи его косы. Он рассказал о происхождении гомункелов и об их полной лишений жизни.

Укобах рассказал о том, что он натворил в подвале Театра красивых смертей: об освобождении красного паука, кристального скорпиона и крысы-альбиноса. Он описал битву вольпертингеров против генерала Тиктака. Кроме того, он рассказал о Геле, о постройке городов-ловушек и о дрессировке врахоков. Только после этих историй вольпертингеры поняли связь между Гаунабом, Фрифтаром и Театром красивых смертей.

Доктор Оцтафан Колибрил дал точное научное описание Туманного города и господствующей в нём туманной медузы, а также поведал, как чувствует себя тот, кто временно сошёл с ума всеми четырьмя мозгами.