Из истории раннегреческого общества - Ксения Михайловна Колобова

Заключение

Родос на пути к объединению

Таким образом, родосские города в VIII—VI вв. до н. э. переживали период быстрого экономического и политического развития.

Если в VII в. до н. э. родосцы уже были тесно связаны с Сицилией и с Африкой (Кирена и Навкратис), то одновременно и еще более интенсивно раздавалась их экспансия на восток.

Уже и часть соседних островов была втянута в состав родосских общин, вероятно (как об этом свидетельствует наличие ктен, а в Карии — и старых дорийских фил), путем выселения туда колонистов.

В этот период начинается и продвижение в Черное море, где родосцы вступают в конкуренцию и с Милетом, и с Фокеей, и с Мегарой. Самое название одного из родосских демов в Карии — Боспоран, может быть, отражает эту черноморскую экспансию родосцев.

В VI в. Камир и Линд переходят к собственному чекану монет (Ялис начинает чеканить свою монету лишь в V в. до н. э.); интересно, что Камир чеканит монеты (из серебра и электрона) по эгинскому образцу, а Линд — по финикийскому.[1034]

Во главе родосских государств стоит знать, тесно связанная с родовыми традициями своих городов; в городах все большее влияние получает знать, связанная с торговлей и с колонизацией. Родовые организации Родоса сохраняли дорийские традиции; рабовладельческая знать Родоса, возводившая себя к Гераклидам, во многих отношениях тяготела к Пелопоннесу, стремясь сохранить дружественные отношения одновременно и с Аргосом и со Спартой.

Между тремя автономными родосскими городами все время существовала тесная связь, и родосская колонизация осуществлялась обычно при участии всех этих городов под руководством Линда.

О внутренней жизни трех основных центров в интересующий нас период мы, в сущности, ничего не знаем.

События 580 г. до н. э., свидетельствующие об острых формах классовой борьбы на Родосе, мы склонны считать имеющими общеостровное значение. Именно поэтому, как нам кажется, «предки Ферона» были вынуждены совсем покинуть остров и переселиться на Сицилию.

С половины VI в. до н. э. остров подчинен Персии и остается под властью персов до конца греко-персидских войн.[1035] Поддержка персами родосской знати — вне сомнения. Наличие персофильской партии на Родосе подтверждается такой классической фигурой, как ялисский лирический поэт Тимокреонт, изгнанный афинянами после победы над персами.[1036]

Диодор, перечисляя морские силы Ксеркса, говорит о сорока дорийских кораблях, предоставленных Родосом и Косом.[1037]

После битвы при Евримедонте остров входит в Афинский морской союз, т. е. меняет персидский протекторат на афинский. Вместе с тем здесь устанавливается демократия. Родовая земельная знать продолжает существовать, образуя олигархическую (спартанскую) партию. Во главе этой партии стоял знатный ялисский род Диагоридов,[1038] которые вскоре после 430 г. до н. э. были приговорены к смерти и изгнаны афинянами за тяготение к Спарте.[1039]

После сицилийской катастрофы афинской экспедиции, в 412—411 гг., спартанский флот под командой Астиоха, имея в числе адмиралов родосца Дориея, направляется к острову.

Фукидид сообщает, что спартанцы «имели намерение плыть к Родосу на основании переговоров, проведенных с его гражданами из числа людей наиболее значительных».[1040]

Переговоры, очевидно, велись втайне, касаясь интересов только этих «значительных» людей. Простой народ ничего не знал ни о факте переговоров, ни об их содержании. Поэтому занятие спартанцами Камира «навело страх на большинство граждан, ничего не знавших о происходящем».[1041] Жители разбежались. «Затем, — продолжает Фукидид, — лакедемоняне, созвав их, а равно и родосцев из двух других городов, Линда и Ялиса, убедили отложиться от афинян».

На виду стоящего в гавани спартанского военного флота в городе, который, как отмечает Фукидид, даже «не имеет стен», устраивается инсценировка народного собрания, состоящего из того «большинства», которое разбежалось при появлении спартанцев и теперь со страхом возвращалось домой.

Это собрание, по существу, нужно рассматривать, как съезд тех «значительнейших», граждан трех родосских городов, с которыми уже и раньше вели спартанцы переговоры и для которых вопрос выхода из Афинского морского союза был предрешен.

Несомненно, что все наиболее влиятельные граждане трех городов были настроены враждебно к Афинам. Из 47 имен городов и общин Карийского податного округа 21 имя падает на долю родосских городов; при этом на самом Родосе податными единицами являлись не только Камир, Линд и Ялис, но были добавочно выделены Брикиндарии на Родосе, Диакрии на Родосе и Эиаты линдийцев. Острова, входившие в состав родосских общин, выделялись в особые податные единицы (иногда даже в несколько податных единиц, как на Карпафе); так же обстояло дело и в карийских владениях Родоса.

Таким образом, афиняне проводили политику не только экономического, но и политического раздробления Родоса (так, например, о. Нисир, бывший к V в. до н. э. уже родосским, был причислен афинянами даже к другому — Ионийскому — податному округу).

Связи родосских городов с их колониями были прерваны развитием афинской талассократии. В Навкратисе в этот период преобладает аттическая керамика; на самом Родосе, в погребениях V в. до н. э., афинская керамика, часто невысокого качества, вытесняет всякую другую.

Несомненно, что и внешнеполитический контроль, усилившийся после смерти Перикла, тяготил родосцев. Поэтому дружба со Спартой, усиливаемая дорийским происхождением родосцев, является не только тенденцией землевладельческой знати, но и торгово-промышленной олигархии.

Одновременно с переходом на сторону спартанцев в родосских полисах власть переходит к олигархам.

Таким образом, в сообщении Фукидида мы имеем первое прямое указание на съезд представителей трех государств в Камире для принятия общеродосского решения.

Приблизительно от 410 г. до н. э. сохранилась уже упоминавшаяся нами надпись, найденная в Линде.[1042] Издатель надписи Блинкенберг, отметив, что она является одним из наиболее древних родосских постановлений, до нас дошедших, далее пишет: «Как можно видеть, на Родосе во время принятия декрета существовало центральное правительство: совет и пританы. Далее в декрете говорится, что переводчик из Навкратиса будет проксеном всех родосцев» (‘Ροδίων πάντων). Эти два последние слова интересны. Они подтверждают, с одной стороны, что политическое объединение Родоса уже совершилось. Ранее имелось просто три небольших города, независимых друг от друга, отдельно проводивших свои сношения с иностранцами и имевших каждый своих проксенов в других странах. Родос теперь объединен и имеет общего представителя в Египте. Но, с другой стороны, употребленное выражение ‘Ροδίων πάντων, по-видимому, отчетливо указывает также на то, что объединение совершилось совсем недавно и что синойкизм в собственном смысле слова, понимая под ним объединение в один город, еще не имел места.

Далее, проводя параллель с аркадской надписью IV в. до н. э.,[1043] где выступает